Кто нам доктор
Объем рекламы фармацевтических компаний бьет рекорды. Это хорошая новость. Плохая состоит в том, что нездоровый рекламный рынок провоцирует самолечение и продвигает низкокачественные препараты в неокрепшие массы
Совладелец фирмы Дарница Глеб Загорий закупил в киевской аптеке лекарства для двух символических домашних аптечек. Одна из них была составлена из активно рекламируемых импортных лекарств. Вторая — из отечественных аналогов. Она оказалась вчетверо дешевле первой, и, по оценке Загория, никак не уступала в качестве содержимого первой. Это важный вывод из эксперимента, который делает и гендиректор Дарницы Светлана Диденко. "Сейчас не работает принцип, когда только высокая цена гарантирует высокое качество", — отмечает она.
Кроме того, в Украине нередко рекламируются лекарства без доказанной эффективности, которые, несмотря на это, официально зарегистрированы. "Помните, была реклама йогурта, который якобы защищает от гриппа? Ее запретили во Франции, а в Германии она и вовсе получила антипремию, — приводит пример Федор Лапий, главный иммунолог Киева. — Мне сложно понять, почему их зарегистрировали, но это беда".
Из того же источника вице-президент Объединения организаций работодателей медицинской и микробиологической промышленности Украины Виктор Чумак добыл еще один пример рекламного трюка, посредством которого продвигаются на рынок препараты, по сути не являющиеся ни лекарствами, ни пищевыми продуктами. К примеру, добавки или лечебная косметика. "Раньше их контролировала санэпидемслужба, а сейчас, после ее ликвидации, не контролирует никто", — констатирует эксперт.
Тем не менее телевизор, а вернее, телереклама куда убедительнее склоняет потребителей к дорогим препаратам нередко с сомнительной репутацией. И это история с плохим финалом. Так как самолечение и самодиагностирование приобретают в стране характер эпидемии. Иногда доходит до истеричных контратак.
Кроме того, в Украине нередко рекламируются лекарства без доказанной эффективности, которые, несмотря на это, официально зарегистрированы. "Помните, была реклама йогурта, который якобы защищает от гриппа? Ее запретили во Франции, а в Германии она и вовсе получила антипремию, — приводит пример Федор Лапий, главный иммунолог Киева. — Мне сложно понять, почему их зарегистрировали, но это беда".
Из того же источника вице-президент Объединения организаций работодателей медицинской и микробиологической промышленности Украины Виктор Чумак добыл еще один пример рекламного трюка, посредством которого продвигаются на рынок препараты, по сути не являющиеся ни лекарствами, ни пищевыми продуктами. К примеру, добавки или лечебная косметика. "Раньше их контролировала санэпидемслужба, а сейчас, после ее ликвидации, не контролирует никто", — констатирует эксперт.
Тем не менее телевизор, а вернее, телереклама куда убедительнее склоняет потребителей к дорогим препаратам нередко с сомнительной репутацией. И это история с плохим финалом. Так как самолечение и самодиагностирование приобретают в стране характер эпидемии. Иногда доходит до истеричных контратак.
Сам себе врач
Тихая улочка Дарницы. Это старый спальный район Киева на левом берегу Днепра. Совсем недавно здесь произошло ЧП районного масштаба. Во всяком случае в глазах провизора местной аптеки это нерядовой случай. Посетительница попросила его выдать противозачаточные таблетки для ее 12‑летней дочери. Препарат был нужен для задержки цикла: девочке предстояло участвовать в спортивных соревнованиях.
Провизор взялся объяснять, что в таком возрасте нельзя принимать гормональные препараты без назначения врача. Они могут причинить вред неокрепшему организму. Напрасные слова. "Женщина стала кричать, угрожать, — говорит собеседник НВ. — Засыпала жалобами всевозможных чиновников".
Провизор до сих пор под сильным впечатлением от этого урагана в юбке и даже на всякий случай просил не упоминать в прессе ни его имени, ни фамилии, ни адреса аптеки.
Слабое место этой истории в том, что провизор действовал на свой страх и риск: четко прописанных протоколов, что и как разрешено продавать, нет. Это был профессиональный порыв на голом энтузиазме.
Голый энтузиазм не справляется с мощной рекламной атакой из всех медийных пушек. Но главный вред от телерекламы — самолечение. Активное развитие телерекламы на фоне многолетних безуспешных попыток реформировать медицину привело к тому, что телевизор нам не только природу, но и семейного врача заменил.
