Обед с Дмитрием Комаровым

Автор и ведущий популярной передачи о путешествиях телеканала 1+1 вспоминает самые острые ситуации, которые с ним происходили в поездках, дает советы по выживанию в экзотических странах и с аппетитом ест тунец

Ольга Духнич

На пороге киевского ресторана японской кухни Yoshi Fujiwara посетителя валит с ног резкий запах тунца. Это плата за главное кулинарное шоу заведения. Каждую неделю с другого конца планеты сюда доставляют огромную рыбину, а шеф-повар ресторана и его же совладелец Йоши Фудживара мастерски разделывает ее на глазах у посетителей.

За зрелищность, свежие продукты и аутентичность Yoshi Fujiwara называют лучшим японским рестораном Киева, а в этом году он стал одним из лидеров рейтинга Топ-100 ресторанов Украины от НВ.

Попробовать 125‑килограммового тунца, всего сутки назад плававшего в водах Тихого океана, НВ зовет Дмитрий Комаров, автор, режиссер и ведущий передачи о путешествиях Мир наизнанку на канале 1+1.

— Когда я вернулся из Японии и захотел поностальгировать, то пришел сюда. Только здесь эти три кусочка тунца были точно такими же, как на самом большом рыбном рынке Цукидзи в Токио,— заявляет мой собеседник, усаживаясь в забронированном им же VIP-зале заведения.

Он поворачивается для приветственного рукопожатия и тут же морщится от боли: участвуя в шоу Танці з зірками на своем канале, Комаров получил небольшую травму.

— Стоило столько путешествовать, чтобы заработать травму на танцполе,— отшучивается он, беря в руки меню.

Миру наизнанку, одной из самых популярных передач отечественного телевидения о путешествиях, исполнилось уже семь лет. Только за прошлый сезон ее посмотрели около 18 млн телезрителей, и в этом году их количество растет. За все время съемок журналист и опытный путешественник Комаров в компании оператора объехал 13 стран мира и снял 9 сезонов программы. Также он лауреат украинской медийной премии Телетриумф как лучший ведущий развлекательной передачи.

Недавно Комаров вернулся из путешествия по Японии, где провел три месяца, и, кажется, не зря.

— Шиковать не будем, но тунец закажем обязательно,— твердо заявляет он, окидывая взглядом меню.

Телеведущий поясняет, что тунец — главное блюдо японского стола, а его качество и цена определяется цветом рыбной мякоти и ее расположением. Самый дорогой тунец — это светлое мясо, которое находится ближе к спинке, а самый дешевый — ярко-красное брюшко.

— Вот эти вот “темки” годятся, и положите все красиво на редьку, которая как трава нарезана,— просит Комаров официантку, показывая на суши и сашими с труднопроизносимыми названиями.

И тут же переключается на воспоминания о Японии. Прерывать его сложно: общительный экранный Комаров в реальной жизни точно такой же.

— В Японии, кстати, продают борщ, упакованный в банки. Это такая смесь томатного сока и маринованной кукурузы — гадость редкая. То же, кстати, говорят о суши японцы, попробовав их в наших сетевых ресторанах. Я думаю, украинские суши — это наша месть за японский борщ!

Сколько времени вы обычно готовитесь к путешествию в новую страну? — мне удается прервать собеседника.

— Около трех месяцев. Читаю все, что нахожу, изучаю похожие программы о путешествиях по всему миру и определяю места, которые нужно посетить в стране или, наоборот, не нужно. Определяюсь с гидом. Для нас он не только носитель языка, но и человек, который хорошо понимает общество, в котором живет. Фокус на человеческих историях и местных правилах жизни — одна из отличительных черт проекта.

Впрочем, Комаров тут же замечает, что с Японией не помогли и три месяца подготовки. Приехав в страну, телеведущий, по его собственному выражению, “впал в ступор” на две недели. Одной из причин ступора он называет то, что в закрытой японской культуре почти все вопросы решаются через местных уважаемых людей, и переговоры занимают продолжительное время.

— Мы хотели снять, как я делаю вместе с японским поваром суши в ресторане. Но, оказывается, даже в самом обычном ресторане для этого нужно два месяца договариваться, несколько раз встречаться и обедать с хозяином ресторана. Оплатить все продукты и аренду помещения. Никакими взятками вопрос не решишь и не ускоришь.

Комаров признается, что фразу:“Здесь так нельзя, потому что это Япония” к концу путешествия он выучил наизусть.

— Если когда‑нибудь займусь своим бизнесом, последние, с кем буду работать, это японцы,— признается он.

— Говорят, вы даже к якудза как‑то подобрались? — спрашиваю я о самом ярком приключении Комарова с японской мафией, которая считается одной из самых закрытых каст страны.

— Здесь мне помогли природная наглость и счастливый случай. А еще то, что я европеец, иначе бы меня точно убили,— улыбается мой собеседник, разливая по чашкам горячий зеленый чай.

Искать контакты главарей якудза напрочь отказались все тамошние гиды. Помог большой религиозный праздник, где якудза традиционно участвуют в шествии наравне с обычными жителями Токио.

— Мы сразу обратили внимание на группу почти полностью татуированных мужчин, одетых только в повязки и плавки. Оператор их снимал тихонечко, а я в своей обычной панибратской манере подходил и говорил: эй, мужики, привет! О, а это главный босс мафии? А можно я ему лапу пожму? Они такого, конечно, не ожидали и немного оторопели, а потом решили: европеец — забавный, пусть с нами посидит.

