“Как вернуть Крым?” — один из самых частых вопросов, на которые приходится отвечать последние два года. Не только мне. Но и всем моим друзьям, коллегам, единомышленникам, оставившим дом после аннексии или оставшимся жить в условиях оккупации.
Мы встречаемся в своем узком кругу покинувших полуостров, строим планы, ввязываемся в дискуссии, но все чаще это напоминает мне секту. Почему? Потому что через два года тема возвращения Крыма по‑прежнему ключевая лишь для небольшой группы из 50–60 крымчан. Она так и не стала “своей” для всего украинского общества. Посмотрев очередной марафон, посвященный дате начала оккупации, я не увижу там новых лиц.
В лучшем случае благодаря товарной и энергетической блокаде среднестатистический гражданин теперь знает, что Крым — это еще и родина крымских татар, которую они пытаются вернуть, добавляя бонусы к общей смелости украинцев, чем можно гордиться в социальных сетях или в компании друзей за пивом. Кому вернуть? Себе. А остальным это вроде и интересно, но не очень‑то и нужно.
В худшем случае Крым остался “морем” из детства и студенческой юности, в зрелом возрасте о нем можно и не вспоминать.
Два года спустя мы так и не осознали, что аннексия Крыма — это история обо всех украинцах, не только о переехавших или испытывающих гонения на малой родине крымчанах и крымских татарах. Тогда, весной 2014‑го, разбуженная Майданом страна напоминала больного, пришедшего в сознание после комы. Но уже без Крыма. И это важный момент: потеряв полуостров до того, как всех объединила война, нам теперь сложно думать о Крыме как о части единого целого. Он остался где‑то там, за Перекопом, неопознанным и непонятым. А все неопознанное сложно возвращать, а главное — неясно зачем.
Прожив эти два года на материковой части Украины, я могу точно сказать, что возвращение Крыма — задача национальная и общая. Это не только и даже не столько дело Меджлиса, крымских активистов и крымчан, которым очень хочется домой. Ни одна локальная группа — коренной народ, этническая, возрастная, религиозная или территориальная — не решит задачу национального уровня. Это дело всего народа Украины, и государство не выполнит его за нас. Так было с Майданом, так будет и с Крымом.
Давайте признаем: украинская власть часто выбирает реактивную стратегию, реагируя на тех, кто громче кричит. Особенно если речь о крымском вопросе — уж очень больно он бьет по политическому имиджу. Поэтому, когда можно что‑то предпринять косвенно, делегировать решение большой проблемы маленькой группе, власть так и поступает. А значит, только системный, постоянный запрос и давление общества заставят государство работать над деоккупацией, находить правильные слова и действия внутри страны и за ее пределами.
И первым шагом в возвращении Крыма должен стать честный ответ каждого из нас самому себе: “Зачем Украине возвращать Крым? Зачем это нужно лично мне? И нужно ли?”
Пока на этот вопрос не смогут четко ответить одновременно житель Полтавы, Харькова и Ивано-Франковска, Крым нам не вернуть. И ответ “вернуть, потому что там родина крымских татар, а еще море” хороший, но, к сожалению, недостаточный. В нашей постсоветской культуре люди редко мотивированы прилагать усилия, долго и упорно добиваться цели ради других, не только ради себя. Поэтому сформировать ответ на большой национальный вопрос о Крыме непросто.
Как объяснить украинцу, что Крым важно вернуть, поскольку только с возвращением полуострова можно надеяться на окончание войны и не раньше? Что только с возвращением Крыма можно говорить об Украине как государстве и полноценном суверенитете? Что только с возвращением Крыма мы сможем унять боль тех, кто лишился дома, очень понятную боль каждому, если о ней сказать правильными словами, как это сделала Джамала?
Для того чтобы сформулировать ответ, понадобится хорошая работа интеллектуальных и культурных элит. И самая большая ошибка — ограничить эти элиты крымчанами. Мы, крымчане, локальные, часто склочные, спорим, кто из нас больше и правильнее любит Крым, конкурируем и тратим массу энергии на воспоминания. В одиночку нам общенационального не придумать.
Потому мой ответ на вопрос “Как вернуть Крым?” такой: всем вместе, разделяя общую, понятную и значимую идею того, зачем это нужно.
И не пора ли ее найти?