Противостояние вокруг независимости испанской провинции Каталония символизирует силу Европейского союза сегодня и его слабость – в будущем. Кризис в Каталонии также обнажает слабые стороны двух лидеров противоборствующих сторон: премьер-министра Испании Мариано Рахоя и президента Каталонии Карлеса Пучдемона.
Декларация независимости, провозглашенная парламентом Каталонии неделю назад, была конституционно незаконной. Кадры митингов в поддержку независимости затеняют собой тот факт, что по результатам опроса, проведенного этим летом, 49,4% каталонцев выступали против выхода из состава Испании, а 41,1% граждан поддерживали его.
Голосование за независимость Каталонии проходило в полупустом парламенте. Партии, не поддерживающие отделение от Испании, покинули зал в знак протеста. После чего Мариано Рахой распорядился о роспуске каталонского парламента и отстранении от должности Пучдемона, бежавшего в Брюссель. Девятерым его коллегам в руководстве Каталонии были предъявлены обвинения в организации восстания, мятежа и злоупотреблении государственной властью, восемь из них были арестованы. Пучдемон сказал, что вернется на родину лишь в случае предоставления ему гарантий справедливого судебного разбирательства.
Такая мощная поддержка Рахоя и жёсткая политика Испании в отношении каталонской независимости маскирует проблему для страны в долгосрочной перспективе. Премьер-министр возглавляет испанское правительство меньшинства, которое неспособно сформировать устойчивую коалицию. В июле Рахой дал показания в суде, отрицая обвинения в том, что замешан в громком коррупционном скандале вокруг правящей правоцентристской «Народной партии». Расследование велось в течение последних двух десятилетий. Самому Рахою никаких обвинений предъявлено не было.
Таким образом, национальный лидер с подмоченной репутацией сталкивается лицом к лицу с региональным лидером Пучдемоном, также подмочившим себе репутацию бегством. Пучдемон, возможно, и не является человеком, который приведет Каталонию к независимости. В настоящее время провинция и не может стать полноценным игроком. Но Карлес Пучдемон останется влиятельным политиком в Каталонии. И это свидетельствует о серьезных проблемах в ЕС, которые угрожают целостности Союза.
Центробежные процессы в Европе усиливаются. Как отмечает The Washington Post, в большинстве стран не только появились агрессивно правые лидеры и партии, которые мобилизуют в основном рабочий и средний класс, сытый по горло тем, что он вечно остается в аутсайдерах. Также The Washington Post пишет: «Другая тенденция, которую мы наблюдаем, – это активизация региональных политиков в Центральной Европе, которые разочарованы отсталой политикой своих национальных государств».
Каталония – самый эффективный регион Испании, где сформировано мощное движение за независимость. Каталонские сепаратисты утверждают, что, если бы они платили меньше налогов испанскому правительству, это было бы экономическим благом для провинции.
Относительно успешной Германии популярный таблоид Bild летом опубликовал опрос мнений о преимуществах независимости южной Баварии – части ФРГ.
В прошлом месяце северные итальянские регионы Ломбардия и Венето, два самых богатых региона Италии, обеспечивающие 30% ВВП страны, проголосовали за большую автономию для себя. Про-независимые настроения сейчас не такие сильные, но в регионах растет недовольство тем, что налоги, полученные в регионе, правительство направляет на развитие гораздо более бедного и менее эффективного юга Италии.
Шотландия, в которой парламентское большинство – местные националисты, немного притормозила свои амбиции по поводу независимости, поскольку офшорные нефтяные запасы Шотландии и доходы от них уже не сулят перспективного и богатого будущего. Однако после Брексита могут оживиться дискуссии среди шотландцев, проголосовавших за то, чтобы остаться в Европе.
Франция, с ее оживающей экономикой, также имеет свои сепаратистские регионы – остров Корсика и западный регион Бретани.
ЕС не может не считаться с этими тенденциями. Широко распространённое недоверие к ведущим политикам и центральным правительствам, убежденность в том, что местные популисты будут более эффективными, принимают конкретную и даже угрожающую форму. Национализм, о котором в ЕС говорили, будто он умирает, вместо этого получил второе дыхание, и приобретает весьма нелиберальные, а иногда вовсе авторитарные формы.
ЕС все меньше и меньше рассматривается как идеальная федерация без границ. Европейские процессы становятся запутанными и малопонятными. ЕС может не одобрять национализм, но Европа мало что может сделать, кроме как надеяться, что националистическая волна отступит. Хотя на данный момент она только растет.
Перевод НВ
Новое Время обладает эксклюзивным право на перевод и публикацию колонок Джона Ллойда. Републикация полной версии текста запрещена
Впервые опубликовано на Reuters
Новое Время приглашает на лекции наших известных колумнистов Диалоги о будущем. Подробная программа здесь
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени