Zeits MOCAA, недавно открытый в Кейптауне Музей современного искусства Африки, стал не просто данью западной моде на мощное искусство самого жаркого континента, но и попыткой создания нового эпицентра мировой культуры
Екатерина Богданович,
фото — Виталий Сыч
Четверть века назад зернохранилище в порту Кейптауна было доверху заполнено кукурузой: 42 бетонные трубы высотой с восьмиэтажный дом каждая вмещали по 500 т зерна.
Сегодня бывший элеватор вновь полон, но не растительной, а духовной пищей: в здании, реконструкцией которого занималось Лондонское архитектурное бюро Томаса Хизервика, в сентябре 2017‑го открылся крупнейший на континенте музей современного африканского искусства.
На нескольких этажах общей площадью 9,5 тыс. кв. м разместилось более сотни выставочных пространств: здесь уже действуют постоянные и временные экспозиции, а в 2018 году откроется Центр художественного образования, Институт костюма, библиотека и Центр кураторского мастерства. И это не считая занявшего верхние этажи отеля на 28 номеров с видом на знаменитую гору Столовая (Table Mountain).
ЧУВСТВО ПРОТЕСТА: В своем творчестве Кудзанай Чиурай, молодой зимбабвийский художник, поднимает острые социальные и политические вопросы, как и большинство его коллег-соотечественников
Музей получил название Zeitz MOCAA, где первая часть — фамилия немецкого предпринимателя и филантропа Йохана Цайца, предоставившего во временное пользование свою обширную коллекцию произведений африканских художников, вторая — аббревиатура, Museum of Contemporary Art Africa, Музей современного искусства Африки.
За первые два месяца с момента открытия число посетителей превысило 100 тыс. человек — немного по меркам крупнейших музеев мира, но недостижимо для большинства африканских музеев. А пресса уже окрестила новую кейптаунскую достопримечательность “африканским Tate Modern”, сравнивая его со знаменитой лондонской галереей.
ИЗ АФРИКИ ДЛЯ АФРИКИ: Идея создателей музея — представить современное искусство всех 54 африканских государств
Бйорн Гельдхоф, арт-директор PinchukArtCentre, уже побывавший в Zeitz MOCAA, считает такое сравнение несколько преждевременным, но сам факт открытия подобного музея называет событием исключительной важности. “Это первый по‑настоящему специализированный музей современного африканского искусства в Южной Африке, — говорит Гельдхоф. — Его появление может изменить восприятие африканского искусства и то, как оно представлено на Западе, а кроме того — помочь раскрыться множеству менее известных художников континента”.
ЗОЛОТОЕ ЗЕРНО: Реконструкция бывшего зернохранилища на набережной Кейптауна обошлась в $39 млн
В то же время специалисты уже несколько лет констатируют бум африканского искусства в мире, в особенности в Европе: эксперты аукционных домов утверждают, что цены на "африканцев" за последнее десятилетие взлетели в пять, а в некоторых случаях и в десять раз. Да и в самой Африке множатся галереи, открываются арт-биеннале и резиденции. А молодые художники, получив образование за рубежом, уже не стремятся остаться там, как это было в прежние годы, а возвращаются, чтобы творить на родине. Ведь за работы их наиболее успешных коллег коллекционеры уже выкладывают по несколько миллионов долларов.
ГОЛОС АФРИКИ: Спрос на пронзительное африканское искусство растет во всем мире: например, работы Кудзаная Чиурая можно найти в коллекциях поп-звезды Элтона Джона и миллиардера Ричарда Брэнсона
Причалы для буксиров, паромов, яхт и рыбацких лодок, а также сотни магазинов, рестораны, ночные клубы, кинотеатры и отели — так сегодня выглядит набережная Виктории и Альфреда в Кейптауне. Гавань, построенная в XIX веке и процветавшая в первой половине XX века, оказалась почти заброшенной к 1970‑м — когда из‑за развития авиаперевозок Кейптаунский порт перестал быть главными воротами в ЮАР. А в конце 1980‑х получила новую жизнь.
