Кого выбирает Австрия. Впервые лидерами выборов в парламент 29 сентября могут стать пророссийские ультраправые. Зачем это австрийцам?

«Они сильны, потому что, как и другие популисты (такие как [экс-президент США Дональд] Трамп), занимают часть спектра с низкой конкуренцией: антиэлитарные, националистические, антиевропейские, антииммиграционные, — комментирует политолог. — Они, как правило, выступают против позиций всех других партий и находятся в идеальных условиях, чтобы апеллировать к тем, кто разочаровался в демократии, в элитах и имеют претензии к политическому мейнстриму».

9 июня FPÖ уже подтвердила свою популярность, когда впервые в истории выиграла выборы в Европейский парламент: собрав 25,6% голосов, австрийские ультраправые получили 6 мест в законодательном органе ЕС — на одно больше, чем правящая партия ÖVP.

«Исторически сложилось так, что потенциальный потолок электората крайне правых в Австрии — 30%», — говорит Антон Шеховцов, политолог, исследователь российского влияния в Европе и глава Центра демократических принципов в Вене.

И сейчас они почти достигли этого потолка — в первую очередь благодаря недовольству австрийцев действующей властью. По наблюдениям политолога, в Австрии есть около 10% избирателей, которые можно назвать шатким электоратом: они склоняются к той или иной политсиле в зависимости от конъюнктуры. Например, когда страну возглавлял молодой популярный канцлер-консерватор Себастьян Курц (который впрочем позже был дискредитирован из-за коррупционных скандалов), эти 10% избирателей поддерживали Австрийскую народную партию, вспоминает Шеховцов. Теперь после лет у власти консерваторы потеряли поддержку, как это часто бывает, и шаткие избиратели перешли на сторону ультраправых.

Двумя ключевыми вопросами, которые волнуют австрийцев накануне выборов, эксперты называют инфляцию и иммиграцию. К ним Гайниш добавляет ситуацию с безопасностью, войну в Украине и экологическую политику.

По Австрии больше, чем в среднем по Европе, ударила инфляция

«По Австрии больше, чем в среднем по Европе, ударила инфляция, — говорит Шеховцов. — Люди недовольны увеличением стоимости жизни».

Крайне правые связывают подорожание отчасти и с войной в Украине. И когда правящие консерваторы говорят о планах сократить использование российского газа, в FPÖ критикуют эту идею как отказ от более дешевых энергоносителей. То же касается санкций против России, которые, как считают ультраправые и их сторонники, вредят австрийской и общеевропейской экономике.

«Не стоит так ссориться с Россией, — считает пенсионер Вальтер Райхенбек из городка Фридберг. — От санкций Австрия ничего не выиграет».

Недовольны австрийцы и миграционной политикой. По словам Шеховцова, в последнее время в Австрии стало больше преступлений, которые совершают иммигранты. «Австрия в целом, и Вена в частности, считаются очень безопасными территориями, — говорит он. — Но сейчас есть ощущение потери безопасности».

Австриец Райхенбек признается NV, что выступает «против массовой миграции и исламизации страны», и поэтому отдает свой голос за FPÖ.

«Они против политики зеленых и тоталитарной повестки дня в сфере энергетики, против принудительных прививок, но за семейные ценности, за социальную и финансовую защиту коренного населения и за сохранение нейтралитета Австрии», — перечисляет он аргументы в пользу своих политических фаворитов.

Предвыборные обещания и три варианта коалиции после выборов

Для решения проблем, связанных с иммиграцией, правящие консерваторы и третьи по популярности социал-демократы предлагают ужесточить законы, отмечает Шеховцов. Эти политсилы рассматривают и тот путь, о котором сейчас говорят в Великобритании и Италии: рассматривать заявки о предоставлении убежища еще до того, как мигранты попадут на территорию страны. А для предотвращения нелегальной миграции и ограничения потока просителей убежища как консерваторы, так и FPÖ предлагают усилить контроль на границе, добавляет Зиглинде Розенбергер, профессор политологии в Венском университете.

Крайне правые к тому же настаивают на введении механизмов ремиграции — депортации и экспатриации мигрантов, включая лиц иммигрантского происхождения, которые уже получили гражданство Австрии. «Не представляю, как это может произойти легальным способом, — комментирует Шеховцов, — ведь закон запрещает лишать человека гражданства, если оно у него одно».

Ультраправые также настаивают на необходимости уменьшить социальное обеспечение для нелегальных иммигрантов и искателей убежища до «базового уровня» и выступают против воссоединения семей мигрантов, которые уже находятся в Австрии. Как и правящая правоцентристская ÖVP, в сфере экономики FPÖ выступает против введения новых налогов и за уменьшение существующих — в частности, корпоративного налога, а также расходов на оплату труда.

FPÖ обещает нулевую миграцию в Австрию и больше поддержки австрийцам

«FPÖ как популистская и отчасти правоэкстремистская партия обещает нулевую миграцию в Австрию и больше поддержки австрийцам в противовес другим [жителям страны]», — резюмирует Розенбергер.

