19 ноября 2017, воскресенье

В МВД взялись за пожарных и спасателей. Замминистра Анастасия Деева рассказывает, что с ними будет

В МВД взялись за пожарных и спасателей. Замминистра Анастасия Деева рассказывает, что с ними будет
Александр Медведев
Заместитель Арсена Авакова рассказывает о своих 100 днях на службе, анонсирует реформу Госслужбы по чрезвычайным ситуациям, ликвидацию пожарной инспекции и эру пожарных-добровольцев

Анастасия Деева была назначена заместителем министра внутренних дел по евроинтеграции в ноябре 2016-го и тут же оказалась в центре шумного скандала. Ее недоброжелатели разделились на два лагеря: один осуждал Дееву за юный возраст – мол, откуда у 24-летней девушки опыт для такой высокой должности, другой – обсуждал откровенные фото Деевой, сделанные до прихода на эту должность и случайно попавшие в Сеть.

Тем не менее, Деева не только сохранила должность, но и расширила поле своей деятельности в МВД – сейчас, например, на ее плечи возложили недавно стартовавшую реформу Госслужбы по чрезвычайным ситуациям. В целом в качестве заместителя министра она проработала уже 100 дней. Пользуясь этим поводом, НВ попросило ее поделиться впечатлениями о министерской кухне, объяснить, что она намерена сделать со спасателями и пожарными, и рассказать, как после истории со скандальным назначением ей удается командовать в такой маскулинной структуре как МВД.

- 100 дней вы работаете в проектном офисе МВД. Что успели сделать?

- Это все – командные успехи. Мы начали перезапуск Государственной службы чрезвычайных ситуаций, открыли 15 местных пожарных команд в шести пилотных областях, три уникальных центра безопасности в Донецкой области.

Подписали самый большой в истории миграционный проект с ЕС на 28 млн евро 

Открылось 15 новых современных сервисный центров – вместо коррумпированных старых МРЭО. Привлекли международную помощь и передовых иностранных экспертов, которые помогли нам разработать учебный новый план – он позволил новым сотрудникам получить качественное образование. Подписали самый большой в истории миграционный проект с ЕС на 28 млн евро для создания нового миграционного и пограничного менеджмента в Украине. В рамках реформы полиции сотрудничаем со шведской, канадской полицейской миссией.

- А какие-то совсем новые направления?

- Мы организовали рабочую группу и подписали план действий – речь идет о резолюции Совета Безопасности ООН 1325 Женщины. Мир. Безопасность. Привлекли 40 гендерных экспертов, которые помогают нам сделать структуру МВД более эффективной и менее коррумпированной, и, что важно, более открытой для женщин на всех уровнях работы, от аппарата министерства и до рядового состава.

2017-й обозначили как год противодействия торговле людьми. Представили новую концепцию для переформирования пожарной инспекции. В том виде, в котором она существует сейчас, она будет ликвидирована.

- Когда вы только пришли на работу как заместитель Авакова, вспыхнул скандал: многие считали, что у вас недостаточно опыта для такой работы. Сейчас обозначенные вами сферы действия – гораздо шире. Как вы справляетесь?

- Я начала заниматься реформой МВД еще два года назад, когда пришла в МВД вместе с Экой Згуладзе. Тогда я работала в проектном офисе ИСИТАП – американской организации, которая занимается поддержкой реформы Национальной полиции Украины. Первое, чем я начала тогда заниматься – патрульная полиция. Я ее изучила, знала от корки до корки все нюансы, как и каждого полицейского, который приходил в новую структуру.

В какой-то момент понимаешь, что уже не можешь узкопрофильно смотреть на патрульную полицию. Появляется намного более широкое поле деятельности и ответственности, потому что патрульная полиция – маленький блок из того, чем мы занимаемся. Потом стартовала реформа Нацполиции, после нее появились обязательства по либерализации визовых отношений Украины и ЕС. Поэтому на моих плечах оказался проектный менеджмент международного сотрудничества, то есть, привлечение международных партнеров для поддержки реформ МВД. За два года в сферу моей ответственности подпадали и другие центральные органы исполнительной власти. Например, Госслужба по чрезвычайным ситуациям. Поэтому, когда 100 дней назад я согласилась на эту должность, то оценивала свои возможности адекватно.

- Одна из ваших задач сейчас – реформа Госслужбы по чрезвычайным ситуациям. Это сложная структура. Там много лет ничего не менялось. Высок ли уровень коррупции в ГСЧС?

