Большинство сообщений с оккупированных территорий на Донбассе и в Крыму — что стоит за эпидемией «минирований» в Украине

В СБУ признали, что сообщения носят массовый характер. Кто за ними стоит, прямо не указывают. В то же время, в ведомстве заявили, что массовые «минирования» — инструмент гибридной войны РФ. Кроме того, как сообщил НВ собеседник в СБУ, сообщения о минировании приходят и на электронные ящики ведомства — обычно они написаны на русском языке.

«Приходят такие сообщения по электронной почте. Обычно на русском языке: „Все школы в городе заминированы“. И все. Непонятно, кто это. При этом используют разное программное обеспечение, чтобы анонимизировать себя. Нашими „киберами“ в конце концов это все вычисляется», — сказал наш собеседник. Никаких требований к адресатам «минеры» не предъявляют, добавил он.

Заместитель главы КГГА, бывший начальник Главного управления Национальной полиции Киева Андрей Крищенко сообщил НВ, что большинство этих сообщений поступают с временно оккупированных территорий Донецкой и Луганской областей, а также временно оккупированного Крыма.

В то же время бывают и случаи банального хулиганства. К примеру, оказалось, что в Черкасской области ученик 9 класса сообщил о «минировании» четырех школ. «В каких городах, он не уточнил и быстро бросил трубку», — отметили в полиции. А потому правоохранители эвакуировали четыре учебных заведения в Черкассах и Смеле (поскольку там есть школы, номера которых указал парень). Позже «минер» объяснил полиции, что сделал это, потому что хотел, чтобы детей перевели на дистанционное обучение.

В Киеве правоохранители установили «автора» звонка о «минировании» КГГА. Им оказался 45-летний киевлянин, который вообще не смог объяснить мотивы своего поступка. В Кривом Роге школу «заминировал» 21-летний приятель ученика этого учебного заведения. Школьник не хотел идти на уроки, а его приятель не придумал ничего лучше, чем позвонить в полицию и сообщить о минировании.

Уголовным кодексом Украины определено, что заведомо ложное сообщение о подготовке взрыва, поджога или других действий, угрожающих гибелью людей или другими тяжкими последствиями, — наказывается лишением свободы на срок от 2 до 6 лет. Если в роли таких шутников дети, то административную ответственность будут нести их родители. Им придется заплатить штраф от 1700 до 5100 грн. Но если несовершеннолетним уже исполнилось 16 лет, их ждет уголовная ответственность.

Бывший заместитель главы СБУ Виктор Ягун в комментарии НВ отметил, что случаев, когда о минировании сообщают школьники, их друзья или лица в состоянии алкогольного опьянения — меньшинство. По его мнению, сейчас речь идет о спланированной и массированной атаке со стороны Российской Федерации.

«Это сравнимо с 2014 годом, когда шла массовая атака на наши объекты, шли звонки о минировании правительственных объектов, электростанций, магазинов», — отметил Ягун.

Ущерб и последствия

Массовые сообщения о «минировании» объектов приводят к значительным убыткам. Во-первых, по протоколу полиция должна реагировать на каждый такой случай.

«Точную сумму я не скажу, но это слишком много. На каждый подобный вызов выезжает и служба по поиску взрывных устройств, и кинологи, и медицинская служба. А если это правительственное учреждение, то и СБУ задействовано. То есть это материально и технически очень затратная вещь. Проверить одну школу — несколько часов. А если заминированы все школы — это срыв учебного процесса», — объяснил Виктор Ягун.

Во-вторых, ущерб касается и администрации «заминированного» объекта. В Киевском метрополитене не могут рассчитать, какой ущерб наносят уведомления о минировании, ведь «на законодательном уровне не существует утвержденной методики исчисления упущенной выгоды», сообщила НВ пресс-секретарь киевского метрополитена Наталья Макогон.

В школах такие сообщения о «минировании» приводят к блокированию учебного процесса, утверждает образовательный омбудсмен Сергей Горбачев.

«Если дети не могут нормально посещать учебное заведение, они должны все равно получать образование, пусть даже на дистанционке. Здесь нужно исходить из того, что лучше для детей. Вопросы жизни и здоровья — на первом месте. Все остальное потом», — отметил Горбачев.

Максим Гаврюшин, глава правления Украинского Совета торговых центров, в комментарии НВ сказал, что массовые сообщения о минировании не наносят ущерб напрямую торговым центрам. Деньги теряют только арендаторы, поскольку торговые центры обычно не компенсируют им потери в таких случаях.

«Арендаторам это наносит ущерб, так, если торговый центр не работает несколько часов. Есть еще репутационный ущерб. Но сейчас таких сообщений много, поэтому люди просто перестали обращать на это внимание», — сказал Гаврюшин.

По расчетам НВ Бизнес в ценах 2019 года, минимальные потери для небольшого бутика в столичном ТРЦ площадью 100 кв. м составляют 700 евро в день, тогда как для крупного магазина площадью 2000 кв. м — 14 000 евро. В крупном торговом центре потери могут быть очень большими. К примеру, в ТРЦ Ocean Plaza в аренду сдается около 70 000 кв. м, то есть одно минирование может суммарно стоить арендаторам 490 000 евро.

По словам заместителя главы КГГА Андрея Крищенко, в последнее время алгоритм реагирования служб и ведомств на телефонные сообщения о минировании в Киеве изменился.

«Если на „горячую линию“ приходит сообщение, что все школы в городе заминированы, то по опыту понятно, что, скорее всего, это „фейк“. Все школы обследуются полицейскими, но без привлечения взрывотехников. Если найден какой-то подозрительный предмет, то уже их зовут. Если же сообщают, что заминирована одна школа или вокзал, сразу взрывотехники едут туда и профессионально обследуют. Поэтому с самого начала правоохранители исходят из того, что эти предупреждения — не фейковые минирования», — сказал Крищенко.

По его оценкам, только 25% этих шутников ловят и привлекают к уголовной ответственности. К примеру, в прошлом году, по данным СБУ, удалось установить и привлечь к ответственности 300 «минеров».

По словам бывшего заместителя главы СБУ Виктора Ягуна, расследовать такие сообщения можно, если это единичные случаи, поступающие изнутри государства.

В других случаях можно разве что установить, откуда поступило сообщение.

Однако, как утверждает Виктор Ягун, решение этой проблемы существует. «С такой же ситуацией в 2008 году столкнулась Грузия, когда массово шли звонки из России, чтобы посеять панику. Наши службы по протоколу сейчас не имеют права игнорировать такие звонки, и они вынуждены выезжать на все объекты. В Грузии тогда приняли решение создать штаб, куда вошли представители всех специализированных органов. Этот коллегиальный орган должен был принимать решение, выезжать или не выезжать по определенному вызову. Когда они начали отсеивать 90% таких ложных звонков, с той стороны поняли, что не достигают своей цели. Так массовые атаки там прекратились», — объяснил эксперт.

По его мнению, это большая ответственность для тех, кто принимает решение. «Но иного не дано, ведь подавляющее большинство таких звонков это или с оккупированных территорий, или из России. Это свидетельствует о том, что это умышленные звонки, направленные на то, чтобы подорвать нашу способность защищать граждан», — подытожил Виктор Ягун.