«Покорение» Арктики и взятие этой территории под свой контроль — ключевая тема для российских властей. Кремль любит об этом говорить. Но иногда этому мешает суровая реальность Севера. Одним из таких случаев стало крушение вертолета Ми-8 на Шпицбергене в прошлый четверг, на борту которого находились восемь человек.
В течение 30 минут после крушения Норвегия начала спасательную операцию, пока российские официальные лица еще несколько часов продолжали говорить о неясных обстоятельствах этого инцидента. Российская поисковая бригада прибыла на место крушения лишь к воскресенью.
У погибшего экипажа вертолета не было никаких причин пытаться совершить посадку в условиях плохой погоды в давно заброшенную горную деревню Пирамида, однако Москва настаивает на сохранении своего активного присутствия на норвежском архипелаге Шпицберген.
Министр иностранных дел Сергей Лавров, выступая на недавнем заседании форума Совета Баренцева, отступил от привычного дискурса и обвинил Норвегию в ограничении деятельности РФ на Шпицбергене, включая полеты вертолетов над этой территорией. Между тем российское Министерство обороны обвинило Норвегию в том, что она представляет угрозу интересам Москвы в Арктике, в частности, на Шпицбергене.
Главной проблемой России является не пиратство, а прогнившая инфраструктураЭто постоянное преувеличение внешних угроз, возможно, свидетельствует о собственном наращивании военного потенциала и инфраструктуры России на Крайнем Севере. Во время серии учений «Запад-2017» российский Северный флот уже продемонстрировал свою огневую мощь. Амфибийные операции, поддерживаемые ракетными ударами, были главной особенностью военных маневров в этом году, которые простирались от новой российской базы на острове Котельный в Восточно-Сибирском море до Новой Земли и Земли Франца-Иосифа в Баренцевом море. Российское арктическое командование, созданное в декабре 2014 года, стремится показать свою готовность защищать северные судоходные пути; но здесь главной проблемой России является не пиратство, а насквозь прогнившая инфраструктура.
На прошлой неделе Москва провела масштабную тренировку по управлению Стратегическими ядерными силами, с участием всех трех компонентов триады — баллистических ракет, бомбардировщиков и стратегических атомных подводных лодок. Кремль объявил, что президент Владимир Путин лично запустил четыре баллистических ракеты. Но это утверждение вызывает сомнение, поскольку ракета с подводной лодки может быть запущена только по приказу командира.
Очевидно, Путин хотел продемонстрировать свою роль главнокомандующего, но эффект был смазан – видео так и не появилось. Вполне возможно, Путин больше стремился произвести впечатление на своего китайского коллегу, президента и генерального секретаря Коммунистической партии Си Цзиньпина, который после 19-го партийного съезда вышел на политическую арену триумфатором.
Россия осознает, что Китай сейчас инвестирует в исследовательские и инфраструктурные проекты на Крайнем Севере и ищет возможности покончить там с монополией пяти прибрежных государств.
Пекин является крупнейшим инвестором российско-китайского проекта «Ямал-СПГ», который предполагает поставку в Японию сжиженного природного газа. Огромная инфляция китайского капитала спасла этот проект от надвигающегося банкротства в прошлом году, и теперь Пекин оказывает мягкое давление на Россию, чтобы обеспечить для себя снижение налогов на дивиденды. В свою очередь Россия, продемонстрировав военную мощь, надеется противостоять китайской экспансии на арктической границе.
Непонятно, сможет ли Россия в ближайшем будущем опираться в своей политике только на военные инструменты, поскольку уже дает о себе знать застой в российской экономике.
Проект госбюджета на 2018-2020 гг. предусматривает сильное сокращение расходов, и, несмотря на жесткое лоббирование высшего руководства, под сокращение попадут также средства на оборону. Единственными статьями бюджета, финансирование которых может быть увеличено, программы, утвержденные президентом. Например, дорогостоящий проект по строительству моста, соединяющего остров Сахалин с материком. Проект предложил Аркадий Ротенберг, олигарх с персональным «черным входом» в Кремле.
Проблема Арктики заключается в том, что этот проект в настоящее время не является прибыльным и зависит от выделения средств из госбюджета. Несмотря на нехватку средств, политические амбиции Путина пока остаются высокими. Что в свою очередь порождает постоянный спрос на демонстрацию таких мероприятий, как военные учения.
Но и здесь пытаются сэкономить на логистике и техническом обслуживании. Трагедия на Шпицбергене является напоминанием о рисках такой экономии. Эта ситуация характерна и для российских военных на авиабазе Хмеймин в Сирии, где в октябре разбился бомбардировщик Су-24, и на авиабазе Шайковка в Калужской области, где потерпел крушение бомбардировщик Ту-22. Таких случаев много.
Особенность Крайнего Севера — это суровая среда, которая ставит под угрозу существование любой базы, а также чрезвычайно высокая концентрация ядерного оружия, ядерных реакторов и отходов ядерного топлива на Кольском полуострове. Да, Путин может питать особые чувства к первозданной арктической природе, но его стремление поддержать статус России как арктической державы может стоить многих человеческих жизней.
Перевод НВ
Новое Время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Павла Баева. Републикация полной версии текста запрещена
Новое Время приглашает на лекции наших известных колумнистов Диалоги о будущем. Подробная программа здесь
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени