Место под солнцем

Каждый год работать за границей уезжают тысячи украинских IТ-специалистов: к прощанию с родиной их толкает не длинный евро, а карьерные перспективы и стремление жить в  благополучной стране

 

Анна Павленко

  

  

“После полутора лет жизни здесь фраза “уехал в Германию, чтобы разбогатеть” показалась мне смешной”,— говорит 27‑летний Павел Возненко, руководитель департамента разработки в мюнхенском офисе AutoScout24, крупнейшей в Европе интернет-площадке по продаже автомобилей. Три года назад Возненко покинул родной Киев и переехал в Германию вместе со своей женой-датчанкой.

Сегодня он снимает частный дом с садом в Мюнхене, каждый квартал путешествует с семьей по Европе и наслаждается всеми благами немецкой жизни, в том числе питьевой водой из крана и развитой инфраструктурой для велосипедистов. И хотя в первый год после переезда почти вся зарплата Возненко уходила на аренду жилья, налоги, коммунальные услуги, питание и досуг, сегодня ему удалось подняться по карьерной лестнице.

“В Украине, например, хорошие дороги, парки, воду, воздух не купишь; в мире есть что‑то важнее денег”,— не жалеет о своем переезде IТ-специалист.

Лучший способ удержать в Украине программистов — превратиться из страны третьего мира в страну первого мира 
Максим Ищенко, основатель портала DOU.ua

На родине Возненко занимал позицию тимлида в международной компании по разработке программного обеспечения (ПО) Ciklum. Таких, как он, сегодня в Украине немало: общее количество высококлассных разработчиков ПО близится к 100 тыс. Причем в 2015 году родину покинули от 2 тыс. до 5 тыс. таких специалистов, оценивает отток кадров информационный портал для IТ-специалистов DOU.ua.

Именно сотрудники IТ-сферы чаще других “белых воротничков” думают о миграции, подтверждает свежее исследование кадрового портала HeadHunter. Так, из 8 тыс. IТ-специалистов, опрошенных порталом DOU.ua, 43% думают об эмиграции, а 9% уже активно готовятся к переезду. Наиболее желанными странами для релокации респонденты называют США, Германию и Канаду. За ними следуют Польша, Великобритания и Нидерланды.

Трудовой миграции способствует международная конъюнктура рынка: сертифицированные IТ-специалисты, по количеству которых Украина занимает четвертое место в мире после США, Индии и России, затребованы во многих странах. К примеру, в ЕС дефицит таких кадров оценивается в 900 тыс.

Сами украинские программисты готовы уезжать, чтобы улучшить условия жизни, получить широкие социальные гарантии и опыт работы в ведущих глобальных компаниях. “Едут ради карьерных перспектив и возможности жить в цивилизованном обществе с чистыми улицами, работающей полицией, социальной защитой”,— говорит о причинах трудовой миграции Максим Ищенко, основатель DOU.ua.

При этом деньги, как правило, не играют решающей роли, хотя уровень дохода программиста в Украине и, к примеру, в Германии существенно отличается. Согласно прошлогодним данным международной консалтинговой компании Hay Group, в среднем в Украине программист получает около $ 16 тыс. в год, в то время как в Германии его заработок приближается к $ 100 тыс., а в Польше — около $ 40 тыс. Впрочем, дешевизна жизни в Украине смягчает эту разницу.

Год назад 30‑летний уроженец Минска Владимир Горшунов вместе с семьей перебрался в Лондон. На позицию старшего руководителя технических программ и проектов его пригласила американская компания Amazon, крупнейший онлайн-ретейлер со штатом 250 тыс. человек. Успешно пройти собеседование Горшунову помог опыт, приобретенный в дочерней компании глобального IТ-гиганта IBM и работа с иностранными клиентами в Ciklum.

“При подборе менеджеров Amazon смотрит на два основных критерия: опыт работы в глобальных компаниях и различных регионах, что позволит кандидату влиться в мультикультурную команду”,— перечисляет требования мирового лидера онлайн-торговли Горшунов. Именно возможность трудиться в глобальной компании стала для него решающим аргументом в пользу переезда за рубеж.