Здесь началась масштабная реконструкция, которая продолжается по сей день: одним из ее наиболее значимых объектов стал Zeitz MOCAA.
АНАЛИЗИРУЙ ЭТО: Среди источников вдохновения художницы из ЮАР Марлен Стейн — теория психоанализа
Для Томаса Хизервика, почетного члена Королевского института британских архитекторов и автора чаши для Олимпийского огня Игр 2012 года в Лондоне, а также Британского павильона на выставке Экспо-2010 в Шанхае, работа над проектом Zeitz MOCAA стала незаурядной задачей.
Он не столько строил, сколько разрушал. И хотя внешне элеватор сохранил узнаваемые очертания, внутри произошли кардинальные перемены. Причем если обычно, по словам Хизервика, архитекторы стремятся сделать привлекательным внешний вид здания, а не интерьеры, то на этот раз все было наоборот.
ИЗ КАКОГО СОРА: Кенийский художник Кир Кабиру изготавливает оправы для очков из предметов, найденных на улицах Найроби, а потом фотографируется в них
“Хождение по выставкам — не совсем типичное занятие для местных жителей, — говорит Хизервик. — Был велик риск, что люди придут, сделают фото у входа и уйдут, а потом будут рассказывать, что побывали в музее”.
Впрочем, убедить посетителей зайти в здание удалось — сегодня его посещают до 3 тыс. человек в день. Отчасти это заслуга Хизервика: созданный им внутри элеватора атриум пресса называет объектом, достойным внимания, пожалуй, не меньшего, чем музейные экспозиции.
В популярности Zeitz MOCAA сыграло свою роль и местоположение: после реконструкции набережная Альфреда и Виктории стала одной из главных туристических достопримечательностей ЮАР.
ЭПИДЕМИЯ: Среди работ африканских художников — немало ироничных, в том числе эта, высмеивающая повальное увлечение селфи
В целом реконструкция элеватора обошлась управляющей компании V&A Waterfront в $39 млн. По словам Дэвида Грина, СЕО V&A Waterfront, над строительством музея думали еще с конца нулевых. После нескольких лет поиска потенциальных партнеров представители V&A Waterfront вышли на Йохана Цайца, бывшего генерального директора корпорации Puma и крупного коллекционера африканского искусства: он как раз искал подходящее место для размещения своей коллекции, насчитывающей более тысячи произведений. В ноябре 2013 года было подписано соглашение: Йохан Цайц и Дэвид Грин из V&A Waterfront стали сопредседателями попечительского совета музея, а Марк Коетзи, куратор коллекции Цайца, был назначен исполнительным директором и главным куратором Zeitz MOCAA.
“Zeitz MOCAA станет платформой, позволяющей африканцам рассказать свою историю”, — пообещал тогда Коетзи.
ЕЕ ПРАВО: Серия портретов представительниц ЛГБТ-сообщества — часть борьбы за их права, которую ведет фотограф Занеле Мухоли
Африканские художники давно завоевали многие континенты, в том числе известны и в Украине. Так, работу камерунца Паскаля Мартина Таю несколько лет назад можно было увидеть в донецком арт-центре Изоляция: инсталляция под названием Преобразись! в виде гигантской помады на вершине заводской трубы была взорвана в 2015 году захватившими арт-центр боевиками.
А восемь керамических ваз, вручную расписанных еще одним представителем Камеруна Бартелеми Тогу (проект Победить вирус!), были экспонированы в прошлом году на выставке Хрупкое состояние в киевском PinchukArtCentre наряду с работами мировых звезд первой величины и высшей ценовой категории Ай Вэйвэем и Дэмиеном Херстом.
