Я вижу несколько вариантов другого окончания Майдана. Один из них – очень большая зависимость от России, почти оккупация. То есть тотальный контроль в соответствии с каким-то соглашением с Россией по наведению у нас порядка. Еще один довольно абсурдный, но возможный вариант – самоорганизация или сепарация западной части Украины, как это произошло с восточной. А третий – в случае победы государственной силы в дальнейшем существовал бы полицейский режим Януковича. Было бы такое еще более Януковическое полицейское государство.
В этих случаях я бы тоже вел себя иначе – так же, как и многие мои единомышленники. Если бы реализовался процесс спасения западной страны, то я бы включился в ее государствообразование, как бы преступно это ни звучало. Если бы была российская оккупация или какие-то очень пророссийские курсы, то имели бы бы место различные формы сопротивления от вооруженных формирований до просто массового неповиновения. А если бы было просто украинское полицейское государство, я бы и дальше был его гражданином.
В любом случае я бы никуда не убегал и переживал бы вместе со всеми какой-то период оппозиционной деятельности. Не знаю, насколько толерантным был бы режим к такой деятельности, и насколько сильными были бы репрессии или еще какие-то неизвестные явления. И если бы имело место какое-то внешнее вмешательство в дела Украины, в любом случае я был бы на стороне сопротивления.
Но когда Янукович только пришел ко власти, либералы из моего окружения говорили: надвигаются времена жизни с полицией и криминалом под прессом государства. Я пытался бы оставаться и делать все возможное. Какую-то форму сопротивление приобрело бы в любом случае, потому что в те времена ликвидировать полностью инакомыслие и вольнодумство было уже невозможно.
Недавно я вспоминал слова журналиста Андрея Охримовича, которые он сказал по окончании событий на Майдане, когда мы стояли с ним рядом: «Я убежден: мы только выиграли первую битву украинско-российских войн». На тот момент непонимание среди украинцев насколько выросло, что в любом случае должно было обернуться какими-то разборками. Янукович мог бы действительно пригласить российские войска – и они пришли бы. Но это была бы уже форма войны, и она не была бы такой – украинский народ в то время уже не был таким покорным, как можно было ожидать.
Тем более, что все эти альтернативы, как говорят фармацевты, «хотя бы в форме следа» присутствуют до сих пор. И теперь есть и российская интервенция, и попытки построить сильное государство, и инакомыслящие регионы. Каждая из описанных альтернатив выглядит фантасмагорно, если думать о доминанте, которая больше проявляла себя, и важно то, что все эти процессы в большем или меньшем их проявлении живут и сейчас.
Так же как живет одновременно и наш европейский выбор и много других вещей, даже если они не являются мейнстримом, или тем, что на поверхности. На самом деле, альтернативная история не настолько творческая, как может показаться.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени