Воспринимая нынешний доминирующий глобальный медианаратив, можно представить, что «либеральная демократия» как форма правления уже мертва и похоронена, поскольку автократия и клептократия процветают, а новые модели «нелиберальной демократии» появляются, как потенциальные кукушки в чужом гнезде, — это Виктор Орбан в Венгрии, Дональд Трамп — в США и, возможно, Марин Ле Пен, Роберт Фицо, Герт Вилдерс и другие — в Европе.
Но недавние выборы в крупных развивающихся странах — Индии, Польше, Южной Африке и Турции — вселили надежду на более либеральные модели демократии. Между тем выборы, которые состоятся через несколько недель в Соединенном Королевстве, свидетельствуют о возвращении к политическому центризму, что также может быть одним из выводов последних выборов в Европейский парламент — по крайней мере центр укрепил свою позицию против возрождающихся правых. Между тем уличные протесты в Грузии свидетельствуют о том, что нарастание общественного мнения в защиту либеральной демократии является пониманием того, что может быть потеряно из-за все более автократических тенденций правления Грузинской мечты. Выборы, которые состоятся позже в этом году, все еще могут засвидетельствовать победу либеральной демократии в Грузии.
А в Украине — украинцы, кажется, лучше других понимают, что могут потерять, если Путин победит, и отдают свои жизни в защиту европейских ценностей и либерально-демократической традиции. Вы по-настоящему цените что-то только тогда, когда можете это потерять, поэтому и рискуют развитые страны тем, что после потери может быть поздно.
Украинцы лучше других понимают, что могут потерять, если Путин победит
Великобритания особенно интересна, поскольку опросы общественного мнения свидетельствуют об убедительной победе Кира Стармера и Лейбористской партии, которую он вернул к центру, тогда как нынешние Тори фрагментируются в борьбе за крайне правую позицию с Партией реформ. Но, несмотря на укрепление позиций Партии реформ, опросы все еще показывают, что две трети избирателей поддерживают центристские и левоцентристские партии. Возможно — это контрреакция на неудачи Брекзита. Великобритания возвращается в мейнстрим западной политики, как это ни парадоксально, поскольку другие страны, такие, как США и Франция, вероятно, движутся в противоположном направлении.
Но тенденции в Великобритании не единичны. Выборы в Польше в прошлом году также отметились вытеснением популистской социально-консервативной партии Право и справедливость либеральными проевропейскими партиями во главе с Гражданской платформой, которая также, похоже, победит на президентских выборах в следующем году.
Турция голосовала дважды — на парламентских в прошлом году и важных местных выборах в марте. Явка на обоих выборах была высокой, что свидетельствует о том, что турки ценят свой голос. Хотя Эрдоган и ПСР одержали неожиданную победу на президентских и парламентских выборах в мае 2023 года, а оппозиция отыгралась на местных выборах в марте этого года, все стороны признали результаты выборов. После победы на местных выборах Эрдоган признал, что избиратели высказались, в частности по инфляции, и пообещал ответить на их требования — удвоить усилия в борьбе с инфляцией. Поэтому он обратился к оппозиции с предложением провести переговоры по новой конституции, что может помочь преодолеть определенную поляризацию, которая была характерной для турецкой политики в течение большей части периода пребывания Партии справедливости и развития у власти. Вероятно, новая конституция Турции вернет страну к парламентской демократии, которая должна ввести контроль над чрезмерной властью президента.
Подобные беспокойства относительно автократических тенденций Нарендры Моди и индуистских националистических планов в Индии так же ослабли после того, как его Бхаратия Джаната Партия была обуздана удивительно сильными результатами оппозиции на выборах в прошлом месяце. Теперь Моди будет ограничен рамками коалиционного правительства. Но я думаю, что индийский электорат продемонстрировал свою зрелость и способность демократии все еще действовать как сдерживающий фактор против абсолютной власти.
В Южной Африке все заголовки газет были посвящены неожиданным 14%, которые набрала партия Джейкоба Зумы Копья Нации на выборах в конце мая. Москва, вероятно, поддерживала Копья Нации как один из своих политических «проектов», но, вероятно, он сработал слишком хорошо и заставил не преуспевший Африканский национальный конгресс войти в реформаторскую коалицию с Демократическим альянсом и Партией свободы Inkatha.
Возможно, это продвинуло демократический процесс в Южной Африке на пять лет, и теперь он демонстрирует свою зрелость, когда президент Рамафоса быстро соглашается на создание коалиции в новом правительстве национального единства. ANC-DA-IFP — это коалиция, которая представляет либеральные реформы, скорее смотря на лидерство Запада, чем на Россию. Новому правительству наконец придется обеспечить всеобъемлющий рост, если оно хочет остановить силы реакции и предотвратить их захват государства на следующих выборах. Возможно, это последний шанс, иначе его ждет будущее в стиле Зимбабве.
Перевод NV
Текст публикуется с разрешения автора
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди NV