Как сообщается, многие высокопоставленные западные деятели остались не впечатлены расплывчатыми упоминаниями Путина о «меморандуме о возможном мирном соглашении» и считают, что он по-прежнему использует тактику затягивания. «Путин явно пытается выиграть время. К сожалению, приходится признать, что он на самом деле не особо заинтересован в мире», — прокомментировал министр обороны Германии Борис Писториус.
Последний звонок Трампа Путину также вызвал новую волну вопросов относительно того, как американский лидер управляет пробуксовывающим мирным процессом.
Подпишитесь на NV Премиум и читайте без ограничений
Нам необходима ваша поддержка, чтобы заниматься качественной журналистикой
Британский журнал The Economist задался вопросом о «странном нежеланию Трампа занять жёсткую позицию в отношении Путина», а обозреватель Макс Бут выразил общее мнение многих, обвинив кремлёвского лидера в манипулировании своим американским визави. «Хотя неудачи Трампа в миротворчестве, возможно, и не обрекут Украину, они, безусловно, развенчивают его претензии на звание выдающегося мастера сделок, — отметил Бут. — Путин водит его за нос, а Трамп, похоже, этого даже не осознаёт».
Настроения в Москве были совершенно иными: подконтрольные Кремлю СМИ превозносили звонок как значительное достижение российской дипломатии. В своём ежедневном обзоре прессы корреспондент BBC Стив Розенберг сообщил, что многие ведущие российские издания «ликовали» по поводу содержания разговора между Трампом и Путиным. «Похоже, Россия выиграла очередной раунд глобального покера», — прокомментировала одна из газет. «Позиция Дональда Трампа не могла бы быть более благоприятной для Москвы», — отметила другая.
Пришло время перестать искать компромиссы с Кремлем
Чего же удивляться нарастающему беспокойству в западных столицах по поводу усилий США по завершению российско-украинской войны. С момента, как Трамп инициировал мирные переговоры в феврале, Украина согласилась на безусловное прекращение огня и выразила готовность пойти на значительные территориальные уступки. В то же время Россия последовательно отвергала призывы к перемирию, выдвигая всё новые условия и создавая разнообразные препятствия для реального прогресса. В какой-то момент Путин даже заявил, что президент Украины Владимир Зеленский не обладает легитимностью для подписания мирного соглашения, и предложил передать Украину под управление ООН.
Последние дипломатические события лишь подчеркнули нежелание России положить конец войне. Когда в начале мая лидеры Великобритании, Франции, Германии и Польши выдвинули Путину ультиматум о прекращении огня, российский лидер ответил призывом к первым двусторонним переговорам с Украиной с весны 2022 года. Однако сам Путин так и не явился на предложенную им встречу в Стамбуле, предпочтя направить туда делегацию низкого уровня. Это было широко воспринято как «пощёчина» Украине и коллективному Западу.
Во время прошедших переговоров в Стамбуле представители Путина подчеркнули нежелание Москвы идти на компромисс, потребовав от Киева официально полностью уступить России четыре области, включая ряд крупных украинских городов, которые Кремлю до сих пор не удалось захватить военным путём. В случае отказа Украины, они пригрозили, что Россия увеличит свои требования до шести областей. «Мы воевали со Швецией двадцать один год. Сколько вы готовы воевать? — якобы прокомментировал глава российской делегации, ссылаясь на Северную войну XVIII века. — Возможно, кто-то из сидящих за этим столом потеряет ещё больше близких. Россия готова воевать вечно».
Хотя Путин редко высказывает столь завуалированные угрозы, он по-прежнему настаивает на том, что любое урегулирование должно быть сосредоточено на устранении так называемых «коренных причин» войны. Обычно это понимается как требование к Украине принять нейтральный статус, разоружиться, а также восстановить прежнее имперское влияние России во всех сферах украинской общественной жизни — от языка и образования до исторической памяти и религии. Любой украинский лидер, согласившийся бы на такие условия, подписал бы своей стране смертный приговор.
Усилия Трампа, направленные на то, чтобы расхваливать перспективы мира путем переговоров, и его попытки заманить Путина коммерческими стимулами свидетельствуют о фундаментально ошибочном понимании военных целей России в Украине. Похоже, американский лидер искренне верит, что Путина можно убедить прекратить вторжение обещанием ограниченных территориальных выгод и будущего экономического процветания. В действительности дела обстоят с точностью до наоборот.
Путин сражается не за украинские земли, а за саму Украину. Он рассматривает нынешнюю войну в самых широких исторических терминах и считает уничтожение украинского государства священной миссией, которая определит все его правление и будущее России на десятилетия вперед. Нелепо предполагать, что на это мессианское видение могут как-то повлиять обыденные разговоры о торговых сделках и снятии санкций.
Жажду исторического реванша Путина можно проследить на примере его травматического опыта во время распада Советского Союза. Хотя Путин лично не сталкивался с той нищетой, которую пережили миллионы его соотечественников в 1990-е годы, тотальное падение статуса России произвело на него глубокое впечатление. С тех пор его преследует страх нового имперского краха, а также стремление пересмотреть вердикт 1991 года. Именно это питает его реваншистскую версию русского национализма и помогает объяснить его, казалось бы, необъяснимую в противном случае одержимость Украиной.
