Впервые напечатано в журнале NV за август 2025 года. Републикация запрещена
Мы занимаемся проблемой российского плена и меня часто спрашивают, почему право не работает. Почему вся система ООН не может остановить российские издевательства? Почему Женевская конвенция никого не защищает? Почему Международный комитет Красного Креста не имеет доступа к моему мужу?
Тогда я беру в руки ручку для наглядной демонстрации. Если я разожму пальцы, то эта ручка упадет. Это произойдет независимо от моего желания. И то где угодно — в Вашингтоне, Пхеньяне, Москве, Йоханнесбурге, Хартуме, Кабуле. Так действует закон естественного притяжения. На нем построена система Земля.
А право — это искусственный конструкт. Это о том, как сделать нашу жизнь более безопасной, предсказуемой и справедливой по сравнению с законами природы. Нужно было пройти через опыт Второй мировой с миллионными жертвами, чтобы люди наконец договорились — подписали международные конвенции и создали международную архитектуру, дабы отслеживать их выполнение. Поэтому для того, чтобы эта искусственная система работала, надо прилагать усилия. А иногда — силу. Желания недостаточно.
Мы упрекаем мир за нерешительность, но сами были такими
Мой опыт работы с последствиями массового насилия и несвободы привел меня к простому выводу. Перелому международного порядка предшествовал кризис этики. Мы начали по-разному трактовать лозунг «never again».
Для украинцев «never again» означает буквально следующее. Мы не будем мириться со злом, даже если оно в разы превышает наши возможности. Мы будем сопротивляться и скажем «никогда снова» оккупации, концентрационным лагерям, уничтожению народов, убийствам и пыткам. Мы будем бороться за малейший шанс для наших детей иметь свободу жить без страха от насилия и самим определять свое будущее. Для украинцев «never again» — не просто слова. Мы доказали это на поле боя.
Но многие люди в Европе и мире унаследовали демократию от своих родителей и начали воспринимать свободу и безопасность как данность. Для них «never again» свелось к тому, что мы никогда снова не будем платить такую высокую цену за нашу свободу. Даже если на кон поставлены наши собственные жизни, мы больше не хотим ими рисковать. И поэтому мы будем идти на компромисс со злом — жать руку Путину, приезжать на парады на Красную площадь, строить газопроводы, делать business as usual, закрывать глаза на оккупацию.
Люди, которые мыслят исключительно собственным комфортом, имеют типичную проблему горизонта. Они стремятся получить выгоду здесь и сейчас. Но если ты хочешь будущее на кредитную карту, то не стоит забывать, что рано или поздно кредит придется отдавать вместе с процентами.
Мы упрекаем мир за нерешительность, но правда в том, что мы были такими же. Вскоре после оккупации Крыма и Донбасса часть украинцев выключили войну, как переключатель на пульте телевизора. Война пугала, но была далеко. А люди хотели жить спокойной жизнью. И потом наступил тот день в феврале 2022 года, когда уже никто не мог выключить войну. Прошло время, и мы снова заходим на новый круг.
Путин начал эту войну не для того, чтобы просто оккупировать еще какую-то часть украинских территорий. Путин начал эту войну, чтобы оккупировать всю Украину и пойти дальше. Его логика историческая. Он хочет вписать себя в мировую историю. Он мечтает восстановить могущество империи, распад которой, по его собственным словам, стал самой большой геополитической катастрофой прошлого века.
Поэтому давайте говорить прямо: люди в Европе находятся в безопасности до тех пор, пока украинцы продолжают сдерживать российское наступление.
Но и жизнь людей за пределами Европы изменится. Путин пытается убедить, что свобода, демократия и верховенство права — фейковые ценности. Потому что никого во время войны не защищают. Путин пытается продемонстрировать, что государство с «картами на руках» в виде ядерного оружия может сломать международный порядок, диктовать свои правила другим странам, а также принудительно менять международно признанные границы.
Если Путину удастся, то это вдохновит автократов в разных частях мира делать то же самое. Это будет мир прошлого. И это прошлое не было великим. Это мир, где правила устанавливает сильный, где большинство должно слепо им подчиняться, где жизнь человека не имеет значения. Удержаться на верхушке иерархии также требует усилий. Поэтому мир, где господствует право силы, это всегда мир войн и массового насилия.
Наша победа будет долгой. Речь идет не просто о постепенном выходе на свои границы. И не только о качественной трансформации государства, чтобы права каждого были защищены, власть подотчетна, суды независимы, а полиция не разгоняла студентов. Длинная победа — об установлении международного порядка, который наказывает нарушителей и защищает свободу всех. И это будет новая искусственная система после апгрейда. Потому что у старой закончился срок годности.