С МЫСЛЬЮ О РОДИНЕ: Родившийся в Лос-Анджелесе и живущий в Нью-Йорке Кьянде Уайли — один из представителей африканской диаспоры, чьи работы также можно увидеть в Zeits MOCAA
Весной прошлого года обладательницей главной премии проходящего в PinchukArtCentre международного конкурса стала южноафриканская художница Динео Сеше Бопапе, тогда как специальная премия досталась кенийке Фиби Босвел. Гельдхоф убежден, что заслуженно: он называет современное африканское искусство невероятно ярким, особо подчеркивая его разнообразие.
Примерно о том же говорит сегодня большинство экспертов арт-рынка: времена, когда за словами “африканское искусство” западные галеристы и коллекционеры видели лишь изделия, выполненные в народных традициях, остались в далеком прошлом. Живопись, графика, инсталляции, медиаарт и другие произведения современных художников Африки востребованы и в западном мире и, что не менее важно, на родине.
ДОМА ЛУЧШЕ: 34-летний Ати-Патра Руга может похвастаться персональными выставками в Париже, Лондоне, Майами и Нью-Йорке, но жить и работать предпочитает в родной ЮАР
Пока, согласно отчету Africa Art Market Report 2016, весь объем африканского арт-рынка равен $ 42,3 млн, что сопоставимо со стоимостью одной работы кого‑то из европейских звезд первой величины, причем даже не входящей в топ-50 самых дорогих картин. Вместе с тем в позапрошлом году в Sotheby’s, аукционном доме с почти 300‑летней историей, появился новый департамент — современного африканского искусства. Его первые торги состоялись в мае 2017 года.
Ханна О’Лири, глава департамента, назвала нововведение ответом на рост африканского арт-рынка и мирового интереса к нему. “На долю африканских художников сейчас приходится менее 0,1 % международного арт-рынка, менее десяти из них смогли продать свои работы по цене выше $1 млн на аукционе, и поэтому можно говорить об огромном потенциале”, — отметила она.
ПРО ЭТО: Ранние браки — беда Африки, против которой художник протестует своей картиной
Причин того, что одни считают бумом, а другие — пробуждением, О’Лири называет несколько: музеи стремятся интернационализировать свои в основном европейские и американские коллекции, а мировые коллекционеры ищут новых интересных художников. При этом африканские экономики растут, и на континенте появляется все больше собственных коллекционеров.
Сегодня примерно каждый второй покупатель произведений современного африканского искусства — африканец, главным образом из ЮАР и Нигерии. Также высок спрос со стороны диаспоры в Великобритании.
СВЕЖАЯ КРОВЬ: Смелое и экспрессивное искусство современной Африки растет в цене с каждым днем
В результате, по данным лондонского аукционного дома Bonhams, на долю которого приходится 20,6 % продаж современного африканского искусства, цена на соответствующие лоты за последние десять лет выросла в пять раз. А нигерийский аукционный дом ArtHouse Contemporary Limited утверждает, что примерно за тот же период цены взлетели вдесятеро.
В среднем, по данным аукционных домов, произведения африканских художников сегодня продаются по $10‑60 тыс. Один из недавних рекордов — картина живущей в Нидерландах южноафриканской художницы Марлен Дюма Ночная медсестра, проданная в 2016 году за $2,5 млн. Для сравнения: самая дорогая картина самого успешного украинского художника Анатолия Криволапа Конь. Вечер была продана в 2013 году за $186,2 тыс.
Тем временем создатели Zeitz MOCAA убеждены: почва для их детища созрела давно. К слову, коллекция Цайца не всегда будет его основной составляющей — она передана музею на 20 лет или до конца жизни 54‑летнего Цайца, если тот проживет дольше указанного срока. Музею за это время предстоит накопить собственный фонд. И этот процесс уже идет полным ходом: например, свои работы пожертвовал Zeitz MOCAA Роджер Баллен, знаменитый фотограф, родившийся в Нью-Йорке, но живущий в Йоханнесбурге.