Гори, патриархат. Как в Киеве проходил марш за женские и не только права

- А чего вы пришли? Чего вам не хватает? Вот у нас, — обращается ко мне то ли с вопросом, то ли с искренним непониманием полицейский, — столько хороших одиноких парней в участке.

Я стою у спуска, где только что проходил Марш женщин. Участие в нем приняли около тысячи человек, как потом сообщили организаторки.

- А у вас есть восемь часов, чтобы об этом поговорить? — спрашивает моя подруга-феминистка, с которой вместе пришли на митинг.

Силовик с улыбкой качает головой, якобы нет, и разочарованно добавляет, что если бы не мы, у него сегодня был бы выходной.

И после этого — почему же активисты и активистки вообще выходят на демонстрации в поддержку своих прав?

Пройти к месту сбора не так просто — цепь силовиков прочно удерживает священнослужителей (собираются участники Марша на Михайловской площади — прямо на них смотрит Михайловский Златоверхий монастырь), радикалов и просто недовольных разрушением так называемых традиционных ценностей граждан. Надо доказывать, что ты — без плаката и довольно гетеронормативной внешности — не будешь производить никакие беспорядки и создавать провокации. Пресс-карта правоохранителей вроде бы успокаивает, и я попадаю внутрь.

Оказываюсь у представительниц группы Антиберегиня, которые скандируют Жінка — це людина, а не матка і вагіна. Таким образом активистки выступают против сексуального насилия и за введение в Украине Шведской модели для секс-работниц. Замечаю активистов и активисток совершенно разного возраста — от очень маленьких, которых привели родители, до пожилых — одна из них пришла выступить против домашнего насилия и признается, что многие женщины ее возраста знакомы с ним из собственного опыта.

Возле них — еще масса разных участников и участниц Марша, которые пришли самостоятельно или от организаций: женщины с короткими волосами, мужчины с длинными — красными, синими, зелеными, разноцветными, представители ЛГБТ-сообщества и все, кто не подпадает под формализованные определения, но нашли в себе достаточно желания посетить акцию.

Не зря название Марш женщин обозначено звездочкой — в нем мог принять участие любой, кто принимает «многообразие женских опытов, идентичностей и социализации, находится на пересечениях расы, класса, возраста, сексуальной ориентации, гендерной идентичности и т. д.».

Каждый из этих людей пришел сюда с разными целями: кто-то выступает за Шведскую модель для секс-работниц, другие — против всех видов насилия, мизогинии, сексизма и объективации, но в целом — за солидарность и разнообразие, как указано на странице события.

Несмотря на аполитичность акции, на марше присутствует партия Зеленых Украины. По их словам, они выступают за зеленый свет для женщин в политику и трудовой стаж для домохозяек. На марше присутствуют даже известные «антигендеристы» — супруги Турчиновых. Но пока только в виде плаката Спасибо Турчиновым, что я феминистка. Обращаются ативистки и к Петру Порошенко с вопросом Как же право на безопасность, Петр?.

Через рукотворную стену правоохранителей невозможно не увидеть антимитинг и его участников: радикальных Традицию и порядок, Катехон, Сестричество святой Ольги. Их требования — запретить Стамбульскую конвенцию о предотвращении насилия в отношении женщин, феминизм, который, по их мнению, убивает женщину, иностранные организации, которые несут «философию гендеризма» и аборты. И, конечно, вернуть патриархат.

 — Мы будем рожать тех, кто будет выходить против вас, — угрожающе доносится с противоположной стороны вместе с призывами читать Библию. Конец речи я уже не слышу, ее перекрывают феминистские возгласы, которые проносятся по уже начатому маршу: Свобода, равенство, женская солидарность, Цветы — клумбам, права — женщинам, Скажем нет патриархату, феминизм — в каждый дом, Сексу — да, сексизму — нет.

Чуть позже, где-то в районе Майдана, в колонне в прямом и переносном смысле становится жарко — силовики скручивают двух провокаторов, которые едва не начали драку, и выводят их из потока. Пока не наблюдается никакой тени, белокурая девушка расстегивает белую консервативную рубашку и обнажает грудь, наверное, в честь философии free the nipple, и сразу же привлекает к себе повышенное внимание — даже правоохранители с обеих сторон не сдерживаются, чтобы не посмотреть.