Впрочем, на следующий день Комаров едва не лишился пальца (традиционное наказание у якудза). Не зная, что даже намерение прикоснуться к женщине в Японии трактуется как оскорбление, он приобнял для фото жену главаря одного из кланов якудза. Тогда телеведущего жестко вытолкали за дверь, попросив не попадаться на глаза.

— Что вас обычно спасает в критических ситуациях? — интересуюсь я.

— У меня есть чуйка,— хитро улыбается Комаров.— И я к тому времени уже два месяца пробыл в Японии и понимал, что меня не убьют. Разве что по роже дадут. Потому пришлось думать, как поставить красивую точку в этой истории.

Официант прерывает нашу беседу, водружая на стол огромное блюдо с суши и сашими.

— Я это все заказал? — искренне удивляется Комаров, оглядывая композицию.— Теперь ваши читатели подумают, что я здесь жирую.

— К заказу мы добавили еще и комплимент, специально для вас от нашего шефа,— гордо замечает официант.

— А, ну тогда давайте получать удовольствие, раз такая удача! — деловито отзывается Комаров, распределяя по нашим тарелкам еду.

Пока он управляется палочками, я, улучив момент, спрашиваю телеведущего о количестве сала и водки, которые он берет с собой в каждое путешествие. Они фигурируют почти в каждом выпуске программы.

— В этот раз я ввез не меньше 10 кг,— честно отвечает Комаров.— А вот сколько водки ввожу — не скажу, меня же после этого интервью никуда не пустят. По большому счету, сало тоже не везде можно ввозить, но у меня есть свои секреты. На мексиканской границе в моем грузе сало не опознали даже обученные искать наркотики собаки.

Телеведущий тут же отмечает, что сало, водка, вышиванки — важные средства культурной дипломатии.

— Это один из секретов производства передачи. У нас почему получается? Люди, особенно в бедных обществах, любят, когда их воспринимают личностями. Не только берут у них что‑то, но и дают им взамен. Всегда важно донести послание: я такой же человек, как ты. Важно обняться, разделить еду. Если ты халтуришь и притворяешься, это становится понятно по твоей энергетике, и собеседник сразу закрывается.

Впрочем, Комаров признает, что даже в самых отдаленных от цивилизации племенах, где деньги не в ходу, от путешественника все равно требуют заплатить за услуги и впечатления.

— Очень забавно было в джунглях острова Новая Гвинея. в племени бывших каннибалов караваи“Это будет стоить 5 млн рупий!” — заявил мне местный. Для него это просто цифра, не имеющая реальной значимости, но важная для личного статуса. В итоге мы сторговались на какой‑то маленькой сумме.

А вопрос с бытовой гигиеной в путешествиях вы как решаете? — прерываю я монолог собеседника практическим вопросом.

— О, это моя профессиональная тема! Чем я только не переболел!

Оживившись, Комаров рассказывает, что в каждую поездку берет с собой хирургический дезинфектор для рук и хлоргексидин — для обработки столовых приборов. И тут же замечает, что отравиться можно и в центре благополучного Дубая, а правила выживания в индийских трущобах и жарком мегаполисе универсальны.

— Дезинфицируйте руки, ешьте термически обработанную пищу, следите за качеством воды, которую вам подают. Ну и главное правило путешественника в экзотических странах: выпил воду — проткни бутылку,— советует Комаров. И поясняет: ушлые индийские подростки часто используют пустые бутылки по нескольку раз.

Мы расправляемся с обедом, и я спрашиваю у телеведущего, вернется ли он в Гималаи, покорять Эверест.

— Конечно! Потому что есть мечта, а есть цель. Так вот, Эверест — это моя цель,— отвечает Комаров.

Он объясняет, что для восхождения на самую высокую вершину мира ему нужны два года специальной подготовки в похожих погодных условиях.

— Индивидуальный подъем на Эверест стоит около $60–70 тыс. На мой взгляд, это куда лучшая инвестиция, чем модный джип,— признается телеведущий, покоривший в прошлом году одну из вершин Гималаев — пик Айленд.

Впрочем, подниматься на Эверест Комаров собирается в составе съемочной группы, а это увеличивает цену удовольствия минимум до полумиллиона долларов.

— Не снимать такое я точно не смогу,— улыбается он.

Мы почти завершаем обед, и напоследок я спрашиваю у Комарова, хотел бы он снять Мир наизнанку, но в Украине.

— Если совсем честно, то я хотел бы снять Мир наизнанку, когда у нас хоть немного лучше станет,— говорит он, сбрасывая очередной телефонный звонок — их к концу разговора становится все больше.— Я показываю правду, а сейчас у нас столько моментов, которые просто не хочется показывать. Я люблю Украину, и мне не хочется акцентировать внимание на плохом.

Допивая чай, Комаров рассказывает, что начинал разрабатывать идею программы по Украине в конце 2013 года. И большую часть материала нашел тогда в Крыму и на Донбассе, поэтому освобождения этих территорий ожидает с особым настроением. А еще его необычные путешествия по Украине — а их в багаже телеведущего немало,— станут частью книги, которую Комаров как раз пишет. Ее презентация планируется на весну следующего года.

— Это будет универсальный формат — для детей и взрослых. Вам понравится,— обещает он.