- Наибольшая проблема там – не коррупция, а то, что большое количество людей, настоящих героев, работают в централизованной, закрытой и неэффективной системе. И система эта не справляется с объемом своих задач. 80% автопарка подлежало и подлежит списанию. Например, ЗИЛы 1960-1970-х годов. Я не знаю, как эта машина ездит до сих пор.

По состоянию на 2013 год зарплата пожарного составляла 2.600 грн. Сейчас мы их увеличили почти в два раза

Плюс – низкие зарплаты. По состоянию на 2013 год зарплата пожарного составляла 2.600 грн. Сейчас мы их увеличили почти в два раза. Конечно, хочется большего.

- Вы говорите, что коррупция не главная проблема в ГСЧС. А как же экс-глава этой службы Сергей Бочковский, которого в 2015-м прямо во время заседания Кабмина задержали? Можете это прокомментировать?

- Если человек нарушает закон, он за это должен нести ответственность. За последние два года многое изменилось в Министерстве. Когда я начала заниматься разработкой изменений, в ГСЧС была сформирована рабочая группа, которая несет персональную ответственность за то, чтобы получился максимум. Глава ГСЧС полностью поддержал курс таких изменений и лично вовлечен в процесс изменений. Это не моя задача бегать за бывшими коррупционерами. Это работа внутренней безопасности, следствия и прокуратуры. Я менеджер, который объединяет людей с правильными взглядами и помогает запустить проект, привлечь на это ресурс, чтобы государственный бюджет шел на поднятие зарплат сотрудников. Я верю, что здоровая система сама постепенно очистится от таких недобросовестных «начальников». Люди не слепые, они все видят, кто и что делает не так. Мы с рядовым составом часто общаемся и у них есть прямой контакт в рабочей группе, чтобы написать как свои пожелания, наработки.

- Насколько радикальной будет сама реформа ГСЧС?

- Она состоит из трех главных компонентов. Во-первых, улучшается существующая структура. Второе – проблема ГСЧС в том, что она слишком централизована. Поэтому второй шаг – это децентрализация в регионах. Мы выбрали шесть пилотных областей – Донецкую, Днепропетровскую, Винницкую, Тернопольскую, Львовскую, Полтавскую и город Днепр. И за несколько месяцев уже открыли 15 новых пожарных команд на местах. У такой команды гораздо меньшее время реагирования, порядка 20 минут. До этого центральная пожарная команда приезжала за час или полтора. Особенно долго – в сельской местности, где дороги либо не починены, либо не расчищены.

Третье – это волонтерские команды. Во всем мире давно существует волонтерское движение в гражданской защите. Америка, например – это 70% волонтеров в пожарной службе, в Чехии – 10 тыс. профессиональных пожарных и 300 тыс. волонтеров. В Германии, Швеции – порядка 80% волонтеров. В Италии вообще целая культура волонтерской гражданской защиты. Это люди, которые приходят как энтузиасты, получают профессиональную подготовку, получают сертификат и могут привлекаться на тушение пожаров. Главное отличие – они прибывают только на вызовы. То есть не находятся в депо круглые сутки. Так, человек, который живет или работает в радиусе реагирования 20 минут от пожара, может выехать на пожар, аварию или какую-то чрезвычайную ситуацию очень оперативно. Намного быстрее, чем профессиональный пожарный. Громада на этом экономит бюджет и получает безопасное общество.

Плюс, как мне кажется, это замечательная возможность для ребят, которые возвращаются с фронта, реализовать себя в мирной среде. Они понимают свое место, то, как могут быть полезны для своих граждан, понимают, что на них будут смотреть с восхищением.

- Такого в Украине раньше не было.

- Могу привести в пример две добровольческие команды. Одна – под Киевом, в Борисполе, называется Штурм, и вторая – на Закарпатье, под Мукачево, в селе Дерцен. Наравне с профессиональными пожарными они уже спасают сотни жизней.

- Их будут набирать по какому-то конкурсу?

- Думаю, уже весной мы начнем первый набор добровольцев-огнеборцев в городе Днепр и в Донецкой области. Пока что опросы показывают, что и мужчины, и женщины заинтересованы в том, чтобы становиться добровольцами-пожарными. Это могут быть, например, ранее работавшие в ГСЧС люди, могут быть гражданские активисты, молодежь, которая после Майдана понимает, что волонтер – не слово без смысла, а статус, который дает тебе в руки определенные инструменты.

