Переговоры, состоявшиеся недавно в Астане, продемонстрировали российское лидерство в Сирии. Москва стала одним из главных игроков в этом конфликте, вступив в войну и расширив со временем свое влияние. Кремль сумел не только созвать мирные переговоры, но и диктовать остальным свои условия.
Переговоры показали, что в мире формируется новая союзническая ось – сирийский президент Башар Аль-Асад, ливанская исламистская группа Хезболла и Иран – которую поддерживают Россия и Турция.
Российский президент Владимир Путин определил место проведения переговоров и совместно с Ираном составил список приглашенных. Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров также пригласил на переговоры администрацию Дональда Трампа, однако приглашение поступило в первый день пребывания новоизбранного президента на посту. Более того, против участия США выступил Иран. В результате посол США в Казахстане присутствовал на переговорах как сторонний наблюдатель.
Мирные переговоры закончились тем, что Россия, Иран и Турция согласились совместно мониторить выполнение сторонами условий перемирия. На данный момент договоренности не выполняются в полной мере, поскольку не утихают бои между повстанцами и экстремистскими группами. Главные стороны конфликта – режим Асада и сирийская оппозиция – не сидели за одним столом и не подписывали совместных соглашений. Следующие переговоры планируется провести в Женеве 8 февраля, но надежд на достижение мирного соглашения немного. Нет уверенности в том, что противоборствующие стороны действительно хотят положить конец конфликту.
Технически переговоры в Астане нельзя назвать мирными, поскольку на повестке дня нет предложений по долгосрочному миру. Более того, не было даже предложений по всеобъемлющему перемирию, ведь российские самолеты и силы Асада не переставали бомбить позиции оппозиции в нескольких районах Сирии даже во время переговоров.
Пока Россия доминирует в сирийском небе, Иран контролирует ситуацию на земле с помощью сирийских, иракских и ливанских шиитов, а также иранских корпусов Стражей Исламской революции, контролирующих наступление на позиции повстанцев. При желании Иран может заставить подконтрольных ему боевиков соблюдать перемирие, а совместно с Россией они могут добиться этого и от Асада. Но поскольку военные действия не прекратились ни в воздухе, ни на земле, можно предположить, что ни Россия, ни Иран еще не исчерпали всех своих военных опций.
Режим Асада беззастенчиво заявил, что не заинтересован в прекращении военных действий до тех пор, пока «все террористы не будут разбиты, и вся территория не будет возвращена». Захват Алеппо стал серьезным достижением для оси Иран – Асад – Россия. Они значительно укрепили свои позиции. Асад усилил свою власть, Турция теперь, по сути, в российском лагере, а сирийская оппозиция лишилась главных защитников.
Со взятием Алеппо у режима Асада появилась серьезная оборонная линия, простирающаяся от турецкой границы на севере до иорданской на юге. Это гарантирует безопасность Дамаска и горного массива Ан-Нусария на западе. Кроме того, это обеспечивает открытую границу с Ливаном, который с момента начала сирийской войны стал стратегическим плацдармом для режима Асада. Хезболла абсолютно свободно перемещает людей и вооружения между двумя странами. Конечно, внутри этой линии остаются проблемы: Идлиб и окраина Дамаска. Впрочем, в Идлибе оппозиция разделилась на тех, кто готов участвовать в переговорах, и тех, кто не готов. На данный момент они воюют друг с другом. Что касается окраин Дамаска, то после захвата Алеппо режим Асада принялся отвоевывать и их.
Турция, не дождавшаяся должной поддержки со стороны США на первых этапах противостояния режиму Асада, и подвергнутая критике со стороны остальных союзников по НАТО за жесткую политику в отношении курдов, постепенно перешла на российские позиции по Сирии. Как ни странно, этому поспособствовал инцидент со сбитым турками российским военным самолетом в ноябре 2015 года. Вскоре после этого Россия развернула зенитную ракетную систему С-400, а также предупредила Турцию, чтобы та больше так не поступала. Без поддержки НАТО Турция больше не может проводить какие-либо воздушные операции над Сирией, не получив специального разрешения России. Если бы не членство в НАТО, Турцию можно было бы назвать союзницей России. Поддержка сирийской оппозиции со стороны Турции существенно сократилась.
Потеря поддержки со стороны Турции стала тяжелым ударом для оппозиции. С приходом к власти администрации Трампа оппозиция (за исключением разве что преимущественно курдских Сирийских демократических сил, СДС) потеряла даже ту небольшую поддержку, которую оказывали ей США при Обаме. Тяжело сказать, станет ли администрация Трампа и дальше поддерживать СДС. Саудовская Аравия, обеспечивавшая финансирование сирийской оппозиции с 2011 года, втянута в сложную и дорогостоящую войну в Йемене, конца которой пока не видно. Учитывая туманные перспективы оппозиционных сил в Сирии и сокращающиеся доходы от продажи нефти, стоит ожидать снижения поддержки сирийской оппозиции и со стороны Саудовской Аравии.
Россия стала основным игроком на сирийском театре. Режим Асада не может воевать дальше без ее поддержки. Оппозиция тоже сможет добиться победы или мира только на российских условиях. Сейчас парадом правит Москва. Соединенных Штатов пока не видно в Сирии, и, если Трамп наладит партнерство с Россией, действия Америки будут, по всей вероятности, направляться Путиным.
Иран также стал силой, с которой нужно считаться, особенно в Ливане. Поддержка режима Асада окупилась. Избрание президентом Ливана Мишеля Наима Ауна, союзника Хезболлы, окончательно закрепило влияние Ирана в этой стране. Его главный союзник, Хезболла, смогла держать пост президента Ливана вакантным в течение двух лет, пока другая сторона приложила все усилия, чтобы избрали Ауна. В Ираке, несмотря на господство премьер-министра Хайдера аль-Абади, поддерживаемые Ираном шиитские военные, Силы народной мобилизации и их союзники по-прежнему являются мощной силой, которая контролирует важные районы, расположенные вдоль сирийских и иракских границ.
Десять лет назад здесь царил относительный баланс сил. Была ось США – Саудовская Аравия – Турция, а в противовес ей существовала ось Иран – Россия – Асад. С ослаблением роли Саудовской Аравии и фактической нейтрализацией Америки и Турции можно говорить, что переговоры в Астане зафиксировали новый расклад сил на Ближнем Востоке.
Перевод НВ
Новое Время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Набиля Хури. Републикация полной версии текста запрещена
Больше мнений здесь