Саммит в таком формате между российским и американским лидерами состоялся в 2021 году, когда в начале своей каденции Джо Байден встретился с Путиным в Женеве. Последний раз Путин и Трамп встречались в 2018 году в Хельсинки. Обе встречи не имели никакого влияния на решение тех внешнеполитических вопросов, которые беспокоили мир в то время.
В Хельсинки Путин и Трамп обсуждали вопросы Сирии и Украины, однако саммит запомнился щекотливым для американского лидера вопросом о вмешательстве России в президентские выборы 2016 года. И Трамп после разговоров наедине с Путиным тогда согласился на его заверения, что Россия не вмешивалась в американский избирательный процесс, чем поставил под сомнение роль отчетов ФБР, чьи данные свидетельствовали об обратном. В Женеве Путин и Байден договорились о продолжении переговоров по ограничению производства стратегического вооружения. Однако уже в начале 2022 года Путин вторгся в Украину, и любые положительные результаты этих встреч остались лишь пустыми заявлениями.
Саммит на Аляске в 2025 году, похоже, станет продолжением предыдущих двух безрезультатных встреч. Несмотря на все ожидания и заверения президента Трампа, что встреча положит конец российскому вторжению в Украину, без участия президента Зеленского, как и без участия лидеров европейских стран, решить вопрос «простым» обменом территориями вряд ли удастся. Тем более, что Путин точно не стремится получить отдельные куски украинских территорий, о чем нам, украинцам, известно еще с 2014 года. Его цель — это разрушение существующего международно-политического порядка путем полного захвата Украины и включения ее в свою сферу влияния. И частично достичь этой цели Путин действительно может на саммите 15 августа 2025 года, получив негласную возможность легитимизировать военную оккупацию частей украинских земель.
Решить вопрос «простым» обменом территориями вряд ли удастся
В исторической перспективе желание легитимации таких достижений не является чем-то принципиально новым для российских политических лидеров. Экспедиции в Арктику и на Дальний Восток в XVIII веке имели целью получить колониальные достижения, которыми в то время владели европейские империи. Еще с XIX века россияне стремились быть на одной ступени с крупными европейскими колониальными империями, всячески подчеркивая свое международное величие через захват новых земель. Иногда желание подчеркнуть свой статус, а следовательно получить признание со стороны влиятельных стран, имели обратный эффект. Например, дело по продаже Аляски, большой территории на Американском континенте, которую русские так и не смогли полностью контролировать и заниматься развитием, во многом была вынужденным шагом, чтобы рассчитаться с долгами, появившимися у России после Крымской войны (1853−1856), а с другой — чтобы территория не отошла Британской империи.
После коллапса Российской империи к международному признанию стремился каждый коммунистический лидер в Кремле. В частности, Сталин, который по завершении Второй мировой войны на Ялтинской конференции 1945 года стремился больше всего закрепить военные завоевания Красной Армии в Восточной Европе. Признание Черчиллем и Рузвельтом этих достижений, по мнению историка Сергея Радченко, предоставило Сталину необходимый уровень легитимации, к которой тот так стремился. Ведь, по словам исследователя, «Власть без легитимности была нестабильной властью. Легитимность, однако, была немыслима без внешнего, особенно американского, признания» (цитата из книги To Run the World. The Kremlin’s Cold War Bid for Global Power, 2024). И здесь имеется в виду не столько юридическое закрепление, сколько негласное согласие на то, что эти территории/государства с тех пор находились под влиянием Москвы.
В этой исторической перспективе Путин ничем не отличается от своих предшественников. Тем более, что у него сейчас есть вполне благоприятные условия для получения желаемого международного признания.
Во-первых, ему удается удачно манипулировать американским президентом и его специальным представителем Уиткоффом. Как бы ни хотел Трамп показать себя сильным лидером и подчеркивать, что именно россияне попросили встретиться якобы в ответ на его ультиматум о введении санкций, особенно вторичных, на экспорт российской нефти, то, как быстро меняется его риторика относительно действий россиян, свидетельствует о признаках неопределенности и наличии места для потенциального компромисса между США и РФ. И Путин этим удачно пользуется. Вспомним, какие посты писал Трамп в этом году после своих разговоров с Путиным о большом вкладе россиян в победу над Гитлером и об общих исторических связях между обеими странами.
Во-вторых, место проведения саммита на Аляске также на руку кремлевскому диктатору. Несмотря на решение Международного уголовного суда об аресте Путина, США не являются подписантом Римского статута (1998), а следовательно не имеют никаких обязательств по выполнению этого решения. Несмотря на это, его поездка на Аляску является признаком того, что Путин уже не находится в статусе международного изгнанника, а страна, которая является символом существующего международного порядка, открывает свои двери перед международным преступником. Это может стать сигналом также и для других стран вернуться к общению с россиянами. Бывший советник по национальной безопасности Трампа Джон Болтон считает, что худшим предложением проведения саммита могла стать только Москва.
В-третьих, символизм Аляски и то, как в XIX веке колониальные империи получали свои территории, является своеобразным фоном к уже озвученным заявлениям о необходимости территориальных уступок Украины. Профессор Сэм Грин из Лондонского королевского колледжа, который специализируется на исследованиях российской политики, заявил, что символизм саммита на Аляске демонстрирует то, как границы могут меняться, а территории покупаться или продаваться. То есть дело по продаже Аляски показывает, как обмен территориями может быть простым и безболезненным для тех геополитических игроков, которые принимают такое решение без привлечения заинтересованных сторон.
И наконец, сам факт встречи с президентом США, без других вовлеченных лиц, дает Путину прямой доступ к Трампу, а значит является возможностью повышения международного статуса России до страны супермощи, как это было во второй половине ХХ века. Среди вопросов, которые наверняка будут рассматриваться обоими лидерами, будут вопросы Арктики и состояния дел в Тихоокеанском регионе.
И здесь уже американскому президенту важна роль России, особенно в глобальном противостоянии с КНР. Наверное, Трамп был бы не против склонить Путина на свою сторону и таким образом развалить их альянс с Си Цзиньпином, а Украина здесь может стать ничем иным, как разменной монетой. В принципе, как и вся Европа в целом. По мнению бывшего посла США в Украине Джона Хербста, саммит на Аляске напоминает Ялтинскую конференцию 1945 года, где три страны решили судьбу половины Европы без их прямого участия.
Поэтому стремления российского диктатора на встрече с американским президентом на Аляске выглядят вполне понятными — негласное признание со стороны США своих военных захватов в Украине и поднятие собственного геополитического статуса, к которому всегда так стремились любые российские лидеры.