- Из каких источников будет финансироваться реформа ГСЧС? И о каких суммах идет речь?

- Самая затратная часть в реформе ГСЧС – техника. Пожарные машины стоят очень дорого. Это миллионные инвестиции. Часть выделяется из бюджета. Если говорим о децентрализации, это могут быть местные бюджеты. Также добровольческие пожертвования самой громады, бизнеса, международная техническая помощь. Сейчас ожидаем комплекты униформы для Донецкой области от американского фонда.

- Кто будет готовить новых сотрудников и волонтеров? Что за инструктора?

- Смотря что именно. В марте, например, мы начинаем подготовку первой домедицинской помощи вместе с организацией Patriot Defence. В остальном обучение проходит на базе наших пожарных училищ. То есть обучать будут сотрудники ГСЧС. Это важно, потому что подход к ликвидации пожара, аварии, чрезвычайной ситуации должен быть один. Но могут привлекаться иностранные специалисты: польские, венгерские, канадские. Но это, скорее, дополнительные курсы повышения квалификации. Базовый курс – один, и преподается ГСЧС.

За один день, и, боюсь, даже за один год нельзя очистить всю систему

- Если провести аналогию с реформой полиции, будут ли старые сотрудники переаттестовываться?

- Здесь это нерелевантно. Ведь сами пожарные, спасатели, выезжают на пожары, на аварии, и там нет прецедента коррупции. Если говорить про пожарную инспекцию, здесь еще думаем.

- А если говорить о кабинетных чиновниках? С ними что будет?

- Нужно работать над тем, чтобы улучшения начинались снизу. Чтобы рядовые сотрудники получали больше мотивации, лучшие условия работы. Мне кажется, что соответствующие органы и специальные подразделения, которые занимаются антикоррупционным направлением, достаточно активно работают в выявлении недобросовестных кабинетных чиновников. Однако за один день, и, боюсь, даже за один год нельзя очистить всю систему. Покрывать этих офицеров или чиновников – точно не наш формат.

- Вы раньше сказали о гендерной составляющей. Много ли женщин сейчас работает в ГСЧС? Есть ли женщины среди спасателей и пожарных?

- Женщин-пожарных и спасательниц не так много. В основном, женщины в пожарной службе работают как психологи. Это важная должность в ГСЧС, потому что обращение с огнем немного похоже на военные действия. Пожарный – это призвание, а не просто профессия, куда ты пришел, попробовал себя и ушел.

- Но готово ли к идеям гендерного равенства в таких профессиях общество?

- Посмотрите на патрульную полицию, например. Сам факт, что у тебя есть женщины и мужчины в одной структуре, повышает уровень доверия к ней. Женщины обладают эмпатией, то есть, чувством сопереживания. И это иногда очень важно. К примеру, если мы сталкиваемся с проблемами сексуального насилия, с проблемой торговли людьми, детским насилием, дискриминацией, домашним насилием, женщина больше понимает, как нужно себя вести.

Где-то полгода назад мы проводили в Кропивницком встречу с населением на тему противодействия домашнему насилию. И пришла патрульная полицейская, которая сама была жертвой домашнего насилия. Свое выступление она начала с такой фразы: «Я прошла через это». И как только она это сказала, люди по-другому на нее посмотрели. Не как на человека из системы, а как на того, с кем можно разговаривать на равных. Потому что они почувствовали эмоциональную взаимосвязь.

- Когда запускалась патрульная полиция, была проделана огромная работа по формированию имиджа нового полицейского. Форма, аккуратный внешний вид, вежливость, грамотность… Будет ли кто-то так же трудиться над имиджем нового украинского пожарного?

- Будет, очень скоро.

Сам факт, что у тебя есть женщины и мужчины в одной структуре, повышает уровень доверия к ней

Уже весной, когда объявим набор в Днепре и Донецкой области, запустим целую коммуникационную кампанию: видеоролик, сити-лайты, билборды и новый специальный веб-сайт для тех, кто хочет записаться в команду волонтеров. Кроме того, мы отсняли видео с маленькими уроками пожарной безопасности для добровольцев. Скоро покажем их.

- Вы занимаетесь также реформой миграционной и погранслужбы в части международного сотрудничества. Что меняется там?

