Проект строительства трубопровода по Черному морю, который соединит Россию с Турцией, закрепит доминирование РФ на турецком газовом рынке.
С политической точки зрения, возрождение Турецкого потока олицетворяет собой дружеские отношения между Москвой и Анкарой, что очень важно, учитывая разногласия, возникшие между двумя странами в последнее время, особенно что касается войны в Сирии.
С практической точки зрения, строительство Турецкого потока позволит России сохранить контроль над газовым рынком Турции. Кроме того, реализация этого проекта подтвердит, что Россия по-прежнему стремится поставлять газ клиентам из Южной Европы, чего – в случае отказа от использования украинского маршрута – ей не удастся добиться даже при условии, что будет построен второй Северный поток, вызывающий немало споров в Европе.
Заявления России в ходе недавнего Всемирного энергетического конгресса в Стамбуле, где президенты России и Турции подписали межгосударственное соглашение по Турецкому потоку, детализируют планы Газпрома.
Первая нить трубопровода, рассчитанная на перекачку 15,75 млрд кубических метров газа в год, пройдет между российской Анапой и турецким черноморским портом Кыйыкей. Завершение строительства запланировано на 2018 год. Эта труба станет альтернативной системой доставки российского газа, который на данный момент поставляется через украинскую газотранспортную систему и трансбалканский трубопровод, проходящий по Молдове, Румынии и Болгарии. Контракт на поставку 14 млрд кубометров российского газа в год через эту систему истекает в 2019 году. Вторая нить Турецкого потока, аналогичная по мощности и параллельная к первой, вероятно, будет проложена к концу 2019-го. Цель – удовлетворить ожидаемое увеличение спроса в Турции (хотя в ближайшие четыре года спрос на газ в Турции, по прогнозам, расти не будет), а также поставлять газ на Балканы.
Судя по всему, изначальный план образца декабря 2014 года по прокладке четырех линий газопровода мощностью в 63 млрд кубометра/год больше никто всерьез не рассматривает. Строительство более двух линий газопровода необоснованно, поскольку ближайшие несколько лет европейский газовый рынок будет, судя по всему, перенасыщен.
Газпром заявил, что проложит две 900-километровые трубы по дну Черного моря, а 180-километровый сухопутный участок газопровода, на запад от Кыйыкей, построит предприятие, созданное совместно с турецкой государственной компанией Botaş.
При презентации Турецкого потока Газпром делает упор на то, что у газопровода будут две точки выхода на конечного потребителя. Первая – Люлебургаз, место соединения Турецкого потока с существующей газотранспортной системой Турции, благодаря чему технически возможно транспортировать газ через Турцию в Болгарию и прочие балканские страны. Вторая – турецкий город Ипсала, где должен быть создан центр дистрибуции. Это очень важно, поскольку Ипсала расположена на границе с Грецией, вблизи греческого города Кипой. Ипсала-Кипой – это узел, который свяжет Трансанатолийский газопровод (TANAP) и Трансадриатический трубопровод (TAP), строящийся в рамках поддерживаемого Европейским Союзом Южного газового коридора. Турецкая Botaş владеет 30-процентной долей в проекте TANAP и, соответственно, является ключевым игроком в наращивании мощностей TANAP в Ипсале. Таким образом, Ипсала избрана неслучайно. Видимо, Газпром рассчитывает, что на каком-то этапе поставляемый в Турцию газ сможет зайти в TAP и дойти до потребителей в Греции и Италии.
Газпром отказался от плана по строительству четырех нитей Турецкого потока, сократив количество труб до двух, просто потому, что создание более мощной системы потребовало бы строительства дополнительной инфраструктуры для переправки около 30 млрд кубометров газа в год от Ипсалы-Кипоя далее до конечного рынка. Иными словами, нужно было бы достроить инфраструктуру до итальянской Snam-Rete.
24 февраля глава Газпрома Алексей Миллер подписал в Риме меморандум о взаимопонимании с греческой государственной корпорацией по распределению газа DEPA и итальянской энергетической компанией Edison по будущему трехстороннему сотрудничеству. Предполагаемая цель сотрудничества – возрождение идеи строительства газопровода от турецкой границы, через Грецию и по подводному маршруту (который уже окрестили проектом Посейдон) к Италии. С момента подписания меморандума об этой идее ничего не слышно.
Проект Посейдон проиграл Трансадриатическому трубопроводу, когда девелоперы гигантского азербайджанского газового месторождения Шах-Дениз пытались наладить систему экспорта 20 млрд кубометров газа/год на европейские рынки. Есть одна проблема, которая в обозримом будущем делает практически невозможными расширение Турецкого потока более, чем на две линии. Посейдон требует прокладки 580-километрового трубопровода через Грецию, а также 207-километровой линии между греческой Теспротией и итальянским Отранто. Такой проект будет стоить не менее $5 млрд, и на данный момент нет никаких признаков того, что кто-то может быть заинтересован в нем, включая Газпром.
Тем не менее, Газпром может использовать TAP, чтобы доставлять в Европу около 10 млрд кубометров газа/год через Турецкий поток. По правилам Европейского Союза, к TAP должны иметь доступ третьи стороны. 10 млрд кубометров в год уже забронированы под поставки газа из Азербайджана в Италию. Тем не менее, TAP спроектирован таким образом, что при сжатии он может пропускать около 20 млрд кубометров. То есть, оставшимися 10 млрд кубометров может воспользоваться третья сторона.
Газпром, наверняка, хочет иметь доступ к TAP. Более того, он имеет право запросить открытый сезон подписания сделок и, скорее всего, будет единственным желающим на остающиеся 10 млрд кубометров. Конкуренцию Газпрому может составить разве что так называемая вторая волна из Азербайджана. Хотя Азербайджан все еще надеется, что газ из месторождения Абшерон начнет поступать уже в 2019 году, неизвестно, захочет ли разработчик месторождения, компания Total, двигаться по столь агрессивному графику разработки в условиях низких цен. Особенно учитывая тот факт, что на первых порах месторождение будет давать, по прогнозам, не более 5 млрд кубометров в год.
Вполне возможно, что Азербайджан не сможет загрузить TAP до средины 2020-х. В подобном случае Газпром будет единственным претендентом на остающиеся мощности TAP (если сделает соответствующую заявку, скажем, к концу 2017 года или в течение 2018-го). Есть также небольшая вероятность, что какие-то заявки подаст греческий LNG-терминал, однако вряд ли их потребности превысят 1-2 млрд кубометров/год. Столько времени, сколько Газпром будет предлагать коммерческие условия транзита, TAP будет обязан транспортировать российский газ из Турецкого потока.
Газпром должен дать TAP надлежащее уведомление о фактических графиках поставок – возможно, на несколько лет – чтобы у сотрудников TAP было время установить дополнительное оборудование для сжатия, которое позволит расширить мощность трубопровода на 10 млрд кубометров в год.
Тот факт, что Турецкий поток будет заканчиваться в Ипсале, выгоден Газпрому тем, что позволит при желании транспортировать российский газ через TAP. Боле того, им не нужно принимать решение уже сейчас. Они могут подождать и посмотреть, каким будет европейский рынок к 2018 году, ведь TAP должен открыться лишь в начале 2020-х.
Новое Время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Джона Робертса. Републикация полной версии текста запрещена.
Впервые опубликовано на Atlantic Council
Больше мнений здесь