Обед с Евгением Галичем

Лидер группы O.Torvald, которая представит Украину на Евровидении, пьет кофе, мечтает о роме и рассуждает о роке

 

Екатерина Иванова

 

 

“Ну его нафиг”,— эта фраза была первой, пронесшейся в голове полтавского музыканта Евгения Галича, когда стало понятно, что он и его рок-группа O.Torvald представят Украину на главном песенном конкурсе континента Евровидение-2017.

Музыканты пошли на конкурсный отбор, чтобы лишний раз показаться публике, а к внезапно обрушившейся славе были не готовы.

— Мы заходили на сцену обычными парнями, а спускались знаменитыми,— вспоминает Галич, сидя за столиком кафе Нельсон и друзья, которое выбрал для обеда с НВ.

На музыканте черная куртка и такого же цвета круги под глазами — признак хронической усталости. Жесткий рабочий график, последовавший за нечаянной радостью победы, дается Галичу нелегко.

Встреча с НВ сегодня у него не первая, и он, оказывается, уже успел пообедать. А когда я предлагаю сделать заказ, музыкант перенаправляет задачу своему пиар-менеджеру — просит выбрать что‑то на свой вкус. Понимая, что обед не состоится, я прошу принести кофе.

Группе O.Torvald 12 лет. За это время коллектив выпустил шесть альбомов на украинском и русском языках. Также музыканты записывали песни для сериалов и кинофильмов. В одном из них — Правило боя — Галич сыграл главную роль. На этом, пожалуй, значимые достижения группы, предшествовавшие победе в национальном отборе Евровидения, исчерпываются.

— Зачем вам, рокерам, нужен был конкурс для домохозяек? — искренне недоумеваю я, возвращаясь к теме Евровидения.

— Это 43 страны, зрители которых будут прикованы к экранам телевизоров,— объясняет музыкант.— Не буду скрывать: пользуясь моментом, мы строим план действий после Евровидения для того, чтобы выйти на новый уровень.

— Верите, что получится? Популярность и востребованность — не одно и то же,— замечаю я.

— Мы за этим туда и шли,— говорит Галич.— Когда вышли в полуфинал, мне позвонил отец и сказал: “Сын, я не знаю, на что ты надеешься, но для меня важно, чтобы это был именно ты”. Я понял отца, когда позже смотрел, как моя дочь занимается танцами, и у нее получается.

 

Официант приносит заказ.

— Я люблю обычную курицу и гречневую кашу,— морщит нос музыкант, отодвигая от себя тарелку с модным салатом из индейки.

— А для души вы куда ходите? — любопытствую я.

— Barbara bar,— оживляется Галич.— Я люблю выпить.

Он признается, что сейчас с радостью пропустил бы стаканчик любимого рома, но не пьет почти девять месяцев — пока жена в положении. “Я дал слово [себе], это принципиальный момент”,— говорит 33‑летний музыкант [24 апреля у пары родился второй ребенок — сын].

Джамала меня пугает каждый день

Примерный семьянин сегодня, в прошлом Галич — развязный рокер. Выпускник Полтавского военного института связи, он приехал в Киев в 2006 году, вел жизнь, которая укладывалась в опробованную многими музыкантами формулу “секс, наркотики, рок-н-ролл”, и часто уходил в отрыв — отсюда, кстати, и название группы.

— Мы изначально были группой, которая воспитывалась в гараже,— пускается в воспоминания он.— Многие мои друзья просто спились.

Теперь в считаные месяцы он вошел в первый эшелон украинской музыки — ему часто звонит сама Джамала, одна из главных звезд Украины и победительница прошлогоднего Евровидения.

— Она меня пугает каждый день,— улыбается Галич.— Звонит вчера: “Жека, будет очень сложно, куча репетиций, многие люди теряли голос”. Ну, думаю, хватит. Но понимаю, что она пытается всячески обезопасить нас, предупредить, вооружить, пытается сказать то, о чем ей не сказали в свое время. У нее, например, сломались наушники перед финалом, а запасных не было.

Галич пересказывает напутствия перед выступлением и от других украинских звезд. К примеру, Андрей Хлывнюк, лидер группы Бумбокс, был краток. “Не ври себе, чувак, не обманывай себя, не зазвездись и держи удар”,— цитирует коллегу музыкант.

А звезда украинского рока Святослав Вакарчук дал совет “подтянуть английский” и “думать, что говоришь в интервью”.

— Вы размышляли над тем, что ваше выступление может нести какой‑то меседж Европе в широком смысле — например, об украинской музыке? — спрашиваю я.

— Она….

— Существует? — иронизирую я.

— Она существует, и она гораздо более широкого спектра, нежели вы думаете,— с укором замечает Галич.— У нас не только этно-музыка, поп и рок. У нас огромное количество оттенков всех этих направлений.

 

Мой собеседник убежден, что именно сейчас украинская музыка переживает свой расцвет: его коллеги собирают полные залы. В первую очередь он говорит о роке.

— Украинский рок для меня это не какое‑то конкретное коммьюнити, а личности — [Святослав] Вакарчук, [Олег] Скрипка, Саша Чемеров из Димна суміш, Кузьма [Скрябин], Кузя из Братів Гадюкіних, Олег Фагот Михайлюта, Андрей Хлывнюк. Личности, которые смогли существовать в достаточно сформированном эстрадном пространстве.

Впрочем, у Галича свое видение рока: он не считает протест обязательным в этой музыке. Себя же называет не революционером, а эволюционером и в музыке стремится не протестовать, но говорить о вещах, “которые волнуют”.

— У нас кризис общения, взаимоотношений, веры в друг друга, себя самого и человечество в целом,— начинает перечислять те самые вещи Галич.— Гораздо проще что‑то купить, нежели чего‑то добиться, гораздо проще показать девушке свою крутую машину, припаркованную около клуба, чем прочитать ей стихи или о чем‑то поговорить. Гораздо проще дать своему ребенку в руки телефон, чтобы он смотрел мульт­фильм, чем просто поиграть с ним. Гораздо проще купаться в лучах славы человека, который чего‑то добился, чем добиться чего‑то самому. Наконец, гораздо проще судить о военных действиях и конфликтах в нашей стране с дивана, чем действительно чем‑то помогать.

Закончив обличительную тираду, Галич тут же признается, что все эти “пороки” свойственны и ему самому. “Сам неидеален”,— с грустью констатирует он.

— А кто ваш слушатель? Для кого вы пишите свою музыку? — выпытываю я.

— Как только я начинаю представлять, для кого пишу, я пишу плохо,— признается Галич.— Нужно писать для себя.

Первый успех, а с ним и деньги пришли к O.Torvald лишь несколько лет назад. Впрочем, впервые зарабатывать музыкой Галич начал еще школьником. В 6 лет он уже был учеником музыкальной школы, а в 12, подзаработав на свадьбах, сам купил себе гитару.

Эту гитару — Diamant черного цвета — Галич потом в гараже перекрасил в ярко-желтый. После этого она перестала звучать, зато давала возможность выделяться.

Сейчас у Галича в коллекции 13 гитар, и на всех он играет.

— Какая мечта осталась нереализованной? — спрашиваю я напоследок.

— Только сексуальные фантазии,— отшучивается Галич. Подумав секунды три, становится серьезным и говорит: я хотел бы стать музыкантом, который создает то, чего от него не ожидают и с мнением которого считаются.