Сколько сильных людей за эти сложные годы угасали, как звезды. Сколько из них замолчали, отошли в сторону. Чего им не хватило? Веры? Поддержки?
Сергей Жадан,
Писатель
Тихий двор, высокий кирпичный забор. Молчаливые фигуры. Долгая мужская пауза. Напротив сидит знакомый. Пытается говорить спокойно и уверенно, но не получается. Делаю вид, что все хорошо. В таких случаях принято делать вид, что все хорошо. Хотя у собеседника уставший вид. Больной вид. С улицы доносятся звуки веселья, здесь же тишина и никотин. Психиатрическое отделение военного госпиталя. Мы сидим и рассуждаем о религии. Получается не очень.
Это тяжело — видеть усталость взрослых людей. Умных, всегда уверенных в себе. Замечать их усталость от жизни, от самих себя. И ведь никогда не знаешь, как быть с чужим неверием и отчаянием. К такому никто не готов, чужая слабость всегда поражает. Ты подбираешь слова, пытаешься помочь, поддержать. Но что заставляет нас верить? Какие слова? Честно говоря, не знаю. А хотел бы. Конечно, хотел бы.
Зато знаю, что кроется за этим взглядом. Зима 2014‑го. Киев, улица Грушевского. Весна, Донбасс, война. Пять лет войны, которая то отпускает, то вновь затягивает. Усталость накапливалась, ее становилось все больше. И в какой‑то момент она победила. Чего не хватило? Сил, сосредоточенности, поддержки? Сложно сказать. Жизнь ломает нас по‑разному, у нее ко всем особый подход.
Постоянно сталкиваюсь с похожими историями. Долгая заряженность на противостояние, на борьбу, на сопротивление нередко заканчивается внутренним выгоранием, опустошенностью. Не всегда хватает веры, чтобы говорить убедительно. У нашей уверенности в принципе ограниченные ресурсы, которые нужно еще уметь использовать. Сколько сильных людей за эти годы угасали, как звезды. Сколько из них замолчали, отошли в сторону. Скольких из них не стало. Кому‑то не хватило терпения, кому‑то любви. Прежде всего — любви.
Что способно сломать нас? Источником силы может быть и вера, и надежда, и даже ненависть. Причиной угасания тоже может быть все что угодно. Тут важно, чтобы рядом кто‑то был, кто‑то, кто способен поддержать и поделиться своей верой. Кто поможет остаться сильным, остаться самим собой.
Это тяжело — видеть усталость взрослых людей
Мы держимся за свою внутреннюю силу, рассчитываем на нее, пытаемся ею управлять. Но сила заключается и в том, чтобы не бояться разделить с кем‑то слабость. Не постесняться говорить о ней, обратиться за помощью. Ведь самый надежный и доступный источник силы — тот, на кого ты можешь положиться. Простая вещь, и, казалось бы, напоминать о ней лишний раз неуместно. Но именно о таких простых вещах мы, как правило, и забываем. И часто боимся просить о помощи. Чужая помощь нам кажется признаком собственной слабости. И нет ничего более безнадежного, чем признаться в слабости, пусть даже она временная и вполне понятная.
И вот с кем ты можешь поделиться самым важным? С кем можешь быть собой? Мы же все по большому счету пребываем в постоянном поиске своих. Понимаю: само разделение на своих и чужих говорит о неспокойном и не самом простом времени, но именно в такие периоды присутствие своего многое значит.
Другое дело — насколько мы в принципе способны принимать своих, делать шаг навстречу, говорить первыми, не боясь потерять позиции, не боясь показаться слабыми. Насколько нам всем сегодня хватает сил не бояться быть откровенными, не бояться делиться тем, во что мы верим? Недоверие ослабляет, делает нас беззащитными, лишает равновесия. Мы же знаем об этом, да? Знаем, и все равно не доверяем.
Еще подумал о таком. Я часто говорю “мы”. Не потому, что кем‑то прикрываюсь. Просто мне действительно нравится быть частью сообщества, пытающегося удержать страну, сопротивляющегося и не сдающегося. Оказаться среди таких людей — большая удача, подарок судьбы. Несмотря на то, что обстоятельства, при которых сформировалось это сообщество, далеко не радостные и не сентиментальные, несмотря на то, что смерть в этом случае — неотъемлемая часть жизни, несмотря на то, что приходится видеть эту усталость в глазах и злость в голосе.
Присутствие тех, кто настойчиво меняет мир, делает нас смелее. Мне нравится говорить с ними на одном языке. Немного пафосно, согласен. Но это то, чего в последние годы многие перестали стесняться, — искренность, которую часто путают с пафосом, открытость, которую не хочется забивать иронией. Пусть будет пафосно, я не против.
Возможно, это самое важное, что у нас есть, — ощущение своих, ощущение того, за что готов держаться до последнего, без чего не представляешь себя. Мне дает силу осознание, что я не один, что рядом со мной те, кому я верю, меня заряжает возможность говорить с ними серьезно и откровенно. Я, собственно, учусь у них этому. Такое, казалось, нехитрое умение, которого на самом деле часто не хватает. Говорить и слушать.
Их на самом деле очень много. Их достаточно для того, чтобы выдержать и победить. Они никуда не исчезли, они остаются здесь. Люди с уставшим взглядом, люди с ожесточенным языком, люди, которым важно остаться сильными. Особенно сегодня. Особенно здесь, в этой стране, под этим небом, в этом воздухе.
Эссе написано в рамках фокус-темы Украинского ПЕН и НВ Что даст нам силу?. Проект реализуется при поддержке Фонда содействия демократии посольства США