Заявления с требованием отказаться от выполнения Минского протокола прозвучали в Украине сразу же после его подписания, а с 2015 года критика этого формата стала одной из самых популярных тем политических спекуляций.
Как и любое другое политическое оформление военного поражения, комплекс минских соглашений легко критиковать, однако затруднительно воплощать. Сегодня он представляет собой простой и дешевый способ собрать политические очки. Впрочем, простых и дешевых способов выхода из сложившейся ситуации на Донбассе у Украины нет — поэтому идея отказаться от «Минска» вряд ли станет путем к успеху.
Партия «Голос» на днях заявила о необходимости новой стратегии победы и, между тем, сформулировала ее ключевой элемент — выход из минских соглашений и замораживание ситуации «до усиления собственных позиций». Данную формулу поддерживают сторонники не только небольших парламентских фракций, ведь в определенной степени она отражает разочарование и некое ощущение тупика, сложившиеся среди широких масс населения Украины.
Тем не менее это поверхностное и простое решение невозможно причислить к «стратегии победы», поскольку оно не является более или менее продуманным политическим планом, представляя собой взамен набор клише, лозунгов и нереалистичных ожиданий. Учитывая уязвимость украинского общества в последнее время к разного рода мифов, манипуляций и необоснованных призывов, важно разобраться с нюансами.
Логика, которую предлагает «Голос», проста и слишком далека от реалий: сделать Украину сильной, дождаться благоприятной международной ситуации, «накачать экономические мышцы» — и навязать России мир на своих условиях. Даже если бы в документе содержались обязательные для стратегического планирования ответы на вопросы «насколько сильной должна стать Украина?» и «что именно надо ждать?», он все равно был бы далековат от рецепта победы.
Во-первых, сделать Украину сильнее — задача, с которой последовательно не могут справиться поколения украинской политической элиты. Удельный вес нашей экономики в мире уменьшается, как и количество населения, а вместо этого усиливаются и возрастают проблемы. Гораздо больше оснований полагать, что в среднесрочной перспективе Украина станет слабее, нежели надеяться на усиление. И уж точно нет смысла выстраивать долгосрочные стратегии с расчетом на оптимистическое развитие событий без конкретных ответов на вопросы о путях его обеспечения.
Во-вторых, основания надеяться на улучшение международной среды также сомнительны. За последние пять лет Украине не удалось решить ни одну из приоритетных задач своей внешней политики. Вместо этого мы получили новые вызовы — от проблем в отношениях с Польшей и Венгрией до активизации глобальной роли России. В эпоху разрушения институтов международной безопасности позиции страны, глубоко застрявшей в «серой зоне» по соседству с агрессивным и сильным ревизионистом, могут только ослабляться.
Верование в то, что время работает на нас, требует обоснований, ведь без них любая предпосылка для стратегии потерпит фиаско. Ожидание вполне может ухудшить, а не улучшить наши шансы.
Тема отдельной дискуссии — «наращивание экономических мышц» и «усиление военной способности Украины» как рецепт успеха. Кроме того что эта дискуссия обо всем хорошем без любой конкретики, налицо очевидная противоречивость: усиление военного потенциала происходит за счет сокращения возможностей для экономического развития. Эту дилемму Украина, одна из беднейших стран Европы, уже давно успела прочувствовать на собственном опыте. Финансирование военных расходов уже осуществляется за счет экономических реформ или укрепления государственных институций и институтов. Имеющиеся четыре миллиарда долларов военного бюджета обходятся нам дорогой ценой. За счет кого или чего конкретно произойдет дальнейшее увеличение оборонных расходов, и каких количественных показателей мы намерены достичь? Военный бюджет России превышает 60 млрд долларов, и когда же конкретно наши возможности достигнут уровня по навязыванию собственных условий мира? В лучшем случае нам придется выбирать между экономическим развитием и укреплением армии, в худшем — мы не сможем решить ни одну из этих задач.
Вернуть людей ментально — еще один весьма интересный лозунг, придуманный задолго до заявления «Голоса». Бороться за сознание людей — это конечно же похвально, но, во-первых, такая борьба связана с ответами на вопросы о методах и цене — в том числе о совместимости с процессом перестройки национальной идентичности, активно и ускоренно продолжающейся в последние годы. Во-вторых, мы все же имеем дело с территориальным конфликтом: восстановление контроля должно предшествовать всем другим процессам реинтеграции и постконфликтного урегулирования. Непонимание этой логики превращает лозунг о «войне за умы» людей в инструмент демагогии или манипуляций. Даже тотальная победа за умы людей на оккупированных территориях, в чем бы она ни измерялась, не разрешит конфликта без восстановления контроля над территориями.
Отсутствие ответов на простые, базовые вопросы, наличие и актуальность которых доказана опытом последних лет, вызывает глубокие сомнения по поводу обоснованности стратегии победы «Голоса». Вместе с тем есть и другие замечания, связанные с возможным выходом Украины из минского формата.
Мы — слабая сторона асимметричного конфликта. Договоренности, даже плохие, способствуют нам увеличить цену агрессии. Отказ от них означает уменьшение потенциала сдерживания России. Если мы хотим возвращать Донбасс на каких-либо других условиях — необходимо как можно скорее их озвучивать и донести гражданам Украины и нашим международным партнерам. Последние видят в комплексе минских соглашений привычный путь урегулирования конфликтов, подобных продолжающемуся на Донбассе. Наш выход из договоренностей ослабит дипломатическую поддержку и общее понимание шагов Украины — даже если режим антироссийских санкций сохранится.
В целом же основная опасность выхода из Минска заключается не в санкциях — хотя именно они зачастую упоминались в дискуссиях последних пяти лет по этому поводу. Парадигма управления конфликтом без Минска будет для нас менее выгодной, и не благодаря внезапной перспективе продвижения российских танков, а ввиду ослабления дипломатических позиций Украины. Основная ставка россиян — на дипломатическую и политическую, а не военную победу. Зачем же им подыгрывать?
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени