Ошибка Президентов

На экраны выходит Секретное досье, фильм о грандиозном политическом скандале времен Ричарда Никсона, созданный Стивеном Спилбергом с Мэрил Стрип в главной роли. У ленты две номинации на Оскар, а среди оснований их получить — тот факт, что Никсон делал те же ошибки, что и Дональд Трамп

Екатерина Богданович

В 1967 году, в разгар войны во Вьетнаме, министр обороны США Роберт Макнамара создал спецгруппу по изучению американо-вьетнамских отношений. Так появился объемный отчет, куда, кроме всего прочего, вошли сведения о засекреченных военных операциях, противоречащих официальным заявлениям США.

Согласно плану Макнамары отчет предназначался для историков и будущих поколений, однако так случилось, что был обнародован еще до окончания вьетнамского конфликта. Весной 1971 года копия исследования, также известного как Документы Пентагона, попала в редакцию The New York Times. Одно из крупнейших американских изданий начало публиковать выдержки из него, но в дело вмешалось правительство президента Ричарда Никсона. Министерство юстиции обвинило The New York Times в угрозе национальной безопасности и через федеральный суд добилось запрета на продолжение публикации. Но тут оказалось, что копией отчета располагает еще одна газета — The Washington Post.

Вокруг издателя The Washington Post Кэтрин Грэм и ее главного редактора Бена Брэдли и разворачиваются события нового фильма Стивена Спилберга — политического триллера Секретное досье.

“Эти журналисты в фильме — настоящие герои”,— говорит Спилберг. Он считает историю почти полувековой давности особо актуальной сегодня. Нынешний президент США Дональд Трамп называет “фальшивыми новостями” все нелестные публикации, при этом его администрация считает возможным распространять “альтернативные факты”. По словам Спилберга, аллегория очевидна: “Никсон не был верен правде настолько, насколько следовало бы — это вам никого не напоминает?”

Именно остротой темы режиссер объясняет сжатые сроки работы: вместо обычных 14 месяцев — всего 9. Съемки начались в мае, а 22 декабря состоялась премьера. При этом фильм успел войти в оскаровскую гонку и получил две номинации: Лучший фильм и Лучшая женская роль. Ранее Секретное досье было признано лучшей картиной прошлого года по мнению Национального совета кинокритиков США. 22 февраля фильм выходит в украинский прокат.

В целом у Секретного досье хорошие отзывы: критики называют фильм увлекательным, актуальным и мастерски снятым. Последнее неудивительно для Спилберга, чьи проекты собрали в общей сложности более $ 9 млрд, установив абсолютный рекорд для режиссеров. Впрочем, новая картина, по мнению экспертов, хороша, но не гениальна.

Вместе с тем скепсис не распространяется на исполнительницу главной роли Мэрил Стрип, героиня которой Кэтрин Грэм борется за право женщины принимать решения. Именно на мемуарах Грэм и был основан сценарий фильма.

Среди фактов, изложенных в Документах Пентагона, было немало нелицеприятных, которые правительство совсем не хотело обнародовать. В их числе — бомбардировки Лаоса и Камбоджи, операции на побережье Северного Вьетнама, а главное — экспертное заключение о том, что Штатам, регулярно отправляющим солдат в Индокитай, не выиграть эту войну.

Согласно отчету, целями Вашингтона на 10% было дать шанс на лучшую жизнь жителям Южного Вьетнама, на 20% — предотвратить распространение влияния Китая, а на 70% — избежать унизительного поражения, разрушающего репутацию США.

В итоге право журналистов на обнародование этих фактов подтвердил Верховный суд.

Однако картина, критикующая стремление власти свернуть демократию, вызвала у представителей прессы двоякие отзывы. “Это хорошее кино, но плохое изложение истории”,— считает Джеймс Гудейл, бывший главный юрисконсульт и вице-президент The New York Times. По его словам, фильм преувеличивает значимость The Washington Post.

