С миру по баксу

Начинающие украинские предприниматели в поисках первых инвестиций все чаще идут на мировую краудфандинговую платформу Kickstarter. Самые удачливые находят там сотни тысяч долларов

 

Максим Бутченко

 

 

В руках у 37‑летнего киевлянина Назара Федорчука, который раньше организовывал ивенты,— маленький кулон Senstone, который делает маленькое чудо: переводит устную речь в написанный текст. “Помощник, чтобы не забывать важные вещи”,— описывает аппарат он.

Вместе с единомышленниками Федорчук придумал и создал это устройство. И решил продать идею, чтобы наладить производство.

За деньгами киевлянин пошел на международную краудфандинговую платформу Kickstarter — благотворительный онлайн-ресурс, где пользователи голосуют за представленные там проекты кошельками, внося предоплату за еще непроизведенный продукт. Если за 60 дней идея не соберет заявленную ее разработчиками сумму, то все останутся при своих. А соберет — и эти деньги станут стартовым капиталом.

Senstone на Kickstarter получил поддержку примерно 3 тыс. человек, что для Федорчука и Ко превратилось более чем в $ 300 тыс. Можно думать о запуске.

Senstone записывает около 2,5 ч разговора, передает речь на телефон, распознает 12 основных языков, среди которых украинский. Стоимость прибора — $ 100. Федорчук рассказывает: 85% заказов пришло из англоязычных стран.

Теперь все больше украинцев ищут стартовые инвестиции для своих идей на Kickstarter. И делают это все успешнее. Ведь работать с площадкой удобно: на ней оценивается сама идея, приходят первые покупатели, а информация о проекте появляется в западных СМИ. С 2009 года на Kickstarter начинающие предприниматели собрали около $ 3 млрд, найдя финансирование почти для 13 млн проектов.

Столичный дизайнер Анна Мариенко рассказывает: в 2014‑м она с матерью открыла интернет-магазин, где продавала вещи ручной работы. Затем по­явились шесть экспериментальных магазинов с дизайнерским декором для дома. Но рыночный успех пришел лишь в феврале прошлого года, когда Мариенко вышла на Kickstarter и собрала более $ 200 тыс. на производство одеял крупной вязки под брендом Ohhio. Через год киевлянка вновь обратилась к помощи платформы — и получила еще $ 204 тыс. на развитие своего проекта. “Для меня такой опыт — не просто сбор денег, а настоящее приключение”,— говорит Мариенко.

“Kickstarter — это ворота в большой бизнес. Площадка, где можно протестировать свой новый продукт и то, насколько в нем есть потребность”,— объясняет украинец Николай Савин, в прошлом управляющий директор бизнес-акселератора GrowthUP.

Основатель украинской компании Planexta киевлянин Евгений Найштетик на протяжении часа рассказывает о своих разработках в области медицинских гаджетов. Созданный им умный браслет Senсe мониторит состояние человека. Стоит $ 265, носится, как часы, на запястье. Оборудован тремя высокоточными сенсорами, которые в реальном времени отслеживают интервал между сердечными сокращениями и оценивают работу вегетативной нервной системы. На этом основании браслет Найштетика определяет эмоции, прогнозирует развитие инфаркта миокарда.

На Kickstarter браслет Senсe собрал больше $ 130 тыс., но его создателю этого показалось мало. Найштетик рассказывает, что 14 лет проработал в фармацевтике, а в начале 2016‑го основал компанию, привлек инвестиций на $ 340 тыс. У него работают 89 человек по всему миру: в Сингапуре разрабатывают дизайн, в Лос-Анджелесе находится администрация, в Китае — производство, а основной офис — в Киеве.

Для таких компаний подобное — в порядке вещей. Даже для того, чтобы попасть на Kickstarter, нужно быть налогоплательщиком США, Великобритании, ряда стран ЕС или некоторых других государств, иметь социальную страховку и обладать аккаунтом в Amazon Payments для перевода финансов. В некоторых случаях команды разработчиков пользуются услугами посредников, но обычно находят партнеров среди американцев.

