В Вашингтоне существует традиционная мудрость о Северной Корее, которую разделяют обе партии и большая часть элит. Она звучит примерно так: «Северная Корея – самая дикая и странная страна в мире, возглавляемая чокнутым диктатором с сумасшедшей стрижкой. Он непредсказуем и иррационален, с ним нельзя договориться. В конце концов, этот странный и жестокий режим рухнет. А пока, единственно верное решение – все больше и больше давления». Но что, если эта мудрость ошибочна?
Северокорейский режим продержался почти семь десятилетий, сохранив не только основную форму правления, но и семейную династию отца, сына и внука. Режим выстоял даже после краха Советского Союза и его коммунистических сателлитов, Оранжевой революции, Арабской весны и кончины других азиатских диктатур в Южной Корее, Индонезии и на Тайване.
Династия Ким сумела добиться поразительного успеха в своей главной цели – выжить. Конечно, они достигли этого благодаря жестокости и угнетению, но точно так же поступали и многие другие режимы, в таких странах как Румыния, Сирия и Бирма. Но почему-то именно Северной Корее удалось сохранить свою систему.
Ким Чен Ын – молодой, но очень эффективный, когда речь идет о сохранении власти. Заручившись поддержкой военных, он устранил или убил всех, кто угрожал его власти, включая собственного дядю и, предположительно, сводного брата.
В международных отношениях лучшая страховка – это ядерный потенциалНо взгляните на мир глазами Северной Кореи. Режим наблюдал развал советской империи и еще более тревожную трансформацию Китая, который из пламенной идеологической родственной души превратился в прагматичное торговое государство и с энтузиазмом интегрируется в мировые рынки. Современный Пекин, похоже, рассматривает Пхеньян как неприятную помеху, Китай теперь часто голосует за осуждение и введение санкций против Северной Кореи в ООН.
Ну а самая могущественная страна в мире и вовсе дала понять, что Северная Корея окажется в мусорной корзине истории. После 11 сентября, когда Соединенные Штаты подверглись нападению исламистских террористов с Ближнего Востока, президент Джордж Буш объявил, что США больше не станут мириться с «осью зла», включающую Ирак, Иран и Северную Корею. Затем он вторгся в Ирак. Сегодняшняя политика США в отношении Ирана, по словам госсекретаря Рекса Тиллерсона, заключается в том, чтобы «работать над поддержкой тех элементов внутри Ирана, которые приведут к мирному переходу этого правительства». Что касается Северной Кореи, президент Трамп хочет, чтобы Китай «покончил с этой бессмыслицей раз и навсегда», что опять-таки может означать только избавление от правительства Кима.
Итак, северокорейский режим пытался купить страховку. А в международных отношениях лучшая страховка – это ядерный потенциал. Пхеньян понимает, что у него достаточно большая армия, а корейский военный театр настолько мал и плотен, что обычная война немыслима, так как она приведет к сотням тысяч жертв и миллионам беженцев, которые наводнят Китай и Южную Корею. Пхеньян точно подсчитал, что Китай и Южная Корея гораздо больше боятся хаоса, последующего за падением режима, чем северокорейского ядерного арсенала.
Возможно, стоит взглянуть на режим в Северной Корее как на разумное, рациональное, расчетливое правительство, с трудом справляющееся с приоритетом выживания. Усиление давления лишь добавит ему решимости приобрести новую страховку. Как с этим справиться?
Главный способ преодолеть эту мертвую точку в политике США заключается в том, чтобы убедить Китай оказать реальное давление на своего союзника. Этого не добиться, угостив президента Си Цзиньпина шоколадным тортом в Мар-а-Лаго. Пекин вполне объяснимо опасается настоящего кошмара: под санкциями и давлением Северная Корея рушится, а вновь объединенная страна становится гигантской версией Южной Кореи с договором об обороне с Вашингтоном (почти 30 000 американских военных) и, возможно, с ядерным оружием Пхеньяна. И все это на границе Китая.
Вашингтону придется уже сейчас пообещать Пекину, что в случае объединения он выведет свои войска, изменит характер договорных отношений с новой Кореей и, сотрудничая с Китаем, ликвидирует ядерный арсенал Кореи.
Но давление сработает лишь в том случае, если у Северной Кореи появятся какие-то причины идти на уступки. В прошлом Пхеньян отмечал, что он стремится к официальному завершению корейской войны (Вашингтон подписал только перемирие в 1953 году), признанию режима и снятию санкций. Очевидно, что ничто из вышеперечисленного нельзя предлагать прямо сейчас, но от разговора с Пхеньяном и поиска путей обмена этих уступок на ликвидацию ядерной программы точно не будет никакого вреда.
Это горькая пилюля для Вашингтона, но ее альтернатива – продолжать надеяться на то, что Китай начнет действовать вопреки своим интересам и раздавит собственного союзника. Ну или на то, что Северная Корея наконец рухнет сама по себе. Но надежда – это не стратегия.
Перевод НВ
Новое Время обладает эксклюзивным правом перевода и публикации колонок Фарида Закарии. Оригинал опубликован на The Washington Post . Републикация полной версии текста запрещена.