Итоги саммита Трампа и Путина могут удивить всех. И вот почему

Давно известная симпатия Трампа к Путину, а также формат саммита, исключающий как Украину, так и ее европейских союзников, предоставили критикам американской политики при администрации Трампа обильную пищу для нападок.

Восстановление хороших отношений с РФ, а не спасение Украины от поражения

Военный аналитик Лоуренс Фридман привел расхожий критический тезис, заявив об опасениях о том, что Трамп уступит Путину в ключевых требованиях по Украине в обмен на прекращение огня. В том же духе международный редактор по вопросам безопасности и корреспондент CNN Ник Патон Уолш отметил, что «трудно представить себе, как из этой двусторонней встречи может выйти сделка, которая не расчленит Украину». Действительно, лишь немногие комментаторы из мейнстримного истеблишмента в США или европейских столицах поддерживают инициативу Трампа, хотя Анатоль Ливен из антиизоляционистского Института Куинси стал одним из немногих, кто выразил ей хотя бы вялое одобрение.

Тем временем в Москве, несмотря на расплывчатые заявления Трампа об «обмене территориями», подразумевающие, что Украина якобы может вернуть часть утраченных земель, подконтрольная государству российская пресса уже называет предстоящий саммит победой Путина и «катастрофой для Киева», как выразилась газета «Московский комсомолец».

Тем не менее, как давний наблюдатель за российской политикой, я считаю преждевременным списывать этот саммит как заведомо обреченный на провал. Уважаемая российская эмигрантская журналистка Татьяна Становая, например, утверждает, что эта встреча представляет собой «первую более или менее реальную попытку остановить войну».

Кроме того, в публичной дискуссии о перспективах саммита на Аляске остались незамеченными несколько важных событий.

Что изменилось?

Несмотря на неоднократные заявления Трампа о стремлении положить конец войне в Украине, до сих пор никаких ощутимых результатов достигнуто не было. Его предыдущие попытки добиться прекращения огня — в феврале и апреле — были отвергнуты Путиным. Однако с тех пор произошло несколько сдвигов, которые на этот раз могут дать Трампу определенные рычаги влияния.

Спустя семь месяцев после начала второго срока Трамп, похоже, чувствует себя уверенно как никогда и проявляет всё большую готовность использовать силу для продвижения американских интересов.

В июне он присоединился к израильским авиаударам по Ирану — главному союзнику России на Ближнем Востоке. А 8 августа он пригласил в Белый дом президентов Армении и Азербайджана для подписания исторического мирного соглашения — серьезного дипломатического поражения для России, которая традиционно играла доминирующую роль в политике Южного Кавказа.

Продолжающаяся торговая война Трампа с миром также вызывает тревогу в Москве. 7 августа он ввел новые карательные тарифы против 90 стран, не заключивших с США соглашения до установленного им срока. Трамп демонстрирует готовность применять американскую мощь, чтобы принуждать к уступкам тех торговых партнеров, которые не в состоянии эффективно ответить — таких как Бразилия, Канада, Швейцария и теперь еще Индия.

Действительно, Трамп обратил внимание на то, что Индия закупила российской нефти на сумму $80 млрд в прошлом году — больше, чем Китай. 6 августа, в день, когда было объявлено о встрече на Аляске, он ввел 50% тарифы на импорт из Индии. Однако они вступят в силу только через 21 день — если только Индия не сократит закупки российской нефти.

Это создает реальный рычаг давления на Путина, если Трамп захочет воспользоваться им на саммите в Аляске. Российская экономика находится под давлением, мировые цены на нефть падают — и Москва рискует потерять жизненно важный источник дохода от экспорта нефти в Индию. Это вполне может стать той самой критической точкой, которая заставит Путина остановить войну.

Почему этого все еще может быть недостаточно

Несмотря на потенциальную значимость этих изменений, остаются весомые основания для скептицизма.

Во-первых, Индия может попросту проигнорировать нефтяные санкции Трампа. Ключевые индийские экспортные товары в США — такие как iPhone и фармацевтическая продукция — освобождены от 50-процентных тарифов. А именно они составляют примерно $20 млрд из ежегодных $80 млрд индийского экспорта в США.

Во-вторых, глобальный рынок нефти отличается высокой гибкостью. Нефть, которую не купит Индия, без труда смогут приобрести Китай, Турция, Италия, Малайзия и другие страны. Даже если Россия потеряет $10−20 млрд в результате санкций со стороны Индии, при общем годовом бюджете в $415 млрд это не подорвет способность Москвы продолжать войну против Украины.

Дьявол кроется в деталях

До сих пор остается неясным, чего именно Трамп хочет добиться на встрече на Аляске. Детали соглашения, к принятию которого он пытается склонить Путина, пока неизвестны. Судя по всему, основной замысел администрации Трампа по прекращению конфликта — это «земля в обмен на мир»: прекращение боевых действий с обеих сторон и де-факто признание российской оккупации украинских территорий.

Однако у этой формулы есть очевидная проблема: Россия не контролирует всю территорию четырех украинских областей, которые она считает своими. Москва занимает почти всю Луганскую область, но не всю Донецкую, а также лишь около 60% Запорожской и Херсонской. Если, к примеру, Россия настаивает на полном контроле над Донецкой областью, Украине придется отдать около 6 500 квадратных километров с населением около 200 тысяч человек — в основном это города Краматорск и Славянск.

Трудно представить, что президент Владимир Зеленский согласится на такую уступку.

Но столь же трудно представить, что Путин откажется от претензий на все четыре области, которые в октябре 2022 года были формально включены в состав Российской Федерации. В июне 2024 года, в своей программной речи в МИД РФ, Путин изложил, пожалуй, самый подробный анализ «коренных причин» и хода конфликта. Он прямо заявил, что юридический статус этих четырех регионов как части России «окончательно закрыт и больше не подлежит обсуждению».

Очевидно, что вопрос территорий — это главный барьер для любого потенциального миротворца, включая Трампа.

Прочие вопросы, такие как требование Украины о гарантиях безопасности или российские требования о «денацификации» и «демилитаризации» Украины, теоретически могут быть отложены и решены на следующих этапах — через переговоры и посредничество третьих сторон.

Есть и другие факторы, которые влияют на вероятность заключение мирного соглашения сейчас.

И украинское, и российское общество устали от войны, которую никто из них не хотел. Но одновременно в обеих странах большинство людей не готовы к миру любой ценой.

Если Трампу удастся убедить Путина отказаться от претензий на всю территорию четырех восточноукраинских областей — это станет серьезной уступкой, и, возможно, Зеленскому стоит ею воспользоваться. Однако Путин, в таком случае, захочет получить нечто взамен — например, отмену международных санкций и восстановление полноценных дипломатических отношений с США. Тогда он сможет вернуться в Москву и объявить своим гражданам, что Россия выиграла войну.

Если подобная сделка и будет заключена на Аляске, Трампу еще предстоит убедить Украину и европейских союзников ее принять. Однако, учитывая уверенность Путина в том, что Россия побеждает в войне в Украине, маловероятно, что он согласится на какие-либо уступки, которые Трамп может предложить в Анкоридже.

Перевод NV

Оригинал опубликован на The Conversation

NV обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок The Conversation. Републикация полной версии текста запрещена.