Житель Днепра Евгений Иванов во всех особенностях успешной работы на Kickstarter разобрался не сразу. Он работал режиссером — снимал рекламные клипы. А затем придумал геймерские наушники, которыми можно управлять движениями головой. Пошел за инвестициями на Kickstarter — и провалился.

“Главное — делать все вовремя: создавать продукт, общаться лично с журналистами и создавать базу потенциальных фанатов. Это увеличит шансы на то, что ваш девайс увидит мир”,— делится своим опытом Иванов.

По статистике самой краудфандинговой площадки, лишь около 35% размещенных на ней идей собирают заявленную сумму.

“Провал многому научил. И к следующему выходу я готовился, как заведенный”,— говорит Иванов. Попыткой № 2 стала аналоговая фотокамера Jollylook, напоминающая по устройству аппараты позапрошлого века,— те самые, из которых “вылетала птичка”. Только снимок проявляется на фотобумаге сразу — стоит лишь прокрутить ручку.

Работа с прессой, создание лояльного комьюнити, подготовка изделия за два месяца до выхода — все это днепровец выполнил на отлично. И его камера привлекла $ 377 тыс.— ее заказали более 6 тыс. человек.

“Эта камера очень проста. Да и интерес к аналоговой фотографии в мире снова вырос”,— говорит Иванов, работавший над камерой с партнером из Запорожья.

Всего предприимчивые украинцы должны отгрузить около 9 тыс. изделий, ведь Jollylook заинтересовались не только пользователи Kickstarter, но и мировые дистрибуторские сети.

За размещение проекта Kickstarter берет комиссию — 3–5% от полученных денег. И не дает 100% гарантии, что проект превратится в реальные товары. Но все равно люди готовы рисковать, говорит Иванов.

Краудфандинг интересен обеим сторонам процесса. Первые покупатели получают продукт со значительной скидкой: Найштетик называет цифры порядка 50–60%. А для начинающих предпринимателей платформа — оптимальный вариант найти первичные инвестиции.

По словам Андрея Колодюка, управляющего партнера компании AVentures Capital и главы набсовета Украинской ассоциации венчурного капитала и прямых инвестиций, большинство венчурных фондов инвестируют в стартап только при наличии готового продукта или прототипа. В идеале — когда есть первые клиенты и продажи. Но если разработчикам нужны деньги на более раннем этапе, то им подойдет лишь краудфандинг. “Это отличный вариант для проектов, продукт которых еще на стадии разработки”,— поясняет Колодюк.

Потому и сам мировой рынок краудфандинга растет. Если в 2012 году общая сумма собранных с помощью этого инструмента средств составила $ 2,7 млрд, то уже в 2015‑м эта цифра достигла $ 35 млрд.

Появление на Kickstarter — не просто попытка собрать стартовый капитал, но и проверка идеи. “Успех здесь — это еще и сигнал для инвестора: он уже будет видеть интерес рынка, а значит, возможности развития продукта”,— говорит Колодюк.

Кроме того, размещение идеи на краудфандинговой площадке такого уровня дает высокую вероятность того, что на проект обратят внимание мировые издания. Так, об одеялах Ohhio написал BuzzFeed, а о кулоне Senstone — Business Insider.

Но Kickstarter — не решение всех проблем. Если авторам выставленного проекта не удастся собрать здесь нужной суммы, это может оттолкнуть от их идеи потенциальных инвесторов. И даже если размещение прошло успешно, но авторы получили денег впритык и неправильно рассчитали бизнес-план, средств может не хватить на производство. “Соответственно, они получают имиджевые потери. И от идеи могут опять же отвернуться инвесторы”,— объясняет Николай Савин.

Kickstarter — это маркетинговый инструмент, который позволяет привлечь внимание всего мира, уверен киевлянин Юрий Копица, придумавший подседельный амортизатор для велосипеда и собравший под эту идею почти $ 100 тыс. “Можно стать компанией одного продукта, а можно раскрутиться в большой бренд”,— заключает он.