США в опасности. Как политика Трампа усилила «Исламское государство» и других террористов, — американский военный историк

Всего пару недель назад отец и сын, вдохновленные идеологией Исламского государства, убили 15 человек на пляже Бонди в Сиднее во время празднования Хануки — вскоре после того, как боевик ИГ в Сирии застрелил двух американских военнослужащих и одного гражданского. (Вооруженные силы США нанесли ответные удары по десяткам объектов в Сирии.)

Среди других недавних террористических акций, совершённых сторонниками «Исламского государства» — нападение с использованием грузовика в Новом Орлеане 1 января, в результате которого погибли 14 человек; атака 2 октября в синагоге в Англии, что привело к гибели двоих; взрыв 22 июня в греко-православной церкви в Сирии, унесший жизни 25 мирных жителей; а также нападение 22 марта 2024 года на концертный зал в Москве, в результате которого погибли более 140 человек. Множество других планов удалось предотвратить — включая прошлогоднюю попытку нападения во время концерта Тейлор Свифт в Вене и недавний предполагаемый план намеренного наезда на людей в Германии.

ИГИЛ будет и дальше стремиться к атакам на Запад

Хотя Исламское государство лишилось своего «халифата» в Сирии и Ираке, организация продолжает распространять джихадистскую идеологию, прежде всего, в интернете, а недавняя война между Израилем и Газой привлекает к ней новых сторонников. У ИГ есть филиалы в разных регионах — от Афганистана до Африки и Филиппин — которые, кстати, как выяснилось, в ноябре посещали подозреваемые по делу Бонди-Бич. Аль-Каида также сохраняет разветвлённую сеть по всему миру, включая подразделение, близкое к захвату власти в Мали.

В мартовском докладе американской разведки отмечалось, что «Исламское государство» будет и дальше стремиться к атакам на Запад, включая США, а Аль-Каида по-прежнему намерена наносить удары по Соединённым Штатам и их гражданам. Два эксперта по терроризму указывают, что сегодня число салафитско-джихадистских групп, признанных Госдепартаментом США террористическими, в пять раз превышает показатель 11 сентября 2001 года.

Борьба с джихадистскими группировками требует комплексной, долгосрочной стратегии, и несколько авиаударов — подобных тем, что были нанесены по Сирии, — мало что меняют. Тем более что многие шаги нынешней администрации фактически подрывают усилия по противодействию этим организациям.

Во-первых, ресурсы Министерства внутренней безопасности и ФБР были переориентированы на иммиграционный контроль — в ущерб борьбе с терроризмом и другим направлениям. Почти четверть всех агентов Федерального бюро сегодня заняты иммиграционными делами, несмотря на то что у большинства депортируемых нет судимостей.

Во-вторых, Госдепартамент закрыл подразделения, занимавшиеся противодействием онлайн-дезинформации, а администрация Трампа оказывает давление на социальные сети, требуя сократить усилия по модерации контента. Более того, администрация даже угрожала отказом в выдаче виз иностранным специалистам, работающим в сфере модерации контента, и одновременно лоббирует в Европейском союзе смягчение стандартов цифровой безопасности.

Эти шаги подаются как борьба с «цензурой» и в первую очередь продиктованы желанием остановить лишение платформ праворадикальных «троллей». Однако побочным эффектом этого становится расширение онлайн-пространства для «Исламского государства» и других боевых группировок. ИГ уже активно использует такие платформы, как Facebook, Instagram, TikTok, X, Telegram и WhatsApp, для радикализации своих сторонников.

В-третьих, попытки администрации закрыть Голос Америки, Middle East Broadcasting Networks, Радио Свободная Европа/Радио Свобода и другие вещательные компаний — многие из которых ведут программы на арабском, фарси, урду и других языках, — серьёзно осложняют для США задачу противодействия джихадистской пропаганде.

В-четвёртых, резкое сокращение Трампом американской внешней помощи серьёзно осложнило поддержку союзников в странах Глобального Юга, пытающихся сдерживать распространение исламистского экстремизма. В начале этого года администрация даже на короткое время приостановила финансирование курдских сил в Сирии, охраняющих лагеря с заключёнными боевиками Исламского государства — около 8 тысяч человек — и примерно 27 тысячами членов их семей. В случае их освобождения угроза со стороны ИГ многократно усилится. Хотя жизненно важное финансирование было восстановлено, уровень поддержки США остаётся настолько низким, что власти с трудом удерживают ситуацию под контролем. По крайней мере, сокращая американский военный контингент в Сирии, Трамп всё же не вывел его полностью — как пытался сделать в 2018 году.

В-пятых, пренебрежительное отношение администрации к союзникам США и международным нормам подрывает международное сотрудничество, без которого невозможно эффективно противостоять террористическим сетям. Так, директор Национальной разведки Тулси Габбард фактически возложила ответственность за инцидент на пляже Бонди на саму Австралию, заявив в X, что это стало «прямым результатом массового притока исламистов», и добавив: «Для Европы, вероятно, уже слишком поздно — и, возможно, для Австралии тоже». Подобные заявления недопустимы для представителя её уровня в адрес одного из ближайших союзников США. В результате некоторые партнёры уже сокращают обмен разведданными с Вашингтоном.

И, наконец, в-шестых — администрация подорвала борьбу с терроризмом, назначив на ключевые посты множество некомпетентных людей. В качестве примеров можно привести саму Габбард, известную своей склонностью к конспирологическим теориям и не имеющую опыта работы в разведсообществе; бывшего подкастера, назначенный заместителем директора ФБР и покинувшего должность менее чем через год после этого; а также 22-летнего бывшего стажера, получившего высокий пост в сфере предотвращения терроризма в Министерстве внутренней безопасности.

Зацикленность администрации на идеологически-надуманных ложных угрозах делает Америку более уязвимой перед вполне реальной опасностью исламистского террористического насилия.

Перевод NV

Полную версию текста читайте на The Washington post