Украина впервые за всю историю смогла дать отпор Газпрому в многолетней газовой войне. Но если почивать на лаврах, победа может ускользнуть
Олег Гавриш, Ольга Шульга
2 марта 2018 года представители российского монополиста — Газпрома — взялись за то, что они любят и умеют делать: принялись закручивать газовые вентили, блокируя подачу голубого топлива Украине. В тот день главная госкомпания Кремля развязала процедуру “немедленного” расторжения контрактов с НАК Нафтогаз Украины на поставку и транзит своего сырья.
Произошло это на фоне обильных снегопадов и морозов в Украине. Заволновалась и Европа: транзитные поставки российского энергоносителя западным потребителям оказались под угрозой.
Однако официальный Киев не впал в панику: Минэнерго ввело ограничения на расходование газа для бюджетных организаций, а Андрей Коболев, глава Нафтогаза, призвал украинцев временно снизить его потребление. И уже 3 марта на своей странице в Фейсбуке он написал: “Украинцы, вы — невероятные! Благодарю за вашу помощь и поддержку”. И указал, что всего за день потребление голубого топлива в стране снизилось на 14 %.
Более того, уже через три дня специально созданный кризисный комитет при Минэнерго заявил, что ограничения на потребления газа сняты — страна закупила необходимое топливо в странах Евросоюза.
Так провалилась очередная попытка Кремля поставить на колени замороженную Украину. Однако большая газовая война между Москвой и Киевом на этом не закончилась.
Приступ газового “вентилезакручивания” у россиян спровоцировал Стокгольмский арбитраж. Именно там Нафтогаз и Газпром рассматривали тяжбу по транзитному контракту между обеими госкомпаниями. И судьи приняли сторону Украины: 28 февраля этого года арбитры постановили, что за восемь лет с момента заключения контракта на транзит газа украинская компания недополучила от россиян $4,63 млрд. Потому что с 2009‑го Газпром ни разу не прокачал через украинскую трубу минимальные 110 млрд куб. м газа, прописанные в контракте.
Российская монополия объясняла свои действия колебаниями спроса на голубое топливо. Но эти аргументы арбитров не устроили. Недополученную Нафтогазом плату за транзит в Стокгольме рассчитали, исходя из максимально возможных значений.
Кроме того, представители арбитража обязали Газпром до окончания действия контракта, то есть до 2019‑го, оплатить Нафтогазу транзит из расчета $2,35 млрд за 110 млрд куб. м ежегодно.
Это был уже второй удар по газовой монополии из РФ со стороны Стокгольмского арбитражного суда. В декабре 2017‑го тот вынес решение по встречным искам Газпрома и Нафтогаза по другому контракту — о поставках газа самой Украине. Разбирательства шли с 2014‑го. С точки зрения конечных выплат вердикт оказался в пользу россиян: украинскую компанию обязали компенсировать северному соседу $2 млрд. Однако арбитры пересмотрели условия самого контракта, прежде всего отвергнув принцип “бери или плати”: обязательство закупать у россиян большие объемы газа либо не закупать, но все равно платить за них. Кроме того, арбитраж снизил норму закупки более чем в 10 раз.
Вот эти два решения международного суда россияне и восприняли, по словам Елены Зеркаль, замглавы украинского МИД, как “пощечину со стороны Украины”.
Дальнейшие действия Газпрома стали эмоциональной реакцией на “пощечину”. Москву буквально взбесили судебные вердикты, считает Константин Симонов, директор российского Фонда национальной энергетической безопасности. Не даром Алексей Миллер, глава Газпрома, назвал решение суда асимметричным, политически мотивированным и добавил: мы, мол, не намерены за свой счет восстанавливать экономику соседнего независимого государства. А потому — разрываем все контракты.
Газпром действует неправовым образом
Михаил Гончар,
президент центра глобалистики Стратегия XXI
Дополнительного веса истории придает тот факт, что 18 марта в РФ пройдут очередные президентские выборы. И Кремль не может терять очки в глазах избирателей.
Перейдя к “военным действиям”, Газпром вернул Нафтогазу более $150 млн за предоплаченный газ, снизил объем прокачки по территории Украины, а также уведомил Украину и Стокгольмский арбитраж о желании расторгнуть контракт. “Газпром действует неправовым образом. Так как независимо от того, каковы его намерения и желания — разорвать контракт, пересмотреть его, — он должен выполнить решение арбитража”, — говорит Михаил Гончар, президент центра глобалистики Стратегия XXI.
Маневры Газпрома и морозы разволновали европейских потребителей — именно через Украину идет на Запад основная доля российского газа. В итоге резко — в пять раз — подскочила его стоимость, составлявшая до кризиса примерно $260–290 за 1 тыс. куб. м. “Несколько дней были безумные цены, которые доходили до $1,3 тыс. за тысячу кубов”, — рассказывает Денис Саква, старший аналитик инвесткомпании Dragon Capital.
В украинских подземных газохранилищах имелось достаточно топлива для того, чтобы пройти отопительный сезон, — 10,1 млрд куб. м. Но его давление не позволяет отбирать в сутки больше определенного объема газа, чтобы обеспечить транзит из России в ЕС. Именно поэтому Коболев и призывал соотечественников к экономии.
Но теперь все в прошлом. “Пиковые морозы прошли. До апреля ничего плохого не предвидится, — считает Геннадий Кобаль, директор консалтинговой компании ExPro Украины. — Можно говорить о проблеме в прошедшем времени”.
Правда, за эту “перемогу” стране пришлось заплатить: Нафтогаз закупил недостающий газ у европейских поставщиков — поляков. Их цены на топливо оказались на треть выше газпромовских — $380–390 за тыс. куб. м вместо $290. Сам контракт краткосрочен — до конца марта — и рассчитан на приобретение более 60 млн куб. м газа.
