Работаю сейчас в Польском театре Варшавы, соответственно, нахожусь в Польше. О том, что происходит с Украиной, узнаю из новостей. Голландский референдум, офшоры Порошенко, политический кризис – какой-то сплошной ужас.
Но это моя жизнь. И если вокруг многое говорит о том, как все плохо, то на что-то нужно опереться для энергии и вдохновения. «Дайте мне точку опоры, и я переверну мир». И эта точка в первую очередь - ближний круг, которому ты можешь открыть сердце. В моем случае это семья, друзья, команда ГОГОЛЬFEST или Dakh Dаughters.
В данный момент для меня ближним кругом стали актеры Польского театра Варшавы, где мы ставим пьесу Клима «Украинский Декамерон». Театр хороший и актеры очень талантливы. Но я вижу, что эти люди, работающие друг с другом каждый день, не видят друг друга и не слышат.
Чтобы услышать другого человека, всегда нужно прилагать усилие. Поскольку твой интеллект, мозги и негативный опыт постоянно твердят: не доверяй, тебя хотят обмануть! И человек смотрит с хитроватым прищуром на другого человека и думает: «У него куча задних мыслей, он тебя, наивного, хочет использовать».
Вот это «не бояться», о котором сказал актер из зала, дает удивительное ощущение плотности жизни, осмысленностиИ ты, защищаясь, вместо себя выдвигаешь некую маску, существо, общающееся с другим человеком. Вместо доверия тобою руководит твое представление о чужом представлении тебя. И другой человек тоже так делает. И в итоге получается, что общается никто ни с кем. К сожалению, такие истории происходят повсеместно: не общение, а какой-то тотальный симулякр.
А если это творческая профессия, например – актеры, то вместо творческих встреч, порождающих искру, праздник театра, получается хоровод зомби. Что происходит с актером, когда он перестает доверять другому? Его заполняет страх, много страхов. И чтобы преодолеть этот страх, как-то с ним справиться, актер начинает выдавливать из себя свои представления о том, как он должен выглядеть на сцене.
Моя задача в качестве режиссера – сначала показать актерам эту территорию страха, показать, что она существует, и проблема есть. Как только человек признает это, следующий этап: искать пути выхода. И если хотя бы с кем-то такая трансформация происходит (переход из зоны страха в зону свободы) все начинает сверкать, возникает творчество.
На одной из репетиций я заговорил с актерами об этой проблеме, обсуждали то же, о чем пишу сейчас. Пытались работать с их ощущениями. Пришлось приложить усилия, но прорыв все-таки произошел. Во время репетиции я всегда спрашиваю актеров, что они чувствуют в тот или иной момент. И вот когда двое ребят играли одну сцену, я задал этот вопрос актеру в зале. И он говорит: «Я увидел свободных людей. Свободных людей, которые не боятся».
И в этом нашем опыте на какую-то секунду многие почувствовали, что происходит, когда ты все же открываешь свое сердце другим. Это тревожно, страшно. Но если ты подготовил территорию для этого доверия, любви, то в эту секунду происходит некая синергетическая реакция, где рождается новый смысл, новое чувство. И тогда каждый человек начинает расцветать. Появилось ощущение, что репетиционная комната разомкнулась, исчезли стены и появился мир - произошло чудо. Появились какие-то свежие мысли, идеи, люди начали рассказывать истории из своей жизни. Искра, проскочившая между актерами, сразу зажгла творческий процесс.
Вот это «не бояться», о котором сказал актер из зала, конечно, дает удивительное ощущение плотности жизни, осмысленности, важности того, что происходит здесь и сейчас, удивительность человека, которому ты в эту секунду доверился. Да, потом может произойти все что угодно, но за ту секунду, когда ты доверился, в тебе проснулся творец, нечто божественное.
Есть одна очень удачная формулировка по этому поводу. Режиссер Борис Юхананов, мой учитель и друг, делал как-то проект с людьми с синдромом Дауна. Там они комментируют мир с разных сторон. Юхананов относился к ним, как к ангельским сущностям, настолько открыто и абсолютно ясно они рефлексировали в своих комментариях. И один мальчик на вопрос «Что такое Бог?» ответил: «Он неуправляемый ни для кого».
Так вот в эту секунду проявления божественного ты чувствуешь себя таким «неуправляемым», это высшая форма свободы. Конечно, ты выбираешь меру своей ответственности. Но в понимании этой ответственности, в этом и сложном, и прекрасном пути перед тобой открываются удивительные сущности твоих коллег, которых ты раньше так не видел и не подозревал, что это другие люди. С них вдруг слетает короста надетых масок, чтобы соответствовать своим представлениям о чужих представлениях тебя. И когда это происходит, в тебе просыпается творец, в данном случае - актер, но вообще - творец жизни. Тогда вдруг все становится по силам.
Понимание и предчувствие, предвкушение этого мобилизует человека для творчества и удивительного серьезного труда. Причем, речь не о том, что сегодня один раз ты так сделал – и все получилось. Это вопрос даже не каждого дня, а каждой секунды. Почувствовать ту самую крупицу Бога, которой мы пренебрегаем. Из-за равнодушия, прагматизма откладываем это на завтра, «пока денег не заработаю», «пока начальником не стану».
В этой репетиции на самом деле отобразилась модель жизни во всех ее разнообразиях: любви, жизни, смерти, доверия и недоверия. И я бы не говорил с актерами об этом, если бы сам постоянно не чувствовал в себе этот болезненный вопрос, если бы не понимал, как зачастую бывает невыносимо от собственной ленивости или трусости. Но если видишь впереди магический свет, понимаешь, что может происходить и происходит вокруг каждую секунду, и формируешь из этого вектор своей жизни, то сама жизнь мистическим образом выстраивает вокруг тебя поле возможностей. И тогда понимаешь, что мир - это прекрасное удивительное чудо. Страшное, ужасное, волшебное, нежное…