Травля маленьких украинцев. Что происходит с нашими детьми?

Мнения

4 декабря 2019, 14:31

Илья Кенигштейн

Учредитель & CEO Creative States

Случаи насилия среди учеников украинских школ всегда были частью нашего образовательного процесса

Вчера общался с одним умным человеком, который является сооснователем частной школы. Моей дочери Оливке в мае 2020 исполнится 6 лет, и мы с женой решаем, когда ей лучше пойти в школу — в 2020 или 2021. И ещё мы ездим и разговариваем с управляющими и директорами разных школ, с целью понять, что из себя представляет то или иное учебное заведение.

И понятно, что один из важных вопросов — это буллинг. Впервые, мы на практике узнали, что из себя представляет детский буллинг, когда нашей дочке было 4 года. В одном из кружков, куда она была записана, несколько детей периодически издевались над ней, толкая её, смеясь над ней и показывая пальцем. В последний раз это произошло прямо на «выпускном экзамене», в присутствии преподавателя и родителей. Родители, сидящие тут же в зале и ухом не повели, продолжая вести себя как парнокопытные во время глубокого сна. Преподаватель тоже сделала вид, что ничего не происходит. Мы дождались конца действа и подошли к преподавателю с вопросами. Не буду пересказывать все оправдания в стиле: «у нас буллинга нет», но уверен, что суть наших претензий, как и сам диалог — вылетели из головы этого преподавателя примерно через 30 секунд после его окончания.

Случаи насилия среди учеников украинских школ всегда были частью нашего образовательного процесса. И сейчас, судя по многочисленным примерам, они становятся всё заметнее. Я читал, что на сегодняшний день в Украине жертвами буллинга становятся 8 из 10 детей. На буллинг есть запрос со стороны общества, которое всеми силами старается самоутверждаться за счёт других. Есть абсолютное принятие буллинга людьми, которые привыкли жить в агрессивной среде, хамить друг другу и, чуть что, переходить на личности.

В ситуациях, когда травят детей, виноваты не дети, а родители и учителя

Другие новости

Все новости