Бомбардировка импичмента: В Сирии Трамп решил вашингтонские проблемы

Ракетный удар, нанесенный ВМС США по авиабазе «Шайрат» в окрестностях города Хомс, больше похож не на военную операцию, а на красочную пиар-акцию. Существенных военных задач в Сирии она не решила, зато очень помогла Дональду Трампу в его противостоянии с демократами на родине.

В последнее время во внутренней политике дела у американского президента шли совсем плохо. Одного за другим его соратников обвиняли в связях с Россией. В Конгрессе началось соответствующее расследование, не сулящее ничего хорошего. А бывший советник по национальной безопасности Майкл Флинн даже пообещал рассказать о подробностях контактов Трампа с Москвой в обмен на иммунитет от преследования – для себя лично. В условиях, когда почти вся американская пресса настроена резко против Трампа, на его горизонте замаячила вполне реальная перспектива импичмента.

Прекрасным выходом из столь неприятной ситуации всегда была некая внешняя заваруха. В 1999 году под угрозой импичмента за ложь под присягой оказался тогдашний президент США Билл Клинтон. Однако процесс завяз и со временем прекратился – во многом из-за того, что внимание прессы и общества переключилось на военную операцию на Балканах. Выдворять из Белого дома президента воюющей страны было как-то не с руки, а потом и срок его закончился.

В последние недели администрация Трампа едва ли не каждый день выпускала грозные заявления в адрес Ирана и Северной Кореи. Последним доставалось особенно сильно: Трамп даже обещал «самостоятельно разобраться» с КНДР, если Китай будет безучастно взирать на ракетные тесты и ядерную программу своих миньонов в Пхеньяне.

Однако начинать войну против Ирана или Северной Кореи – крайне рискованное мероприятие. Обе страны управляются в высшей степени экзотическими режимами, которые могут задействовать ассиметричные меры – от перекрытия Ормузского пролива, через который половина мира снабжается саудовской нефтью (в иранском случае) до ядерного удара по Сеулу и американским войскам в Южной Корее (в случае КНДР).

В этом смысле недавняя химическая атака в Сирии стала для Трампа подарком небес. Поскольку мировое сообщество тут же решило, что химоружие применил сирийский диктатор Башар Асад, американский президент получил блестящую возможность решить еще несколько сопутствующих задач.

Во-первых, ракетный удар по Сирии, в отличие от Ирана или КНДР, лишен любых рисков. Армия Башара Асада, ослабленная пятью годами войны, просто не обладает возможностями для адекватного ответа. Во-вторых, Сирия – союзник России. Удар по ее объектам сильно подорвет бытующий в США миф о «Трампе – российском шпионе». В-третьих, президент США, атаковавший военный объект «бесчеловечных отравителей», найдет полное понимание и сочувствие практически во всем мире. Четвертое: действующий президент получил возможность показать согражданам, что он куда более решительный и твердый лидер, чем его предшественник. Логика тут такая: Обама в 2013 году пообещал применить силу против Сирии, если она применит химическое оружие, но не стал этого делать, а Трамп отреагировал немедленно.

Ну и еще один важный момент: удары по сирийской авиабазе начались в тот момент, когда во флоридскую резиденцию американского президента приехал на переговоры его китайский коллега. Трамп не стал откладывать удары, показав товарищу Си: «Вот как я поступаю с нарушителями мирового порядка. Следующими могут быть ваши корейские друзья».

На фоне сплошных плюсов есть и несколько минусов. Во-первых, американский удар по Сирии грозит поставить под угрозу американских военных в Ираке. Сейчас они там воюют против ИГ совместно с местными шиитскими отрядами, находящимися на содержании Тегерана. Иранцы могут и отомстить за бомбардировку своих сирийских союзников – целей для атак у них хоть отбавляй. Во-вторых, могут серьезно усложниться отношения с Россией, которая также поддерживает Башара Асада и его режим.

Если первую проблему в Белом доме, похоже, проигнорировали, то во втором случае «постелили соломки». Пентагон заранее уведомил россиян о готовящемся ударе, что позволило эвакуировать с базы «Шайрат» находившихся там россиян и большинство сирийцев. В результате при ударе 59 «томагавков» погибли всего шесть человек, включая двоих гражданских. По неподтвержденным пока данным сгорели 12 самолетов, часть из которых и так была в нерабочем состоянии (строго говоря, в Сирии большинство машин – нелетающая рухлядь). В общем, потери – чисто символические.

Россияне ответили на эту любезность своей: медленные и низко летящие «томагавки» никто сбивать не стал, хотя соответствующая возможность, конечно, была. При некотором навыке их и пулеметом сбить можно, не говоря уже о более современных средствах ПВО. Дежурный обмен дипломатическими уколами, состоявшийся уже после ударов, мало чего значит: «глубокие озабоченности» уже давно девальвированы почти до нуля.

Трамп получил, что хотел – очищение своего образа от неприятного флера пророссийскости, обретение ореола «защитника слабых» и подтверждение собственной решительности. Причем все это – в формате красочного шоу, которые он так обожает. Его импичмент уже никто не обсуждает, лучшие силы американских аналитиков брошены на выяснение возможных последствий ночной бомбардировки и дальнейших шагов Белого дома. Пока все, в общем, сходятся на том, что следующим шагом Трампа должна стать «умная дипломатия» - то есть принуждение России и Асада к мирным переговорам с повстанцами. Однако тут для Трампа есть определенные риски, вызванные отсутствием у США какой-либо четкой цели в Сирии.

Нанесение военного поражения Асаду для американцев не вариант, ибо в этом случае раздробленная и лишенная всех институтов страна превратится в настоящий рай для исламистов всех мастей и калибров. Более того, настоящая война против сирийского режима неизбежно приведет к участию в ней России, а это – совсем другой, потенциально – ядерный – уровень конфликта. Такое никому не нужно. Проще говоря, если Асада и бомбить, то так, чтобы случайно его не победить. Иначе получится ситуация подобной Йемену, Ливии и Ираку, где после свержения диктаторов началась дикая резня в формате «все против всех».

Второй риск – это отсутствие продолжения ночного ракетного обстрела. В этом случае в Вашингтоне неизбежно появятся вопросы, вроде «А что это было? С какой целью?». Трампа начнут ругать за склонность к ярким, но бессмысленным жестам. Для того, чтобы этого не случилось, на следующей неделе в Москву отправится госсекретарь США Рекс Тиллерсон. На переговорах с Владимиром Путиным он постарается выжать из бомбардировки хоть какой-то политический или дипломатический сок. В противном случае, она будет совсем уж пустой и лишенной какого-либо смысла, чем обязательно воспользуются политические оппоненты дома. Более того, это даст неправильный сигнал всем потенциальным противникам США вовне, которые решат, что Трамп – слабак и не может решиться ни на что, кроме одного постановочного удара по пустой базе.

На сирийском направлении перед Трампом сейчас открылись две дороги: эскалация американского вмешательства с непредсказуемыми последствиями – вплоть до катастрофических или тихий уход, чреватый проблемами в Вашингтоне и потерей авторитета на международной арене. Какой из этих вариантов будет выбран, вероятно станет ясно после визита Рекса Тиллерсона в Москву.

Впрочем, одним успехом президент США все же может похвастаться – разговоры об импичменте сейчас точно надолго прекратятся.