Из скромного редактора англоязычных текстов украинский стартап Grammarly превратился в восходящую звезду мирового рынка высоких технологий
Иван Верстюк
Не говорите о нас “стартап” — мы уже полноценная крупная структура”,— такую поправку на реплику НВ делает Максим Литвин, основатель украинской компании Grammarly. Он сидит в офисе своей фирмы в Сан-Франциско, беседуя с Киевом по Skype. И с трудом подбирает слова, потому что давно говорит исключительно на английском.
Однако с тем, что его компанию, появившуюся на свет девять лет назад, до сих пор называют украинской, Литвин не спорит.
Он и сам украинец — как и его партнер Алексей Шевченко. И две трети из 150 сотрудников Grammarly трудятся в Киеве — офис находится на 14‑м этаже столичного бизнес-центра Гулливер.
“В Киеве очень много технологических талантов, поэтому мы решили сделать ставку именно на столицу Украины, которая стала центром нашей компании”,— говорит НВ уже в ходе личной встречи Анна Беспалая, административный менеджер Grammarly.
Хотя теперь у компании есть офисы и в Сан-Франциско, а также в Нью-Йорке.
Все благодаря деньгам: в мае 2017 года детище Литвина привлекло от венчурных фондов $ 110 млн. После этого об украинском стартапе заговорил весь мировой технологический рынок. О нем даже написало влиятельное деловое издание The Wall Street Journal.
Ключевой продукт Grammarly — редактор, улучшающий качество написанного его пользователем англоязычного текста. Первая его версия вышла в 2011‑м, а позже появились приложения для различных интернет-браузеров — Google Chrome, Mozilla Firefox, Internet Explorer.
Литвину и Ко понадобились еще шесть лет, чтобы довести продукт до ума. И сделать из него “приманку” для инвесторов.
Редактор Grammarly прост в использовании и помогает не просто перевести любой текст на английский, а сделать это с учетом того, к кому и зачем обращается его автор.
Пользователь подгружает текст и выбирает параметры редактирования: нужно впечатлить адресата, убедить его или просто проинформировать о чем‑либо. Затем автор материала задает еще и уровень эмоциональности текста. В итоге редактор “высказывает” свои замечания.
Базовую версию программы компания Литвина и Шевченко предоставляет клиентам бесплатно. А все ее продвинутые возможности доступны по подписке, которая стоит $ 140 в год.
Продукт, созданный украинцами, собрал огромную армию пользователей. В списке корпоративных клиентов Grammarly — технологический гигант Microsoft и Университет штата Аризона. Но ключевые потребители — это обычные люди.
И если в 2015‑м сервисом пользовались 1 млн ежедневных юзеров, то по состоянию на 2018‑й таковых стало 15 млн.
“Динамика роста пользователей Grammarly говорит о том, что Google и Microsoft так и не сделали нормальный сервис проверки правописания,— комментирует Тимур Ворона, редактор издания о бизнесе и технологиях MC Today.— А еще о том, что в англоязычных странах становится больше иммигрантов, которые толком не знают языка”.
Инвесторы же хорошо изучили язык статистических данных о пользователях украинского стартапа. Впечатленные ростом его аудитории, венчурными инвесторами Grammarly стали такие известные фонды, как Breyer Capital, IVP и SignalFire. Именно они в свое время поддержали финансами нынешних “монстров” — Google, Facebook, Amazon и Snapchat.
За $ 110 млн инвестиций основатели Grammarly отдали венчурным фондам миноритарную долю в компании. Однако детали сделки ее участники не раскрывают.
Grammarly стоило привлечь инвестиции раньше, считает Крис Фармер, глава венчурного фонда SignalFire. “Большинство компаний старались бы привлечь внимание инвесторов существенно раньше, но Grammarly удалось выстроить крупный бизнес, находясь вне зоны всеобщего внимания”,— подчеркивает он.
ЙОГА И АКЦИИ: Анатолий Висикерский из Grammarly говорит, что его компания воспитывает специалистов "под себя", сотрудничая с одним из львовских вузов. А готовым кадрам предлагает не только хороший офис, но и долю в акциях
Деньги инвесторов пошли на обустройство и наполнение сотрудниками офисов в Киеве, Сан-Франциско и Нью-Йорке.
Подобное внимание к персоналу для Grammarly выглядит логичным: именно разработчики — ее ключевой актив. Компания практически не имеет компьютерного “железа” на своем балансе, арендуя процессинговые мощности на рынке.
В основе ее продуктов лежит технология искусственного интеллекта и алгоритмы компьютерной лингвистики. Литвин подчеркивает, что у компании очень непростой рынок и сложные технологии — это не приложение для обработки селфи сделать.
Большинство технологических решений разрабатывают сотрудники компании, однако самые актуальные разработки в сфере искусственного интеллекта Grammarly заимствует из отраслевых научных изданий.
Украинские учебные заведения практически не выпускают специалистов по компьютерной лингвистике. Поэтому Grammarly практикует программы партнерства с отечественными вузами. “Мы сотрудничаем с Украинским католическим университетом, который готовит специалистов по профилям, которые нам нужны”,— рассказывает Анатолий Висикерский, операционный менеджер.
Мы даем то, что гиганты дать не могут
Максим Литвин, основатель Grammarly
Но найти и подготовить “под себя” студентов — полдела. Дальше их надо как‑то удержать. Ведь за сотрудников Grammarly конкурирует фактически со всем высокотехнологическим бизнесом планеты, в частности с такими гигантами, как Google и Facebook.
Удержать в таких условиях людей — нетривиальная задача: ведь, например, средняя зарплата специалиста в Facebook составляет $ 240 тыс. в год. “Подобную гонку вооружений сложно выиграть у гигантов,— признается Литвин.— Мы даем то, что гиганты дать не могут: у нас программист может существенно повлиять на траекторию развития компании”.
Кроме того, в киевском офисе его сотрудники могут не только работать, но и заниматься йогой, слушать выступления приглашенных лекторов на темы искусственного интеллекта и машинного обучения. Для интровертов предусмотрены отдельные рабочие места, где они могут скрыться от внешнего мира.
А еще в Grammarly особое отношение к релокейту — переезду сотрудников из Украины в США. Многие отечественные программисты хотели бы поработать в Кремниевой долине, однако компания пытается как можно больше людей удержать в Киеве. “Даже если наш работник хочет работать в офисе в Сан-Франциско, мы принимаем решение не только из личных пожеланий”,— говорит Литвин.
Чтобы заинтересовать людей в долгосрочном сотрудничестве, Grammarly предлагает им опционы — право выкупа акций компании по заранее договоренной цене. Однако если в США подобное ценят, то в Украине к такому еще не привыкли. “Здесь меньше доверия и понимания долевого участия в успехе компании,— жалуется Литвин.— Есть [у сотрудников] мысль, что это — очередной МММ”.
Grammarly не раскрывает финансовых показателей. Однако Евгений Сысоев, управляющий партнер украинского венчурного фонда AVentures Capital, считает, что успех компании обеспечен: она, мол, точно достигнет рыночной оценки в $ 1 млрд.
Эксперт называет лишь вопросом времени достижение, когда бывший стартап захватит долю в 1 млрд пользователей из тех 2 млрд людей, которые пользуются английским.
“Компания улучшает скорость, качество и эффективность своих решений, чтобы сделать написание текстов более легким, продуктивным и радостным”,— излучает уверенность в завтрашнем дне Grammarly и Жюль Мальтц, управляющий партнер венчурного фонда IVP, существенно вложившегося в детище украинцев.