На протяжении всего своего правления Путин не скрывал своей горькой обиды за распад СССР, который он назвал «величайшей геополитической катастрофой XX века» и «дезинтеграцией исторической России». Очень важно, что он рассматривает Украину как центральную и неотъемлемую часть этой легендарной «исторической России». Действительно, украинская столица Киев занимает почетное место в его имперской мифологии как «мать всех городов русских».
Для Путина появление независимой Украины — это символ постсоветского унижения России и потенциальный катализатор следующего этапа отступления его страны от империи. Согласно этой извращенной имперской логике, если такой квинтэссенциально русской провинции, как Украина, будет позволено отделиться и утвердиться в качестве современной европейской демократии, то вся Российская Федерация окажется под угрозой распада. Точно так же Путин убежден, что если вернуть Украину на ее законное место в составе Великой России, то несправедливость 1991 года будет устранена, и Россия вновь займет свое место среди великих держав мира.
Путин пытается вернуть Украину в орбиту Кремля с момента «Оранжевой революции» 2004 года, которую он лично спровоцировал, неуклюже вмешавшись в президентские выборы в Украине. Жестокость этих попыток нарастала прямо пропорционально укреплению собственной национальной идентичности современной Украины. Сначала Путин преследовал свои имперские цели там через контроль над политической, деловой, культурной и религиозной элитой страны. Когда это не удалось, он отдал приказ о вторжении в Крым и восточную Украину в 2014 году. Когда стало очевидно, что даже эта частичная оккупация страны не сможет помешать национальной консолидации Украины, Путин принял судьбоносное решение о полномасштабном вторжении в феврале 2022 года.
Нарастающая волна российской агрессии против Украины сопровождалась все более экстремальной антиукраинской риторикой. На протяжении многих лет Путин публично утверждал, что украинцы — это русские («один народ»). Накануне нынешнего вторжения он опубликовал целое эссе, отрицающее право Украины на существование. Путин и другие высокопоставленные кремлевские чиновники неоднократно называли Украину искусственной страной, построенной на украденных российских землях, нацистским изобретением и нетерпимой «антироссией», созданной с целью подрыва самой России. Украинцев, настаивающих на собственной национальной идентичности, обычно изображают предателями, не заслуживающими ни сочувствия, ни милосердия.
Эта дегуманизирующая пропаганда заложила идеологическую основу для преступлений, которые сегодня совершает оккупационная российская армия в Украине. Везде, где Кремлю удается установить контроль, украинские патриоты и общественные лидеры регулярно подвергаются задержанию и заключению в обширной сети тюрем и лагерей. Хотя число жертв остается неизвестным, представители ООН пришли к выводу, что масштабные и систематические исчезновения квалифицируются как преступление против человечности. Тех, кто остался, подвергают террору и заставляют принимать российское гражданство, а их детей подвергают индоктринации. При этом все следы украинской национальной идентичности, культуры и государственности безжалостно стираются. Многие эксперты считают, что эти действия квалифицируются как геноцид.
Продолжающаяся кампания России по уничтожению Украины как государства и как нации проходит на глазах у всего мира и превращает в совершеннейшее посмешище усилия США по установлению компромиссного мира. В конце концов, какой может быть компромисс между российским геноцидом и выживанием украинцев?
Путин по понятным причинам рад использовать энтузиазм администрации Трампа в отношении мирных переговоров. Это позволяет ему выиграть время, расколоть Запад и сократить поток оружия в Украину. Но уже совершенно ясно, что он не заинтересован в прекращении своего вторжения. Более того, он не смеет останавливаться. Любое мирное соглашение, при котором Украина сохраняет независимость и территориальную целостность, в Москве будет расценено как крупное поражение. Вместо того чтобы встать в один ряд со Сталиным, Петром Великим и Иваном Грозным как один из величайших правителей России, Путин войдёт в историю как человек, потерявший Украину. Он предпочел бы сражаться бесконечно, чем смириться с такой судьбой.
Трамп заслуживает серьезной похвалы за то, что перехватил инициативу и попытался положить конец войне между Россией и Украиной. В то же время очевидно, что его нынешний подход не работает. Пришло время перестать искать компромиссы с Кремлем и начать говорить с Путиным на языке силы. Это означает ужесточение санкций против России и нацеливание их на многие страны, которые продолжают подпитывать военную машину Путина. Прежде всего, это означает значительное увеличение военной помощи Киеву и укрепление способности Украины победить Россию на поле боя. Путин поставил на уничтожение Украины всё своё правление. Он не отступит, если его не заставят это сделать. Путин поставил все свое правление на уничтожение Украины. Он не отступит, если его не заставят это сделать. Мир наступит только тогда, когда Украина станет слишком сильной, чтобы ее можно было подчинить.
Перевод NV
NV обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Питера Дикинсона. Републикация полной версии текста запрещена.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди NV