Дальше в толпе — около колонны посольства Канады — девочка лет десяти своим Women’s rights are human rights перекрикивает основную колонну. В целом, акция достаточно многоязычная: кое-где можно слышать английский, украинский, русский и польский языки — активистки приехали в Киев из Польши, так как в родной стране акций в поддержку женских прав не проводилось.

Колонна замедляет свое движение — участников понемногу начинают поворачивать к станции метро Почтовая площадь. Я останавливаюсь на обочине, чтобы скоординировать с колежанками дальнейшие действия. Именно тогда и подходит силовик, который заводит песню о парнях в участке, нашей мотивации участвовать в Марше и своем неудачном выходном.

Напоследок спрашиваю у него о представленности женщин-полицейских на мероприятии. Он отвечает, что в цепи нет ни одной: А если кто-то прорвется?

За разговором в какой-то момент обнаруживаю себя в толпе крепких мужчин в форме, которые начинают построение. Убегаю, потому что становится сложно дышать воздухом, наполненным уж такой порцией маскулинности. Через секунду все же встречаю женщину в форме. Надпись гласит о причастности к полиции диалога, однако ее достаточно громкие возгласы к коллегам вряд ли подпадают под это определение.

Толпа медленно рассыпается в разные стороны — некоторые по совету организаторок спускаются в метро, некоторые растерянно оглядываются по сторонам, все еще ища друзей, с которыми пришли. Я оказываюсь возле совсем обычных мужчины и женщины. Выделяют их только похожие прически. У мужчины — два хвостика, перевязанные розовыми резиночками, но немного меньше, чем у женщины. Как позже узнаю, прическа — в поддержку права людей самостоятельно определять свой гендер.

Направляюсь на Контрактовую и буквально в трехстах метрах наталкиваюсь на праздник женственности, красоты и весны, организованный штабом Сергея Таруты. Из агитационной палатки выкрикивают что-то о подарках. Каких именно, рассмотреть не успеваю. Спешу к Сергею Алексеевичу, чтобы спросить, как он относится к Международному женскому дню и гендерному равенству в Украине.

- Важно, чтобы на политическом уровне мы сделали равные условия и с точки зрения оплаты труда, так как она сегодня, к сожалению, отличается, и с точки зрения того, чтобы задействовать женщин более активно в обществе, потому что женщина более эффективна, чем мужчина, — отвечает Тарута, благодарит и направляется фотографироваться с женщиной в ярком красном пальто и ее дочерью, которая держит цветы и агитационную брошюру с лицом политика и надписью С днем весны, очаровательные женщины!

Еще чуть позже радуюсь возможности задать эти же вопросы главному холостяку-кандидату в президенты страны Игорю Шевченко — в разговоре он хвастается более чем тысячей заявок на участие в собственном проекте по поиску жены. Чтобы иметь возможность пообщаться, принимаю розовый тюльпанчик и агитационную листовку. Спрашиваю о роли женщины.

- Женщина, наверное, если она любит мужчину, ей должно быть приятно приготовить ему еду, постирать какие-то вещи. А мужчина, со своей стороны, должен делать все, чтобы жизнь женщины была комфортнее, — покупать лучшую квартиру, лучший дом или покупать лучшие приборы, лучшую стиральную машину. Плюс, он должен повышать комфорт жизни женщины, например, для того, чтобы поехать куда-то отдохнуть, водить в ресторан и так далее. То есть каждый должен выполнять какую-то свою функцию, которая, в принципе, является естественной, — настаивает Шевченко.

После разговора Шевченко зовет моих подруг и пытается также вручить им цветы и агитлистовки. Они вежливо отказываются. Тогда кандидат в президенты начинает разговор о каких-то российских феминистках. Последнее слово он берет пальцами в кавычки.

Наконец дохожу до Контрактовой, где на бетонном ограждении вижу заботливо уложенные красную гвоздику и белый тюльпан. Это напоминает мне памятник патриархату. Не колебаюсь и добавляю к ним цветочек, который недавно вручил мне Шевченко. Что ж, гори, патриархат.