Пока все обсуждают фигуры министров, выскажу давно назревшее: не так важно имя министра, как идеи, которые он готов нести и воплощать. В каждой сфере деятельности есть абсолютно понятные наработки, которые почему-то годами не воплощались в жизнь, то ли из-за отсутствия политической воли, то ли из-за нежелания что-то менять. И вот сейчас ситуация должна измениться.
Поэтому расскажу, каких изменений многие люди бизнеса и экспертного сообщества давно ждут в сфере высшего образования. Ведь понятно, что оставлять всё как есть — невозможно, тотально закрывать вузы — тоже нельзя, а финансировать в полном объеме — нереально. Так куда двигаться? Как остановить отток наших студентов за границу — в страны, которые ввели бесплатное образование?
Только сразу уйдем от привычного формата дискуссии о преимуществах и недостатках платного и бесплатного образования в Украине. Это заведомо ложная дискуссия, основанная на изначально неверных посылах. Вопрос платного или бесплатного образования вторичен по отношению к тому, что собой вообще должны представлять университеты. Вот об этом действительно стоит говорить.
Если мы посмотрим на структуру доходов западных вузов, то увидим, что доля от платы за обучение составляет в среднем всего 25%. Например, американская статистика показывает, что в США плата за обучение в государственных университетах составляет 22,8%, а в частных — 32,5% от общего бюджета. Аналогичная картина и во многих европейских странах. Вот почему там «небольшую» долю бюджета смогло взять на себя государство, заявив о бесплатном образовании.
Однако по сути своей оно не бесплатное: через эту опцию реализуются государственные программы разных стран по привлечению молодой и талантливой рабочей силы. То есть это инвестиция государства в собственное будущее. Но из чего же тогда складываются остальные доходы университетов? Оказывается, из средств эндаумент фондов, продажи услуг, частных инвестиций и научных проектов, которые являются основой любого университета.
А что у нас? А у нас до 70% дохода вузов составляет именно плата за обучения. Удельный вес науки — от 5 до 10%. И поэтому любые разговоры об изменении системы финансирования сводятся к главному вопросу: кто должен платить за образование — сам студент или государство?
На самом же деле нам нужно полностью поменять подход к финансированию высшей школы, сформировав новое видение роли университетов в жизни общества и экономики. И тогда мы поймем, что их задача — не только подготовка квалифицированных кадров, но и создание прикладных разработок для экономики, прорывных технологий, фундаментальных научных исследований.
Но чтобы это произошло, нужно сформировать законодательные основы, которые крепко свяжут университеты с потребностями реального сектора экономики и мировой наукой. И это очень важные вещи, о которых говорят давно, но на воплощение которых не хватало политической воли.
Например, в законе о высшем образовании сказано о возможности создания при вузах эндаумент-фондов, но сам закон об этих фондах за пять лет так и не принят. А он просто необходим для привлечения в вузы частного финансирования.
Дальше. Мы много лет говорим о необходимости частно-государственного партнерства в высшем образовании, который отрегулирует права и даст сторонам гарантии такого партнерства, но этого закона до сих пор нет.
Нам нужно на базовом уровне разобраться с научной сферой, поняв, как именно она должна функционировать. Я, например, сторонник идеи, что для прикладной науки оптимальной моделью является софинансирование государства и бизнеса. Если ученые делают разработку, которая действительно важна для экономики, то должен быть частный инвестор, который увидит эту перспективу. И если этот частный инвестор понесет хотя бы 25% необходимых затрат, государство должно профинансировать остальную часть расходов. В таком случае мы получим действительно ценные разработки с хорошей рыночной перспективой.
В отношении фундаментальных исследований модель точно должна быть иной — государственное финансирование должно проводиться совместно с получением международных грантов, чтобы наши ученые могли работать бок о бок с ведущими учёными развитых стран мира. То есть, за редким исключением, государство должно вкладывать в те фундаментальные проекты, которые заслужили международную финансовую поддержку или стали частью больших интернациональных программ. Тогда у нас появится настоящая фундаментальная наука, идущая в русле мировой исследовательской мысли, и перестанут плодиться проекты поддержки тех, кто уже получал деньги на исследование аналогичной тематики 10 лет назад.
Нам нужно существенно усилить защиту авторских прав и реформировать систему патентования. Нам нужно открыть рынок для филиалов иностранных вузов, чтобы повысить качество образования и усилить конкурентную среду.
Все эти идеи, лежащие на поверхности и давно обсуждаемые специалистами, должны обрести вид законодательных инициатив.
А наравне с ними крайне нужен закон, который закрепит правило «деньги идут за студентом», что поддержит жизнеспособные вузы и похоронит нежизнеспособные. Нам нужно принять решение об укрупнении университетов, расконсервировав эти замкнутые в себе системы для талантливых управленцев со стороны.
А что касается так называемого «бесплатного образования», то здесь нужно исходить не из количества бюджетных мест в том или ином вузе, а двигаться по программам государственных приоритетов. Мы поддерживаем таланты во всех областях знаний? Отлично! Набирай балл ЗНО 180+, обучайся бесплатно в любом вузе и работай потом, где хочешь. Стране нужны учителя? Пожалуйста — минимальный ценз ЗНО 150+ и бесплатное обучение на преподавателя. Нужны врачи в сельской местности — студент получает бесплатное образование при условии, что отработает три года в селе. Нужны репатрианты? Выбираем страну, откуда принимаем студентов и решаем, как сделать программу обучения для них привлекательной.
Необходимо, наконец, сместить акцент дискуссии в сторону сущностных, по-настоящему важных вещей, разработать несложные, понятные законы и запустить их в жизнь. И тогда через пять лет ситуация в высшем образовании улучшится кардинально. Все, что нужно для этого — политическая воля и парламентское большинство. Уверен, что сейчас мы имеем уникальную ситуацию, когда есть и то, и другое.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