“Кэтрин Грэм и Бен Брэдли были моими хорошими друзьями, и сейчас они, должно быть, переворачиваются в своих могилах, смеясь над той ролью, которой их наделил Голливуд”,— пишет Гудейл в колонке, посвященной фильму.

Возражения нашлись и у редакции The Washington Post. В Секретном досье главный редактор издания Брэдли сыгран Томом Хэнксом как человек, пристально следящий за работой конкурентов. Как уверяет недавняя публикация в The Washington Post, сцена, в которой Брэдли посылает стажера шпионить за коллегами из The New York Times, абсолютно не соответствует истине.

В то же время немалая часть эпизодов фильма правдива: например, редактор Бен Багдикян действительно летел с ксерокопиями доклада из Бостона в Вашингтон, купив для коробок с бумагами отдельное место в первом классе. Затем все эти разрозненные страницы в считаные часы упорядочивали члены редакции, собравшиеся в доме Брэдли. Сам он в своих воспоминаниях называл все это “бедламом”.

Также Washington Post Company действительно находилась в процессе IPO и планировала привлечь более $ 30 млн. “Мы объявили о наших планах и еще не продали акции”,— вспоминает Кэтрин Грэм в своих интервью. Теперь Гудейл признает: публикация Документов Пентагона могла сорвать публичное размещение акций, и в том, что касается выбора, стоявшего перед Грэм, драматизм вполне оправдан.

Причем, по мнению бывшего юрисконсульта The New York Times, именно в этот момент Грэм превратилась из издателя-новичка в человека, способного выстоять в последовавшем вскоре Уотергейтском скандале. Речь идет о разоблачении незаконной прослушки, организованной администрацией Никсона: это расследование принесло The Washington Post Пулитцеровскую премию в номинации За служение обществу в 1973 году, через год после того, как аналогичную награду за публикацию Документов Пентагона получила The New York Times.

Кинокритики хвалят Секретное досье, но сдержанно. По мнению экспертов, фильм скрупулезно воспроизводит атмосферу и события 1970‑х годов, хотя уступает снятой в том же десятилетии драме Вся президентская рать (1976), посвященной Уотергейтскому скандалу. Да и сам Спилберг называет Всю президентскую рать лучшим фильмом о журналистах.

Вместе с тем, как бы ни подчеркивал режиссер Секретного досье политическую значимость картины, у автора сценария на этот счет своя точка зрения. “Я прочла мемуары Грэм и влюбилась в нее”,— признается Лиз Ханна. Работа над сценарием шла во время президентской кампании 2016 года, и Ханна была уверена: президентом США станет Хиллари Клинтон — еще один пример сильной женщины в истории. Впрочем, победа Трампа сделала сюжет еще более актуальным.

При этом в действительности Кэтрин Грэм не была новичком. Ее отец, Юджин Мейер, приобрел The Washington Post в 1933 году. Кэт­рин начала работать в редакции в 1939‑м, но ничуть не удивилась, когда отец передал управление газетой не ей, а ее мужу Филиппу Грэму.

“Мне никогда даже в голову не приходило, что он мог бы рассматривать меня как кандидата на руководящий пост”,— вспоминает она в своей автобиографии.

Встать во главе компании ей пришлось только после того, как Грэм покончил жизнь самоубийством в 1963 году. В 1971‑м у Кэтрин уже был серьезный опыт управления, но ей все еще приходилось доказывать, что это ее бизнес и ее голос имеет вес.

“Испуганная и напряженная, я сказала: “Вперед, вперед, вперед. Поехали. Давайте напечатаем это”,— описывает она момент, когда решилась опубликовать Документы Пентагона. После этого The Washington Post перешла в высшую лигу, сравнявшись с The New York Times. А мемуары Грэм, опубликованные в 1997 году, принесли ей ее собственную Пулитцеровскую премию.

Созданная Мэрил Стрип роль Кэтрин Грэм если и не поможет актрисе завоевать четвертый Оскар, то займет достойное место на Аллее славы сыгранных ею Железных леди, убеждены критики. Чего стоит только произнесенная Грэм—Стрип фраза: “Мое решение остается в силе, а я иду спать”.