 

 

Такая работа позволяет IТ-специалисту наблюдать, как ведущие игроки управляют процессами и принимают решения. “Если ты понимаешь работу лидеров рынка изнутри, твоя ценность как специалиста растет и тебе легко продолжать трудиться как в большой, так и в маленькой компании, и в стартапе — этот опыт применим везде”,— говорит Горшунов.

Пока возвращаться в родной Минск он не планирует, но рассматривает эту перспективу как вопрос возможностей. Именно открывшиеся в родной стране возможности когда‑то вернули в Украину после трех лет работы в Туманном Альбионе киевлянина Алексея Синельниченко. Правда, спустя несколько лет судьба вновь заставила его обживаться в британской столице, где расширял свое присутствие его украинский работодатель.

“У меня семья и дети, которым я обязан предоставить безопасность, образование и хорошие условия жизни,— объясняет Синельниченко свое возвращение в Лондон.— На данном этапе я вижу, что Великобритания мне может дать эту возможность, и поэтому я намерен бросить здесь якорь и пришвартоваться на долгое время”.

Тем более что совсем недавно Синельниченко успешно прошел конкурс на вакансию менеджера по развитию IТ в компании Burberry, которая входит в первую десятку мировых fashion-брендов класса luxury. На позицию претендовали более ста кандидатов, а пять раундов собеседований заняли около 1,5 месяцев. По мнению самого Синельниченко, получить должность ему помогли приобретенные за 10 лет работы в индустрии технические, коммуникационные и презентационные навыки, а также хороший уровень английского и опыт разработки ПО.

То, что квалификация украинских IТ-специалистов соответствует высоким требованиям зарубежных работодателей, подтверждает и опыт перебравшегося в Мюнхен Возненко. Более двух лет работы в Ciklum разработчиком, а затем тимлидом позволили ему изучить работу различных бизнес-направлений от продаж до проектного менеджмента. Этот опыт помог ему возглавить технологическое подразделение крупной немецкой компании.

“Чтобы делать свое дело хорошо, нужно понимать специфику всех сфер, которые вовлечены в процесс, потому что IТ при разработке проекта продуктовой компании занимает только небольшую часть”,— признается Возненко.

Также украинские специалисты зачастую имеют привычку работать больше и инициативнее своих европейских коллег. По словам Возненко, в Германии темп работы куда более размеренный, нет задач “с сегодня на вчера”.

Комфортный быт и социальное обеспечение для членов семьи остаются ведущим фактором для большинства украинских IТ-специалистов, которые отправляются на зарубежные хлеба. Так, имея общий стаж жизни за рубежом более девяти лет, будущий менеджер по развитию IТ в Burberry Синельниченко перечисляет целый ряд бытовых преимуществ. В их числе общая безопасность, жизнь в среде, где соблюдаются и применяются законы, качественные медицина и система образования, чистая окружающая среда, хорошая логистика (от транспорта до электронного правительства), больше возможностей путешествовать.

Живущий в Лондоне Горшунов дополняет этот список общей культурой населения. И хотя социальное страхование в Великобритании не распространяется на членов семьи трудового мигранта, его рабочая виза автоматически обеспечивает право на работу супруге, вся его семья может бесплатно посещать терапевта, а дети до пятилетнего возраста получают бесплатные лекарства от государства.

Больше социальных гарантий имеют иностранцы в Германии. “Если кто‑то в семье работает, то на всю семью распространяется медицинское страхование”,— рассказывает Возненко. Здесь принята система семейного доктора, офис которого находится по соседству с местом проживания застрахованных. При необходимости он дает направление на посещение других специалистов, чьи услуги, а также медикаменты в 99% случаев покрывает страховая компания.

 

 

После рождения ребенка государство ежемесячно выплачивает родителям около € 350 в первый год и € 190 до достижения им совершеннолетия. “Дополнительно мы тратим всего € 120 плюс плата за полугосударственные ясли около € 600 в месяц”,— подсчитывает “детский” бюджет своей семьи Возненко.

Правда, за широкие социальные гарантии работающим жителям Германии приходится платить существенный подоходный налог, размер которого может достигать 45% доходов. И, несмотря на более высокие зарплаты по сравнению с Украиной, возможность делать накопления здесь меньше, признает Возненко.

При этом в случае непредвиденных больших расходов — как, например, переезд в новое жилье с оплатой за три периода вперед плюс покупка мебели — трудовому мигранту в Германии легко получить банковский кредит под 4,9% годовых. Главное условие — чтобы срок кредита не превышал срока действия разрешения на работу.

