Власть Путина защищает закон Третьего Рейха

Мнения

21 марта 2019, 09:17

Олег Шама

Редактор раздела История, NV

Последний закон российского парламента местами напоминает почти дословный перевод нацистского закона 

Всякий раз, когда случается присмотреться к какой-нибудь странице истории нацистской Германии, тут же наталкиваешься на нынешнюю повседневность путинской России. Знаю, у нас своих злокачеств в избытке. Но пока Кремль воюет с Украиной, любой навязчивый Карфаген, который должен быть разрушен не зависимо от повода, имеет право на существование.

Принципы пропаганды Геббельса, которыми не глядя начало пользоваться росТВ еще задолго до войны, уже как старый анекдот. А вот недавно довелось прочитать закон о редакторах, принятый рейхстагом в начале октября 1933-го с подачи нацистов. С положениями этого нововведения работа в прессе Германии превращалась в бесконечный переход по минному полю.

Так, §13 закона обязывал редакторов «максимально точно доносить информацию». И тут же в §14 — требования, которые можно интерпретировать, как угодно. Из газет следовало удалять: «все, что ослабляет силу Германской империи как извне, так и изнутри; все, что ослабляет общественную волю германского народа, германскую обороноспособность, культуру и экономику; все, что может оскорбить религиозные чувства; все, что оскорбляет честь и достоинство немца; все, что безнравственно по другим причинам».

Ну что же, война с Рейхом продолжается. И закончится она известно как

А теперь – последний закон российского парламента. Согласно его формулировкам, запрещается «информация, выражающая в неприличной форме явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам». Специальные службы имеют право блокировать страницы в случае обнаружения информации, оскорбляющей «человеческое достоинство и общественную нравственность».

Местами – почти дословный перевод нацистского закона…

Атмосферу 1933-го в Германии хорошо отразил Раймунд Претцель, молодой юрист Верховного апелляционного суда Пруссии. Он эмигрировал в 38-м в Англию, где под именем Себастьян Хафнер писал о том времени: «Множество газет и журналов исчезло из киосков — но куда страшнее было то, что случилось с оставшимися. Их было просто не узнать. К газете ведь привыкаешь, как к человеку, не так ли? Представляешь себе, как она отреагирует на те или иные вещи. Если же в ней пишут диаметрально противоположное тому, что писали еще вчера, если она опровергает саму себя, то рано или поздно почувствуешь себя в сумасшедшем доме. Это и происходило».

Хафнер в 1933-м покинул юридическую практику и начал писать для отечественных изданий о моде и культуре, совершив, по его словам, внутреннюю эмиграцию. Уже в Англии он сокрушался по поводу судьбы ежемесячного интеллектуального журнала Die Tat (Действие), хорошо известного за пределами Германии. В феврале 1933-го на его страницах появилось замечание, что приход к власти нацистов — преходящий, малозначительный эпизод. В добавок шеф-редактор Ханс Церер женился на еврейке, которую чудом успел вывезти в Англию. «Ему разрешено теперь писать развлекательные романы, — сообщал Хафнер. — Но остальные сотрудники остались на своих местах и вдруг совершенно естественно и без какого-либо ущерба для собственной респектабельности стали нацистами».

И дальше немецкий эмигрант описывает и прогнозирует жизнь своих коллег в Рейхе, вынужденных сотрудничать с режимом: «Они спиваются, принимают снотворное и не отваживаются задуматься о том, должны ли они желать конца нацистского времени. […] Когда же наступит этот день, они с превеликой радостью предадут нацистов и заявят, что никогда нацистами не были. Но пока они — кошмар нашего мира, и невозможно предвидеть, что еще они способны совершить в своем моральном и нервном разладе, прежде чем они повалятся наземь окончательно».

Почти то же говорят прежние коллеги соловьевых-киселевых на Эхе Москвы…

Об Эхе. В Рейхе тоже довольно долго жила почти независимая газета Frankfurter Zeitung. Она имела международное признание. Еще бы! Для нее писали Вальтер Беньямин, Томас и Генрих Манны, Стефан Цвейг и еще пару десятков мировых знаменитостей.

В 1934-м контрольный пакет газеты купил IG Farben. Тот самый, который потом будет производить через дочерние фирмы Циклон-Б для газовых камер. Ну, так же, какой пока что видится власть Газпрома над Эхом.

Под властью IG Farben газета уволила всех заметных евреев из редакции, хотя до последнего прятала в своих рядах наборщиков и корректоров из старозаветного народа. Но в 1943-м Гитлеру пожаловалась на заметку в Frankfurter Zeitung вдова архитектора Пауля Трооста, построившего дом фюрера в Мюнхене. Через пару месяцев газета перестала выходить.

Меня всегда не покидал вопрос – как мог народ, который в 1991-м не дал совершиться путчу, который собирал более миллиона на митинге в поддержку независимости Литвы, может так запросто дать себя одурачить? Да так, чтобы верить в распятых мальчиков?

Элизабет Ноэль-Нойман, одна из последних редакторов Frankfurter Zeitung, во времена Рейха совсем еще молодая и разделявшая идеи фюрера, после войны посвятила всю жизнь объяснению этого феномена. Она описала феномен спирали молчания. Это состояние социума, когда СМИ формируют в массовом сознании впечатление единственно правильной точки зрения. В этих условиях даже несогласные начинают ей вторить или молчать.

Ну что же, война с Рейхом продолжается. И закончится она известно как.

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени

Другие новости

Все новости