- В декабре 2016 года мы подписали самый большой в истории миграционный проект с ЕС, на 28 млн евро. Это важно, потому что с того момента как появилась Государственная миграционная служба, на ее плечи легли многие обязательства по либерализации визового режима. Уже создан единый государственный демографический реестр, началась выдача биометрических защищенных загранпаспортов, с прошлого года на замену паспорту-книжечке стали выдавать ID-карты.

В пограничной службе тоже есть нововведения – создали систему Аркан. Это единая информационная аналитическая система, которая помогает обезопасить прохождение границ. Но этого недостаточно. Еще есть пробелы в самой системе. Страна большая, людей много, всем нужны не только новые документы. Мы должны думать о том, как предоставить качественный сервис, как гарантировать безопасность персональных данных, безопасность самих границ, время прохождения на границе. Совместно с нашими европейскими коллегами и Международной организацией по миграции был прописан проект, который рассчитан на три года, до 2019-го.

Очень важен и сервис – хочется, чтоб, когда человек приходит получать паспорт или ID-карту, он мог это сделать автоматически. Быстро, эффективно, не тратя лишь на подачу документов три дня. Поэтому будем оснащать современным IT-оборудованием как пограничников, так и Госмиграционную службу.


mf3a0862


- Сложно ли вам работать с людьми старше вас, с теми, кто давно работает в системе? И повлиял ли как-то скандал с вашим назначением на работу и отношениях с коллегами?

- Я не обращаю внимания на то, кто скандалит и что говорит, потому что меня с детства научили: важно, что ты говоришь о людях, а не что говорят о тебе. Я осознаю те функции, которые на меня возложены министром, это моя ответственность. Мои результаты работы очевидны как правительству, так и министерству, нашим рядовым сотрудникам, и, надеюсь, что гражданам. Если я их выполнять не буду, меня здесь не будет. Самое главное – это результативность работы. Ты ее либо показываешь, либо нет.

Можно было бы зарабатывать намного больше в корпоративном секторе или в международных организациях, но я здесь, потому что я хочу, чтобы моя страна менялась

Быть госслужащим – непросто. Мои коллеги – тот же Макс Нефьодов, Оля Трофимцева, и многие из других министерств, скажут то же самое. Можно было бы зарабатывать намного больше в корпоративном секторе или в международных организациях, но я здесь, потому что я хочу, чтобы моя страна менялась.

Сейчас нет времени устраивать какую-то внутреннюю конкуренцию. Всегда нужно быть начеку, потому что структура сложная. Но я не чувствую того, чтобы что-то не получалось. Я чувствую и поддержку международных доноров. И это особенно важно, потому что международные доноры-партнеры в три раза детальнее наблюдают, что ты делаешь и как, есть ли коррупция или нет, и только после этого будут давать тебе поддержку. Высокий уровень их поддержки тоже говорит о том, что мы двигаемся в правильном направлении.

- Волонтеры, о которых вы говорите, сдуваются рано или поздно, потому что у них кончается «подкожный жир». Что вы можете предложить им в качестве мотивации?

- Волонтеры, которые получают зарплату – это по сути оксюморон. Ими должны становиться энтузиасты пожарного дела, которые будут хотеть стать активной частью своей громады и спасать жизни. Мы дадим им подготовку, постепенно они будут приобщаться к профессиональной культуре пожарно-спасательного дела. Очень важно также психологически подготовить людей. Добровольцы будут получать льготы и соцпакет. Конечно, кто-то рано или поздно «сдуется», как и на любой другой работе. Не вижу в этом проблемы. Добровольчество будет формироваться не один год и должно стать традицией громад безопасной культуры.

- На что вы сама живете? На зарплату? Сколько получаете и считаете ли вы, что этого достаточно для такого уровня работы?

- Я живу на свою зарплату, которая составляет приблизительно 25 - 27 тыс. грн. Эта информация не является тайной, ваши коллеги обращались с соответствующим запросом и получили на него ответ. Не секрет, что в корпоративном секторе, так же, как и в международной организации, где я работала до этого, я зарабатывала больше. Я считаю, что зарплаты государственных служащих должны быть рыночными, что будет привлекать профессиональные кадры приходить в структуры, как МВД, и делать реальные изменения.

- Сколько должны получать кабинетные чиновники в МВД или в ГСЧС, о которых мы говорили, чтобы там не было коррупции и сама работа считалась престижной?

- Наличие высокой зарплаты или точнее достойной – не гарантия отсутствия коррупции. Формирование новой культуры прозрачности и новых правил игры занимает не один день.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Крупным планом ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: