Обвинение жертвы — Психологические причины / NV

Причиной может быть психологический механизм, который позволяет хоть как-то упорядочить хаотичный и жестокий мир

24-е февраля — день, который разделил жизнь миллионов украинцев на «до» и «после». Сегодня третья годовщина войны. Сколько еще впереди таких месяцев, лет — никому не известно. Но я точно знаю, что мы выстоим.

События развиваются настолько стремительно, что только держись. Эмоциональный торнадо подхватывает и, кажется, не оставляет никаких шансов здравому смыслу.

В последнее время все мы как нация, как государство попали под шквал обвинений со стороны Дональда Трампа и его команды в развязывании этой кровопролитной войны и нежелании идти на уступки ради мира.

Это классический виктимблейминг — обвинение жертвы в том, что это она виновата, что спровоцировала агрессора на насилие.

Четко помним: только агрессор несет ответственность за принятое решение применить насилие!

В токсичных отношениях жертва часто учится оправдывать агрессора

Однако даже сейчас, на третьем году войны, есть определенное количество украинцев, которые соглашаются или полностью, или частично с тезисами, в частности, трампистов, что мы сами виноваты, что все так произошло. «Это наша вина, потому что мы…» — а дальше идет большой список, в чем именно мы ошиблись.

У нас действительно много ошибок и просчетов, и есть над чем работать, однако это не имеет никакого отношения к агрессии в отношении нашей страны. Но давайте разберемся, почему некоторые украинцы соглашаются с нарративами, что война — это «вина» Украины? Все это имеет глубокие психологические корни.

1.Психологическая защитная реакция

Признать, что война — это исключительно агрессия России, означает принять факт, что мы не могли ее избежать. Это пугает. Значительно проще думать, что была возможность «сделать иначе», и тем самым сохранить иллюзию контроля: «Если бы мы поступили иначе, этого бы не произошло».

2. Когнитивный диссонанс и адаптивная рационализация

Люди стремятся к согласованности в своих убеждениях. Когда реальность слишком болезненна (Украина — жертва агрессии), некоторые предпочитают изменить объяснение ситуации, чтобы снять психологическое напряжение. Признать, что агрессия была неспровоцированной и неотвратимой, означает принять полную беззащитность перед внешним врагом. Вместо этого они предпочитают найти логическую (хоть и ложную) причину, например: «Украина сделала что-то, что спровоцировало войну», «Если бы не Запад, россия не напала бы». Это позволяет уменьшить чувство беспомощности.

3. Иллюзия справедливого мира

Согласно теории справедливого мира (Melvin Lerner, 1966), люди склонны верить, что мир предсказуем и справедлив: «Если плохое случается, значит, жертва сделала что-то не так». Это также создает иллюзию контроля: если Украина «виновата», то в будущем можно избежать подобного, изменив поведение.

4. Травматический опыт и феномен идентификации с агрессором

Украинское общество долго жило под влиянием имперской российской пропаганды. Некоторые люди, чтобы психологически адаптироваться, подсознательно принимают нарратив агрессора — это механизм выживания. Они пытаются мыслить, как враг, и объясняют войну с его позиции. Это подобно Стокгольмскому синдрому: часть общества бессознательно воспроизводит имперскую риторику, потому что она кажется знакомой и понятной.

5. Коллективная травма

Украинцы переживают длительную травматизацию, которая может приводить к самообвинению. Когда человек не может бороться или убежать, он ищет объяснение в себе: «Может, мы сами сделали что-то не так?» Это психологический механизм, который позволяет хоть как-то упорядочить хаотичный и жестокий мир.

6. Влияние пропаганды и конспирологическое мышление

Россия десятилетиями навязывала мнение, что Украина «несостоятельная», «неполноценная», «провоцировала», «угрожала РФ». И эти идеи могли остаться в когнитивных схемах людей, даже если они открыто не поддерживают Россию.

Трамп и его окружение продвигают пророссийские нарративы, которые через СМИ и соцсети попадают и в Украину. Люди, которые раньше не доверяли Западу или имели советское мировоззрение, могут легче воспринимать эти тезисы.

Кроме того, конспирологическое мышление часто присуще обществам, которые долго жили в условиях авторитаризма.

7. Социальная фрагментация и усталость от войны

Длительная война истощает, и мозг ищет причины, которые дают ощущение логичности событий. Ответственность Запада, заговоры, «не так себя вели» — это более простые ответы, чем признание реальности и имперских амбиций России.

Часть общества, особенно та, что пострадала экономически или эмоционально, ищет виновных среди «своих». Условно говоря, «легче» злиться на Украину (которая «должна была бы быть умнее»), чем принять безоговорочную жестокость врага.

8. Синдром созависимости

Украина долго была в отношениях доминирования со стороны России. В токсичных отношениях жертва часто учится оправдывать агрессора, потому что это дает ей ощущение опять же хоть какого-то контроля. Некоторые украинцы бессознательно до сих пор играют эту роль.

9. Потребность в «простом решении»

Если виновата Украина, то решение — просто «быть другими», «не провоцировать», «вести себя правильно». Это дает иллюзию выхода. Если же война — это чистая агрессия, то все сложнее: нужно воевать, выстоять, не ждать «легкого выхода».

Иллюзия контроля и справедливого мира. Почему некоторые украинцы считают свою страну виноватой в войне