Ирина Сысоенко, замглавы парламентского комитета по вопросам здравоохранения, утверждает, что ситуация с самолечением находится на критически опасном уровне. "Реклама лекарств должна быть ограничена, — режет с плеча она. — Я уверена, что это пойдет на пользу в первую очередь пациенту".
Провизор взялся объяснять, что в таком возрасте нельзя принимать гормональные препараты без назначения врача. Они могут причинить вред неокрепшему организму. Напрасные слова. "Женщина стала кричать, угрожать, — говорит собеседник НВ. — Засыпала жалобами всевозможных чиновников".
Провизор до сих пор под сильным впечатлением от этого урагана в юбке и даже на всякий случай просил не упоминать в прессе ни его имени, ни фамилии, ни адреса аптеки.
Слабое место этой истории в том, что провизор действовал на свой страх и риск: четко прописанных протоколов, что и как разрешено продавать, нет. Это был профессиональный порыв на голом энтузиазме.
Голый энтузиазм не справляется с мощной рекламной атакой из всех медийных пушек. Но главный вред от телерекламы — самолечение. Активное развитие телерекламы на фоне многолетних безуспешных попыток реформировать медицину привело к тому, что телевизор нам не только природу, но и семейного врача заменил.
Ирина Сысоенко, замглавы парламентского комитета по вопросам здравоохранения, утверждает, что ситуация с самолечением находится на критически опасном уровне. "Реклама лекарств должна быть ограничена, — режет с плеча она. — Я уверена, что это пойдет на пользу в первую очередь пациенту".
Простых решений нет. Запрет рекламы лекарств не поможет — с этим согласны и врачи, и рекламисты. "Если убрать рекламу фармпрепаратов, можно забыть о современных фильмах и ток-шоу, — говорит исполнительный директор Всеукраинской рекламной коалиции Максим Лазебник. — Будем смотреть бразильские сериалы 80‑х годов".
Эксперт признает, что в Европе количество препаратов, которые продаются без рецепта, существенно меньше, чем в Украине. Соответственно, фармацевтам нет смысла тратиться на телерекламу. "В эфире остаются витаминки и пластыри", — заключает рекламист.
В ноябре 2017‑го в Нацсовете по телевидению и радиовещанию создали рабочую группу, в которую также вошли специалисты Минздрава, Госслужбы по вопросам безопасности пищевых продуктов и защиты прав потребителей, Госслужбы по лекарственным средствам и контролю за наркотиками. Их цель — усилить контроль качества рекламы медпрепаратов.
В научном мире такое явление называется полипрагмазия — и это не менее острая проблема украинской медицины, чем самолечение. И движет врачами порой не безграмотность, а желание заработать. "Меньше пяти препаратов врачи не выписывают, а бывает, выписывают восемь-девять, — рассказывает Виктор Чумак. — У врача в тумбочке лежат препараты, которые принесли фирмы. И сказали: будешь от выручки иметь 10 %. Это очень широкая практика".
Эксперт признает, что в Европе количество препаратов, которые продаются без рецепта, существенно меньше, чем в Украине. Соответственно, фармацевтам нет смысла тратиться на телерекламу. "В эфире остаются витаминки и пластыри", — заключает рекламист.
В ноябре 2017‑го в Нацсовете по телевидению и радиовещанию создали рабочую группу, в которую также вошли специалисты Минздрава, Госслужбы по вопросам безопасности пищевых продуктов и защиты прав потребителей, Госслужбы по лекарственным средствам и контролю за наркотиками. Их цель — усилить контроль качества рекламы медпрепаратов.
В научном мире такое явление называется полипрагмазия — и это не менее острая проблема украинской медицины, чем самолечение. И движет врачами порой не безграмотность, а желание заработать. "Меньше пяти препаратов врачи не выписывают, а бывает, выписывают восемь-девять, — рассказывает Виктор Чумак. — У врача в тумбочке лежат препараты, которые принесли фирмы. И сказали: будешь от выручки иметь 10 %. Это очень широкая практика".
Как в аптеке
Выражаясь текстом популярного советского кинохита, "если кто‑то кое‑где у нас порой честно жить не хочет", то практику нечистых на руку врачей должна прервать медреформа. Это когда пациент получает право выбирать семейного лекаря и заключать декларацию с профессионалом, желающим жить от зарплаты до зарплаты, а не от полипрагмазии к полипрагмазии.
