Риторика последних дней вокруг тематики НАТО и Будапештского меморандума демонстрирует хронический характер проблем восприятия международной политики и места в ней Украины значительной частью политической элиты.
Это не очень хорошо, так как лишает не только возможности трезво оценить наши перспективы на ближайшие годы/десятилетия, но и искажает представление о мотивах и интересах государств, которые мы без достаточных на то оснований часто называем «союзниками».
Верховная Рада приняла заявление «относительно первоочередных шагов обеспечения евроатлантической интеграции Украины — получения полноправного членства Украины в Организации Североатлантического договора», которое призывает ускорить предоставление стране Плана для членства, ссылаясь на решение Бухарестского саммита 2008 года. Это заявление предлагали принять еще больше месяца назад, когда планировался визит в Украину Североатлантического совета НАТО. Но приняли сейчас — то ли по случаю лондонской встречи лидеров государств-членов НАТО, то ли с целью повлиять на подготовку к нормандскому саммиту.
Вообще-то считалось, что на саммите в Бухаресте Украине и Грузии было отказано в предоставлении ПДЧ, а отказ — вежливо обернут в пункт 23 Декларации саммита, согласно которому вроде бы когда-то обе страны и ПДЧ получат, и членами НАТО станут. Ссылаться на этот пункт как на основание ускорить предоставление нам ПДЧ — интересный ход. В принципе, можно в том же русле призвать и к ускорению предоставления Украине членства в НАТО, не обращая особого внимания ни на то, что мир кардинально изменился за 11 лет, ни на то, что логика сближения с НАТО стала совсем другой, ни на то, что стран, готовых вести разговор о членстве Украины в Альянсе, сегодня меньше чем в 2008-м.
Украина, к сожалению, не является «фактически восточной границей Североатлантического альянса», как говорится в заявлении. И пока представляет собой скорее проблему и риск, чем актив для европейской безопасности. Наши шансы на членство равны нулю, а ссылки на социологические опросы — очень слабый аргумент в подобной дискуссии.
Уроки, которые мы должны были вынести если не после 2008-го, то по крайней мере за последние шесть лет российской агрессии в условиях разрушенной системы безопасности в Европе, заключаются в том, что спрос на жесткую безопасность значительно возрос. И что Украина в состоянии открытого конфликта с Россией не имеет шансов вступить в НАТО не из-за возражений Кремля, а из-за базовых национальных интересов государств-членов, которым не нужны лишние риски. И что строить собственную стратегию национальной безопасности лучше с учетом этих обстоятельств, а не опираясь на безосновательные оценки о том, что мы — восточная граница НАТО.
Другая часть невыученных уроков касается Будапештского меморандума. В 2014 году сформировался подход, в рамках которого государства-подписанты были объявлены гарантами безопасности и территориальной целостности Украины, но они не выполнили своих обязательств. Меморандум стал символом ненадежности обещаний и аргументом в пользу того, что с Россией нет смысла договариваться, а гарантиям государств Запада — кроме членства в НАТО — верить. Впрочем, каждая из этих идей создает больше вреда, чем пользы для нашей внешней политики. Не говоря уже о том, что никаких прямых гарантий безопасности со стороны третьих государств Будапештский меморандум не предоставлял.
Мы любим юбилеи. Юбилеи Вашингтонского договора и Будапештского меморандума приходятся на один год — и это хороший повод сверять наши внешнеполитические часы с тем, что происходит в мире.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени