Сегодня в Крыму и в Донбассе мы наблюдаем явное серьезное обострение, которое может привести к достаточно трагическим последствиям. В данный момент большинство экспертов – как украинских, так и зарубежных – сходятся в оценках относительно серьезности обострения. Но расхождения касаются возможных сценариев дальнейшего развития событий.
Мне кажется, можно говорить о том, что нынешнее обострение, скорее всего, не перерастет в реальный полноценный вооруженный конфликт, более масштабный, чем последние два года.
Да, сейчас со своей стороны Россия занимается созданием условий для такого конфликта, но оснований для того, чтобы со стопроцентной уверенностью утверждать, что в ближайшее время начнутся масштабные боевые действия, сейчас нет.
РФ преследует несколько целей. И в основном – это создание новых позиций для переговорного процесса, для встречи лидеров либо в Нормандском формате, либо трехсторонней встречи без участия Украины, которая может состояться во время саммита «Большой двадцатки».
Путин дал достаточно четкий сигнал, что не хочет обсуждать украинский вопрос в присутствии президента Украины. В этом нет ничего нового: российский президент в очередной раз подчеркнул, что хочет решать все эти проблемы с «большими странами» и не принимать во внимание тех, кого это касается в первую очередь, в данном случае – Украину.
Я надеюсь, что Запад на это не пойдет. Но я не могу исключать вероятности, что между черным и белым будут определенные нюансы – если Запад не сможет отстоять необходимость встречи в Нормандском формате на высшем уровне, обсуждение украинского вопроса все равно будет иметь место во время двухсторонних или трехсторонних встреч Путина с Меркель и Олландом.
В ближайшее время мы узнаем, какой из сценариев реализуется. Если Ангела Меркель сможет отстоять свою позицию по Нормандскому формату, об этом станет известно очень скоро.