Зеленский несколько разочаровал Россию. Главное из интервью Вадима Пристайко

О позиции России на Нормандские саммите: Российская сторона остается на тех же позициях, которые я видел последние пять с половиной лет.

О том, что будет признаком прогресса после Нормандского саммита: Во-первых, освобождение «всех согласованных на всех согласованных» лиц. Однако держа во внимании, что мы должны прийти к реализации формулы «всех на всех».

Во-вторых, устойчивое, постоянное и всеобъемлющее прекращение огня. Объявление [о прекращении огня] будет 20 или 21 декабря. Мы планировали где-то ближе к 24-му числу (начнется прекращения огня - ред.). Лидеры были более осторожны и попросили до конца декабря, до 31.

Еще одно событие, которое для нас очень важно, состоится на текущей неделе. По нашей просьбе Красный Крест предпримет очередную попытку доехать на те территории и принять участие в расследовании того, где находятся, по разным оценкам, почти 500 человек, которые считаются пропавшими без вести.

О трех участках, на которых должно состояться разведения сил и средств: Определение участков с украинской стороны завершилось. Однако мы готовим несколько альтернативных вариантов. Рассматриваться и согласовываться эти участки будут в рамках одной из подгрупп Трехсторонней контактной группы. Мы считаем, что желаемым для нас является то место, которое дает, например, дополнительные возможности для пересечения линии контакта. В частности там, где можно открыть КПВВ.

О формуле Штайнмайера в украинском законодательстве: Мы готовы сделать этот шаг, введя его в украинское законодательство, и скорее всего, это будет интегрировано в закон об особом статусе. Никто не говорит, что «формула Штайнмайера» должна быть принята отдельным законом, отдельным пунктом. Очевидно, что наших законодателей может не устроить именно ее форма, но идея должна сохраняться так, как согласовали ее все стороны.

О вопросах контроля Украины над неподконтрольным участком границы на Донбассе: Это тот вопрос, в котором нам сейчас не удалось достичь никакого прогресса.

О Минских договоренностях: Они действительно нереальны. Хотя бы потому, что в них просто терминологические и хронологические недостатки. Например, даты, которые уже давным-давно прошли. Можно рассматривать адаптацию как минимально необходимую. Условно говоря, поменять даты. Возможно и изменение определенной конфигурации Минских договоренностей. Но сегодня, ни в Украине, ни в России, ни в мировом сообществе нет готовности к полному пересмотру Минских договоренностей.

О впечатлениях российских властей от встречи с Зеленским: Я так думаю, что Путин и его советники считали (или, скажем, рекомендовали Путину), что новый президент Украины отличается от предшественника. Наверное, они рассчитывали, что будет какая-то чрезмерная гибкость в решении принципиальных для нас вопросов. Мне показалось, что российская сторона осталась несколько разочарованной такой твердой принципиальной позицией Зеленского и его команды. Российская сторона откровенно раздражается в этом моменте тем, что нет прогресса от ожиданий.

О следующей встрече в Нормандском формате: Это предложение немецкой стороны (чтобы встреча состоялась в Берлине - ред.). Это (следующая встреча в нормандской формате - ред.) может произойти просто в течение апреля.

О приглашении Зеленского в Вашингтон на встречу с Трампом: Очевидно, (для визита в США - ред.) не лучшее время, когда ведется расследование импичмента. Это внутреннее дело США. Украина просто ждет приглашения.

О визите Лаврова в Вашингтон: Мы знаем, что часть разговора была посвящена Украине.

О замене Курта Волкера: Я говорил с посланником Государственного департамента о том, что нам интересно иметь такого человека, который имел бы возможность возглавить команду переговоров с американской стороны.

О новом после Украины в США: Это наш нынешний представитель в ООН Владимир Ельченко.

О назначении послов Украины в других странах: Мы в ближайшее время сможем обнародовать указы о назначении целого ряда руководителей важных для нас миссий.

О Крыме: Минский формат действительно не предусматривал вопрос Крыма вообще. Мы пробуем поддерживать оба вопроса параллельно, но всегда есть приоритеты. Однако вопрос Крыма остается на повестке дня. Просто он в конкретный момент не обсуждался детально. Есть группа, в которой обсуждают деоккупацию Крыма, но ее деятельность еще не структурирована. То есть, это не на уровне переговоров Нормандской четверки.