При этом на второй неделе марта украинская газовая компания подготовила новый иск против российской монополии — с требованием заплатить разницу в цене.
В России его восприняли настороженно. “Если бы вы мне задали вопрос о новом иске до последнего решения Стокгольмского арбитража, я бы сказал, что это абсолютно бесперспективно, — говорит российский эксперт Симонов. — Но теперь видно, что европейские суды жестко становятся на сторону Украины”. Потому у НАК есть шансы на новый триумф, который, мол, “обернется позором для России”.
А тем временем цены на российский газ в Европе вернулись на “довоенный” уровень.
СПАСИБО ВСЕМ: В своем FB глава Нафтогаза Андрей Коболев показал украинцам, как они экономили газ, и поблагодарил их за это
В этом раунде победа досталась украинскому НАК, говорит Кобаль. Но эксперты предупреждают: учитывая то, что Украина сильно зависит от транзита российского газа и заинтересована в его сохранении, радоваться рано.
Объявив о разрыве контрактов с Нафтогазом, Газпром пошел по пути опережающей эскалации конфликта, который не раз успешно применял в других спорах. Российская монополия стремится минимизировать последствия решений Стокгольмского арбитража, заставив украинскую сторону сесть за стол переговоров. И кроме того, надавить на Европу, поставив ЕС перед угрозой остановки украинского транзита. Доказав тем самым западным партнерам пользу от наличия обходных путей доставки российского энергоносителя.
Речь идет о действующем газопроводе Северный поток мощностью примерно 55 млрд куб. м в год, который проложен по дну Балтийского моря из России в Германию. А также о его строящемся расширении — так называемом Северном потоке–2, который удвоит пропускную способность первого проекта.
Пока противниками второго потока являются Польша, страны Балтии, Скандинавии, США, а также — частично — сам Европейский союз, стремящийся ограничить Россию на рынке ЕС. И Кремль всеми способами пытается склонить западных потребителей к одобрению постройки своего трубопровода.
Для Украины Северный поток–2 крайне невыгоден. Как только он заработает, страна лишится как минимум половины своего транзита, который сегодня достигает 90–95 млрд куб. м в год. За перекачку газа на Запад по украинским трубам Россия платит $3 млрд.
Правда, отечественные аналитики уверены, что нынешние действия Газпрома лишь снижают вероятность поддержки Евросоюзом альтернативных способов доставки российского газа на запад Старого Света. “Газпром проигнорировал, растоптал святая святых для европейцев — следование правовым путям при решении проблемных вопросов. Нарушается старый принцип римского права — Pacta sunt servanda, договоры должны выполняться”, — уверен Гончар из Стратегии XXI.
И все равно, по мнению опрошенных аналитиков, шансы Кремля склонить чашу весов на свою сторону в деле Северного потока–2 остаются большими — примерно 50 / 50.
Потому‑то для официального Киева во всей этой ситуации лучше не надеяться на благоприятные для него решения европейцев, а подстраховаться. Для этого Украине стоит создать международный консорциум по управлению отечественной газотранспортной системой (ГТС) с участием компаний, заинтересованных покупать голубое топливо из РФ.
“Единственный вариант сохранить транзит — найти европейского партнера, который договорится с РФ”, — уверен Юрий Корольчук, сооснователь Фонда энергетических стратегий. Подобный партнер — крупная европейская компания — заключит контракт с Газпромом на поставку энергоносителя, имея договор с украинской ГТС на его транзит. “Фактически получится некое РосУкрЭнерго [некогда существовавший газовый посредник, созданный Газпромом и украинским миллиардером Дмитрием Фирташем], только европейское”, — говорит эксперт.
Единственный вариант сохранить транзит — найти европейского партнера
Юрий Корольчук,
сооснователь Фонда энергетических стратегий
Пока же Киеву стоит готовится к худшему. Гончар опасается: после того как Москва не получила желаемого путем снижения прокачки газа, можно ожидать диверсий, кибератак на ГТС. Так россияне попытаются доказать несостоятельность украинского трубопровода. “Они умеют маскировать диверсионную операцию под технический инцидент”, — говорит эксперт, напоминая о подрывах труб в Прикарпатье и на Полтавщине, которые произошли в 2014 году.
Руководство Нафтогаза уже усилило охрану системы отечественных трубопроводов.
Еще одним выходом для Украины в газовой войне с Москвой могла бы стать собственная добыча. “Ее нужно развивать, выходить на формулу нулевого импорта, не закупать импортный газ за рубежом”, — считает Роман Опимах, исполнительный директор Ассоциации газодобывающих компаний. Потенциал для этого, по его мнению, имеется: Украина занимает третье место в Европе по запасам голубого топлива.
Последние законодательные изменения — стимулирующий фискальный режим, дерегуляция разрешительной системы — уже играют свою позитивную роль в этом деле. Если в прошлом году рост добычи составил 2,4 %, то в этом, даже по консервативному сценарию, ожидается прибавка в 7 %, говорит Опимах. Но рынку не хватает новых площадей, а властям стоило бы начать активно выдавать лицензии на разработку месторождений на открытых и прозрачных аукционах.
При этом за последние полтора года украинские власти фактически не предоставили на рынок ни одного нового участка для добычи газа. А Румыния, к примеру, выставляет на продажу по 20 участков в год.
По мнению Корольчука из Фонда энергетических стратегий, если правительство не обеспечит инвестиций в ГТС за счет прихода западного партнера, и не начнет проводить прозрачную политику в сфере выдачи лицензий на нефтегазодобычу, одержанная с таким трудом победа в Стокгольмском арбитраже может оказаться напрасной.