Впрочем, насколько широко смогут реализовать свои планы и обещания ультраправые, пока неизвестно. Если верить предвыборным опросам, наиболее вероятной правительственной коалицией по результатам голосования станет объединение FPÖ и ÖVP, констатируют аналитики. Союз этих политсил уже руководил страной в 2000—2005-х и 2017−2019-х годах.

Впрочем, по предположению Шеховцова, Австрийская партия свободы может и не стать победителем выборов. В истории Австрии уже было так, что крайне правые более популярны в опросах общественного мнения, чем на реальных выборах, объясняет политолог. Впрочем, если это таки произойдет, лидер партии Герберт Кикль вряд ли возглавит правительство.

«Кикль как кандидат на пост канцлера — очень непопулярен, — подчеркивает Шеховцов, — Он представляет радикальное крыло крайне правых и намного радикальнее лидеров этой партии, с которыми ранее имели дело консерваторы, как то [многолетний губернатор земли Каринтия] Йорг Хайдер или даже [экс-вице-канцлер] Хайнц-Кристиан Штрахе».

Если крайне правые наберут больше голосов, чем консерваторы, последние могут предложить им объединиться в коалицию, но без Кикля, предполагает политолог. Впрочем, возможен и третий вариант: если Австрийская партия свободы победит и будет настаивать на канцлерстве Кикля, ныне правящие консерваторы могут создать коалицию с социал-демократами (SPÖ) и дружественными к Украине либералами из партии NEOS.

Что изменят австрийские выборы для Украины

Если по результатам выборов австрийские ультраправые усилят свое влияние в правительстве, отношения с Украиной могут ухудшиться. Все из-за тесных связей FPÖ с Россией, констатирует Гайниш.

«Идеологически они разделяют антизападные, традиционалистские, нелиберальные взгляды [российского диктатора Владимира] Путина, обвиняют [президента Украины Владимира] Зеленского, НАТО и ЕС в войне и представляют австрийцев жертвами войны из-за высокой стоимости энергоресурсов», — говорит исследователь.

Австрия традиционно имеет тесные отношения с Россией, а связи партии FPÖ с Кремлем — особенно прочные, констатирует Гайниш в исследовании Случай австрийских правых радикалов и России во время войны в Украине (The Case of the Austrian Radical Right and Russia During the War in Ukraine), опубликованном в 2023 году в соавторстве с Дианой Хофман, коллегой из Зальцбургского университета. Эта страна гораздо больше других государств ЕС зависит от российских энергоносителей, особенно природного газа, и имеет разветвленные коммерческие связи с РФ.

Важно также помнить об австрийской политике нейтралитета в международных отношениях, которая закреплена в Государственном договоре 1955 года, напоминают исследователи. Вплоть до завершения холодной войны эта страна оставалась вне Европейского Союза и до сих пор не является членом НАТО.

Сегодня же FPÖ отстаивает позицию нейтралитета Австрии в войне между Россией и Украиной и выступает против антироссийских санкций. В 2014 году эта политсила высказалась в поддержку аннексии Крыма, а еще через два года подписала с правящей партией РФ Единая Россия соглашение о сотрудничестве, действующее до 2026 года.

FPÖ пренебрежительно называет санкции «выстрелом себе в колено»

«FPÖ пренебрежительно называет санкции „выстрелом себе в колено“, — пишут Гайниш и Хофман, — Мол Австрия вынуждена терпеть последствия решений, принятых другими, и, таким образом, является еще одной жертвой конфликта, и виновником здесь является не Москва, а скорее политические элиты в Брюсселе (или Запад в целом)».

Впрочем вопрос Украины и России не является главным во внешнеполитической программе FPÖ, хотя и поднимается, отмечает Розенбергер. Главной идеей ультраправых в сфере международных отношений исследовательница называет усиление суверенитета Австрии в противовес власти ЕС.

Сами же австрийцы не слишком интересуются вопросами внешней политики. «Я бы не сказал, что российская война является важной темой предвыборных дискуссий, — констатирует Шеховцов, — Хотя найти граждан, выступающих за отмену санкций против России, бесспорно, можно».

По его мнению, даже если после победы ультраправых поддержка Украины со стороны австрийского правительства сократится, это не будет заметным — ведь сейчас Австрия «не так сильно помогает Украине». Самое неприятное, что сможет сделать FPÖ, если станет старшим партнером в коалиции, так это заставит Австрию отказаться от роли транзитной страны на пути западного оружия в Украину, считает политолог. И, возможно, несколько затормозит процесс сокращения доли российского газа в австрийских трубопроводах.

Еще одно потенциальное геополитическое последствие называет Гайниш. «Австрийские ультраправые восхищаются [венгерским премьер-министром] Виктором Орбаном, — говорит он, — и если правительство страны под их влиянием начнет все больше и больше выступать против антироссийских санкций, это может иметь последствия».