Программы уже научились писать стихи, спортивные репортажи и экономические новости. Watson компании IBM помогает создавать поп-хиты. Uber выводит такси с автопилотом на улицы реальных городов, а в прошлом месяце Amazon доставила первую посылку при помощи беспилотника в Англию.
Просуммируйте все это, и вы поймете, что избрание Дональда Трампа - не единственное, что расшатывает современное общество. Куда более серьезное расшатывание происходит в экономике, поскольку непрестанное развитие технологий привело нас к точке, в которой машины и программы не только работают лучше нас, но начинают еще и думать лучше нас во все большем количестве измерений.
Чтобы поразмыслить над этими стремительными изменениями, я спросил моего учителя и друга Дова Сейдмана, главу консалтинговой компании LRN, о его мнении относительно происходящего. "То, что мы сейчас переживаем, масштабами и последствиями напоминает научно-техническую революцию, произошедшую в XVI веке, - ответил Сейдман. - Открытия Коперника и Галилея, запустившие ту революцию, пошатнули человеческое понимание мира - и заставило людей пересмотреть свое место в этом мире".
Как только научные методы стали священными, добавляет он, мы стали использовать науку и логику, чтобы определять, куда нам двигаться дальше - до такой степени, что французский философ Рене Декарт обобщил этот век логики одной фразой: "Я мыслю - значит, я существую". Сейдман объясняет, что, по мнению Декарта, именно способность мыслить отличала человека от остальных животных на планете.
Технологическая революция ХХІ века, по словам Сейдмана, столь же серьезна, как и научно-техническая революция, и она "вынуждает нас искать ответ на самый важный вопрос, задать который мы раньше не осмеливались: как это - быть человеком в эру разумных машин?".
Вкратце: если машины в состоянии посоревноваться с людьми в разумности, что же делает нас, людей, уникальными? И что позволит нам продолжать создавать экономическую и социальную ценность? Ответ, говорит Сейдман, лежит в том, чего никогда не будет у машин: в сердце.
"Важны будут все вещи, на которые способно сердце, - объясняет Сейдман. - Люди могут любить, сочувствовать, мечтать. Хотя действия людей могут быть продиктованы страхом и гневом, могут быть вредными, они также могут быть и вдохновляющими, и благородными. И хотя машины могут показывать большую продуктивность, работая вместе, люди могут строить отношения, основанные на доверии".
Именно поэтому, по мнению Сейдмана, вывод Декарта следует изменить с "Я мыслю - значит, я существую" на "Я чувствую - значит, я существую", "Я надеюсь - значит, я существую", "Я мечтаю - значит, я существую", "У меня есть ценности - значит, я существую", "У меня есть цель - значит, я существую".
Мы все еще будем нуждаться в ручном труде, и люди продолжат работать с машинами, чтобы создавать нечто экстраординарное. Сейдман просто утверждает, что техническая революция вынудит людей создавать больше ценностей через сердце и между сердцами. Я с ним в этом согласен. Когда машины и программы получают все больший контроль над нашими жизнями, люди начинают искать человеческих связей - вещей, которые не загрузишь из интернета, которые нужно получать старомодным способом, через общение.
Сейдман напомнил мне пассаж из Талмуда: "Что приходит от сердца, то входит в сердце". Именно поэтому даже сферы со значительным техническим компонентом извлекут пользу от большей сердечности. К примеру, доктор может получить точнейшие данные относительно рака от Watson компании IBM, а затем наилучшим образом применить полученные знания к случаю конкретного пациента.
Лидеры, бизнесы и общины будут по-прежнему использовать технологии, чтобы получить преимущество, но победителями окажутся те, кто сделают центром своей стратегии человеческие связи, отмечает Сейдман.
Перевод НВ
Новое время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Томаса Фридмана. Републикация полной версии текста запрещена
Больше мнений здесь