Память Джорджа Флойда гудит в мире развитых демократий. Ее центральным лозунгом является требование равенства. Но не того формального равенства всех и каждого перед законом, которой гордятся современные демократии. Это новое равенство. Которое надо еще ухватить и понять.
Когда жизнь черных важна (Blacks Lives Matter), тогда имеет значение каждая идентичность — от групп людей с гендерной идентичностью до больших национальных сообществ. Это — равенство экзистенциальное, бескомпромиссное признание равенства различных способов коллективной жизни. Но это вовсе не означает простое: жизнь всех имеет значение (All Lives Matter).
Почему? Последний лозунг возник как альтернатива первому и получил нивелирующее значение, которое разрушало главный месседж черного движения за экзистенциальное равенство. Ответом было — это не верно! Это не так! Не так, поскольку если сейчас закрепить принцип жизненного равенства между всеми, это значит заморозить все стигмы неравенства и несправедливости по жизни, которые существуют на настоящий момент. Фактически — не все равны по жизни — хотя по закону и конституциям все равны. А мы видим, что мы совсем не чета другим.
«Не могу дышать!» Флойда идет по миру как вдохновляющее воззвание к новому типу справедливости — экзистенциальной, справедливости полного и окончательного признания других способов жизни. Но для этого нужно восстановление исторической справедливости. Это нужно как раз для того, чтобы выявить факторы прошлого неравенства, которые привели к состоянию неравенства сегодня. Неравенства в уровне жизни, образовании, доступе к медицине, языке, в счастливой судьбе, наконец — до всех форм скрытой, впрочем известной всем дискриминации по этническим признакам.
Восстановление исторической справедливости сегодня становится вторым мотивом всемирного движения за новое равенство. У него нет лучшего символа, чем сброс с постамента в реку статуи рабовладельца Колстона самими его соплеменниками — жителями английского Бристоля. Для нового равенства восстановление исторической справедливости имеет значение. Имеет значение такая решительная деколонизация политики памяти.
Она похожа на нашу декоммунизацию, одновременно идет гораздо глубже — вглубь древней истории колониальной несправедливости. Если бы мы последовательно также пошли по этому пути, то нам было бы легче доказывать, что существующее равенство языков и в современной Украине — это фактическое колониальное неравенство. Восстановление исторической справедливости — это свержение нерукотворных памятников нашего колониализма. И первым на очереди должен быть памятник слов Валуевского циркуляра: «Никакого особенного малороссийского языка не было, нет и не может быть!». Новое равенство требует сбросить его в потустороннюю реку Лету. Это и есть пример нового равенства, как бы нас не обвиняли в радикализме те, для кого «какая разница». Вот на что вдохновляет весь мир последний вздох Флойда.
Текст опубликован с разрешения автора
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