Крупные расходы украинцы несут при самом переезде за рубеж. Однако смягчить финансовую нагрузку им часто помогают работодатели. Так, перебираясь из Киева в британский офис Ciklum, Синельниченко получил от компании бесплатный билет, финансовый бонус, чтобы покрыть временную аренду до съема долгосрочного жилья и расходы до выплаты первой зарплаты, а также информационную поддержку.

Программы релокации действуют во многих международных компаниях. “Помимо релокационного пакета и помощи в оформлении документов, мы предоставили тем, кто переехал в наш словацкий офис в Кошице, информацию о городе, правилах проживания иностранных граждан, полезные контакты, помощь с пониманием законодательства”,— рассказывает Дарья Горницкая, генеральный директор украинского отделения международной компании Astound Commerce, специализирующейся на решениях в области электронной коммерции.

После переезда мигранты переживают период адаптации, который, по словам Горшунова, занимает около года. За это время они перестают переводить цены в родную валюту, обзаводятся новым кругом общения и привыкают обходиться без помощи родственников.

“Сегодня мы, например, не можем спонтанно сходить в кино”,— говорит о трудностях разлуки с родителями отец двухлетнего ребенка Возненко.

“За рубежом нет семьи и друзей, поэтому всегда нужно полагаться на себя”,— продолжает его мысль Синельниченко.

В числе неудобств лондонской жизни — необходимость месяцами ждать приема у узкоспециализированных врачей. Схожая ситуация — во многих странах Евросоюза. Однако в случае опасности для жизни медицинская помощь предоставляется незамедлительно. “Меня на несрочную операцию к хирургу записали за два месяца, но, когда у ребенка до 40ºС поднялась температура, его немедленно положили в больницу”,— уточняет Возненко.

Нарекания вызывает и дороговизна жизни. Расходы на аренду жилья либо его приобретение в кредит съедают до половины зарплаты. Усложняют жизнь за рубежом чужие язык и культура, конкуренция на рынке труда, бюрократия и трудности с поиском жилья, отмечают опрошенные порталом DOU. ua мигранты. Хотя, согласно майскому исследованию портала Портрет IТ-специалиста—2016, несмотря на все недостатки, из общего числа эмигрировавших IТ-специалистов в Украину возвращается лишь 1%. Для большинства из них возвращение связано либо с окончанием срока контракта, либо с неоправдавшимися ожиданиями от жизни за рубежом.

Именно последний фактор заставил вернуться на родину Олега Гришкевича, 38‑летнего руководителя отдела автоматизации бизнес-процессов в киевском офисе Ciklum. “Я долгое время мечтал уехать и в июне 2013‑го покидал Украину с четкой уверенностью, что не вернусь”,— делится с НВ Гришкевич. Однако спустя три года жизни в солнечном Майами Гришкевич попрощался со своим американским работодателем и уехал в Киев.

 

 

“Когда смотришь на США в разрезе более дешевых айфонов и автомобилей, работающих законов, качественной медицины и приветливых людей, в голове складывается идеальная картинка”,— рассказывает киевлянин. В Майами его впечатлили жесткие методы ведения бизнеса: отпуск две недели в году, уволить нерадивого сотрудника могут без каких‑либо отработок. Этот опыт был полезен для понимания, благодаря чему США являются мировым экономическим лидером.

После эйфории первых шести месяцев Гришкевич оказался в чужом обществе с другой ментальностью. “Из-за расстояния и недостатка живого общения теряется контакт с родственниками и друзьями, и ощущаешь себя одиноко даже в большой компании новых друзей”,— рассказывает о заграничной жизни киевлянин.

Сегодня он не жалеет о полученном опыте, но и уезжать из Украины надолго уже не готов. “Уровень жизни IТ-специалиста в Украине очень хороший; если будет достойное предложение [работы], я мог бы уехать года на два для получения нового опыта, но не на ПМЖ”,— резюмирует он.

Те же, кто даже решается на ПМЖ, не исключают возможности вернуться. “Лучший способ удержать здесь программистов — превратиться из страны третьего мира в страну первого мира, чтобы не было причин уезжать”,— считает Ищенко.