Каждый раз, когда раздаются призывы об ускорении приватизации, сразу появляются политики, которые делают громкие заявления о «сдаче национальных интересов», текущей низкой инвестиционной привлекательности объектов из-за войны и экономического кризиса, или даже вспоминают отдельные случаи успешного управления государственными предприятиями, как аргумент оставить их в государственной собственности.
Но, по моему мнению, общественные потери от владения предприятиями государством нивелируют риски, о которых говорят политики. Общественные потери возникают вследствие неэффективности как минимум двух видов: операционная неэффективность и коррупция.
Операционная неэффективность возникает из-за того, что государство склонно создавать благоприятные условия для бизнеса своих предприятий с помощью преференций или путем поддержки их монопольного положения.
Государственные банки в разное время имели преференции в обслуживании государственных предприятий. 100% депозитов населения в Ощадбанке гарантируются государством. Государственные предприятия, в частности Нафтогаз, имели специальные условия кредитования от государственных банков. При этом такие кредиты не рассматривались как кредиты связанным лицам.
Государственные предприятия часто были и остаются монополистами, как, например, Энергорынок, Укрзализныця, Укрэнерго, Нафтогаз, Укрспирт и другие. Благодаря монопольному положению они могут быть прибыльными, но эта прибыль была бы больше, если бы они работали эффективнее. Более того, даже имея монопольное положение, они могут быть и глубоко убыточными.
Из-за операционной неэффективности государственные предприятия тратят на производство сопоставимого объема продуктов и услуг больше ресурсов, чем аналогичные частные предприятия.
Целью победы на выборах для политиков становится в том числе захват и разворовывание государственных предприятий
Операционная неэффективность может также возникать из-за более низких зарплат. Как следствие, трудно ожидать сопоставимого качества услуг в государственном банке или Укрпочте при значительно более низких, чем в частном секторе зарплатах.
Но гораздо важнее второй тип неэффективности — коррупция, возникающая на всех уровнях – от рабочих до руководства и распространяется дальше за пределы госпредприятия. Одним из объяснений являются пресловутые низкие зарплаты. И хотя ситуация с оплатой труда топ-менеджеров медленно меняется, многие из них до сих пор руководят компаниями с миллиардными оборотами, имея оклады в несколько тысяч гривен.
Коррупция среди топ-менеджмента крупных государственных предприятий порождает еще и неэффективность в политической системе. Эта неэффективность менее очевидна, но имеет разрушительные последствия для функционирования государства.
Целью победы на выборах для политиков становится в том числе захват и разворовывание государственных предприятий. Хищения осуществляются тремя основными способами: закупки для нужд предприятия по завышенным ценам с целью получения отката, реализация готовой продукции по заниженным ценам, когда маржа оседает на фирмах-прокладках, хищение активов.
Аккумулировав достаточно средств от захвата предприятий, политики частично инвестируют их в популистские мероприятия для победы на выборах, чтобы и в следующем политическом цикле удержать контроль над активами.
К сожалению, несмотря на описанные большие потери общества от неэффективного управления государственными предприятиями и искажение политической конкуренции, рычаги ускорения приватизации находятся в руках политиков, которые в ней не заинтересованы. За 8 месяцев 2016 ФГИУ получил от продажи государственных активов менее 0,5% из запланированных 17100000000 грн.
Есть ли сейчас силы, которые могут перевесить интересы политиков через 11 лет после последней прозрачной приватизации крупного объекта – Криворожстали? По нашему мнению их две – давление МВФ и завершение политического цикла.
В последнем Меморандуме МВФ говорится о необходимости ускорения приватизации. В документе прописаны сроки продажи для отдельных крупнейших предприятий – ОПЗ до конца октября, ряда облэнерго – до конца года, Центрэнерго – март 2017 года. Предложенный подход к приватизации достаточно взвешенный – предполагается сохранение стратегических предприятий в собственности государства, часть крупных предприятий будут проданы с привлечением советников. Предприятия, не имеющие ценности ни для частных покупателей, ни для государства, будут ликвидированы.
Вторым стимулом ускорения приватизации может стать завершение политического цикла. В 2019 году состоятся следующие выборы. По нашему мнению, 2018 станет годом предвыборного популизма, который потребует дополнительных бюджетных расходов. Приватизация может стать источником чего-то вроде «Юлиной тысячи» наиболее активным избирателям – пенсионерам, под лозунгом выплат поколению, которое эти активы создавало. Для поддержки приватизации в регионах часть средств может быть направлена на социальное развитие местных общин, где расположены эти предприятия. Прозрачность проведения приватизации и привлечение внешних, иностранных инвесторов может добавить электоральных очков среди избирателей – представителей среднего класса.
При этом следует иметь в виду, что для эффективной продажи многих крупных предприятий необходима реструктуризация. Процесс реструктуризации и последующей продажи с привлечением советников обычно длится 1,5-2 года. Поэтому, в условиях искренности приватизационных намерений, необходимо запускать эти процессы не позднее первого квартала 2017.
Нельзя исключать и негативные сценарии. Уже сейчас рейтинги действующего президента и его политической силы отстают от рейтингов других политиков. При условии продолжения их падения власти могут пойти вразнос и пытаться продолжать высасывать денежные потоки с захваченных предприятий до новых выборов.
Записки экономиста – еженедельная колонка Центра экономической стратегии
Больше мнений здесь