Доход доктора ставится в зависимость от числа благодарных, здоровых, ну или по меньшей мере живых пациентов, готовых заключать и пролонгировать договоры на сервис для всей семьи. В идеале это сократит зависимость врачей от медпредставителей фармкомпаний. Украина редко в своих реформах добиралась до идеала. Однако даже незначительные потуги в данном направлении способны дать заметный эффект.
Еще одна брешь в воротах нездоровья нации — аптеки. Их много. Когда в стране нормально работает медицина, такое количество аптек, как сейчас в Украине, попросту не нужно, уверяет кандидат медицинских наук, известный телеведущий Евгений Комаровский. Он вспоминает, как проводил на своей страничке в Инстаграме оригинальный конкурс. Просил своих читателей прислать фотографию дома с максимальным количеством аптек.
В Днепре ему нашли дом, где было семь аптек. По пять-шесть аптек в доме — невиданное множество. Что же в этом плохого? На этот вопрос отвечает объяснительная записка к законопроекту № 8591, вносящему изменения в Закон Украины "О лекарственных средствах".
В 2015‑2016 годах наметилась тенденция к консолидации. Крупные аптечные сети стремятся к монополизации рынка. Монополия — прямой путь к росту цен. "Наша законодательная инициатива направлена на устранение монополии аптечных сетей, — объясняет Сысоенко, один из соавторов законопроекта. — Мы должны сформировать из аптек учреждения здравоохранения, а не торговые точки, как это есть сейчас".
Если парламенту удастся превратить законопроект в закон, то доктор Комаровский больше никогда не получит фотографий для своего креативного инстаграм-конкурса, так как минимальное расстояние между двумя соседними аптеками должно будет составлять не менее 500 м по прямой линии.
Кроме того, вступят в силу ограничения на максимальное количество аптек в собственности одного лица. Индивидуальные предприниматели смогут владеть лишь одной аптекой, юридические лица — до восьми в зависимости от специфики учреждений. Кроме того, сотрудники аптек должны будут иметь диплом о высшем профильном образовании. "Должно состояться заседание СНБО, — говорит Комаровский, — на которое придут акулы бизнеса, представители Минздрава и выработают правила игры. А пока у всех одна цель — заработать по максимуму".
Доход доктора ставится в зависимость от числа благодарных, здоровых, ну или по меньшей мере живых пациентов, готовых заключать и пролонгировать договоры на сервис для всей семьи. В идеале это сократит зависимость врачей от медпредставителей фармкомпаний. Украина редко в своих реформах добиралась до идеала. Однако даже незначительные потуги в данном направлении способны дать заметный эффект.
Еще одна брешь в воротах нездоровья нации — аптеки. Их много. Когда в стране нормально работает медицина, такое количество аптек, как сейчас в Украине, попросту не нужно, уверяет кандидат медицинских наук, известный телеведущий Евгений Комаровский. Он вспоминает, как проводил на своей страничке в Инстаграме оригинальный конкурс. Просил своих читателей прислать фотографию дома с максимальным количеством аптек.
В Днепре ему нашли дом, где было семь аптек. По пять-шесть аптек в доме — невиданное множество. Что же в этом плохого? На этот вопрос отвечает объяснительная записка к законопроекту № 8591, вносящему изменения в Закон Украины "О лекарственных средствах".
В 2015‑2016 годах наметилась тенденция к консолидации. Крупные аптечные сети стремятся к монополизации рынка. Монополия — прямой путь к росту цен. "Наша законодательная инициатива направлена на устранение монополии аптечных сетей, — объясняет Сысоенко, один из соавторов законопроекта. — Мы должны сформировать из аптек учреждения здравоохранения, а не торговые точки, как это есть сейчас".
Если парламенту удастся превратить законопроект в закон, то доктор Комаровский больше никогда не получит фотографий для своего креативного инстаграм-конкурса, так как минимальное расстояние между двумя соседними аптеками должно будет составлять не менее 500 м по прямой линии.
Кроме того, вступят в силу ограничения на максимальное количество аптек в собственности одного лица. Индивидуальные предприниматели смогут владеть лишь одной аптекой, юридические лица — до восьми в зависимости от специфики учреждений. Кроме того, сотрудники аптек должны будут иметь диплом о высшем профильном образовании. "Должно состояться заседание СНБО, — говорит Комаровский, — на которое придут акулы бизнеса, представители Минздрава и выработают правила игры. А пока у всех одна цель — заработать по максимуму".