Страна. Перспективы

Зелень пробивается

21 июня, 2016
В конце тоннеля украинской экономики забрезжил свет

Украинская экономика выходит из рецессии. Мировой банк и другие международные институции прогнозируют в дальнейшем только рост. Однако рост этот слишком медленный, а надежды слишком хрупкие. Страна нуждается, да и способна на стремительный рывок

 

Александр Пасховер

 

 

Национальная экономика выходит из комы. Об этом свидетельствует едва заметный рост ВВП и вполне очевидное снижение курса иностранных валют. Совсем недавно все было наоборот: ВВП падал, доллар дорожал. Позитивный тренд заметили в Мировом банке. Из июньского доклада Перспективы мировой экономики следует, что украинцы прошли экономическое дно. В текущем году ВВП вырастет на 1%, в следующем — на 2%, в 2018‑м возможен рост в 3%. Это необычайно мало, но значительно лучше, чем минус 7% ВВП в 2014‑м и минус 10% — в 2015‑м, и красивее, чем 0% в довоенном 2013‑м.

Некоторые эксперты даже считают подобные прогнозы слишком сдержанными. Финансовый аналитик американского банка JP Morgan, попросивший не называть его имени, считает, что прогноз роста украинской экономики в 1% в 2016‑м довольно пессимистичен. Его прогноз — 2,8% уже в этом году. Главным толчком роста для ВВП Украины, считает банкир, посетивший Киев месяц назад, станет возобновление кредитования МВФ летом, что в свою очередь автоматически приведет в Украину еще несколько иностранных кредитов.

Промышленное производство тоже растет. После падения в 2015 году на 20% нынешний рост 3,7% в первом квартале тоже выглядит как Евангелие от Госкомстата.

Крупные девелоперы разморозили свои проекты и даже начали закладывать фундамент под новые объекты. Запахло ренессансом и на авторынке. За пять месяцев дилеры продали свыше 22 тыс. авто. Это на 56% больше, чем за такой же период 2015‑го. Относительно неплохо прошли крутой поворот металлурги. Они снова, как и аграрии,— фундамент экономики. И те и другие поймали волну роста цен на внешних рынках. И несмотря на то, что сейчас эту волну качнуло назад, худшее позади, уверен Юрий Рыженков, гендиректор Метинвест Холдинга. “Сейчас цены пошли вниз,— говорит он.— Но мы предполагаем, что нижняя точка в металлургии пройдена в январе”.

Однако, как следует из отчета Мирового банка, украинская стабильность необычайно хрупкая. Во-первых, она всецело зависит от мировых цен на сырье, а они нестабильны. Во-вторых, бои на востоке Украины хоть и затихают, но все еще остаются ключевым фактором коммерческого риска. И третье: российская экономика уходит в длинный минус и, как терпящий бедствие Титаник, тянет в воронку весь регион.

Ощутимый поворот к светлому будущему с плавным переходом к светлому настоящему может случиться только в результате заметного роста внутреннего потребления и инвестиционного бума. Деньги на это есть и у населения, и у банкиров, и у инвесторов. Сколько? Гораздо больше, чем может предложить МВФ и все другие друзья Украины.

С помощью этих средств можно добиться минимально необходимого роста в 7% на протяжении трех-четырех лет, чтобы догнать если не Америку, то хотя бы самих себя образца 2013 года.

фото_1

СТРОИТЕЛЬ КАПИТАЛИЗМА: Андрей Куликовский, коммерческий директор промышленно-строительной группы Ковальская, надеется, что худшие дни отрасли уже позади

С мертвой точки

Когда стоишь посреди грохочущего Киевского завода бетонных конструкций промышленно-строительной группы (ПСГ) Ковальская, вопрос к Андрею Куликовскому, коммерческому директору компании, ощущает ли он признаки восстановления экономики, кажется риторическим. Над нашей головой носятся стрелы подъемных кранов, они выкладывают стопками бетонные плиты, и их тут же отвозят на строительные площадки подрядчиков. Забытые звуки прогресса.

Куликовский говорит, что уже с конца прошлого года столичные девелоперы ожили — кто возобновил стройку, кто стал закладывать фундамент под новые объекты. “Они увеличили свой заказ,— говорит 32‑летний топ-менеджер.— Например, К.А.Н. Девелопмент в 2015 году заморозили все свои проекты. В 2016‑м они запустили четыре стройки”.

После сказанного Куликовский кивает в сторону металлургов: мол, те тоже почти в мармеладе. Конечно, не в таком липком, как раньше, но в более питательном, чем год назад. “Если посмотреть на металлистов, то в этом году они уже на 40% подняли цены,— говорит он.— Это связано с тем, что цены растут на мировых рынках”.

Рыженков, гендиректор Метинвеста, подтверждает, что за счет внешних рынков жизнь налаживается. Весной, после того как Китай внезапно сократил экспорт металла, цены на металл в мире, на радость украинцам, подросли. “Мы были практически на грани остановки,— подчеркивает Рыженков.— Ситуация складывалась критичная”.

Немного выровнять ее удалось не только за счет роста на внешних рынках, куда уходит 90% всей продукции Метинвеста, но и по причине незначительного затухания боевых действий на востоке Украины. “К счастью, никто в этом году не взрывал мосты,— продолжает Рыженков.— Если бы не война, металлургия вообще легко бы прошла этот кризис”.

Кроме того, гендиректор Метинвеста говорит, что решена еще одна сверхзадача, которая в немалой степени влияет на рост — автоматическое возмещение НДС. Для Метинвеста это означает, что теперь в его кассу каждый месяц возвращается порядка 900 млн грн. Весьма ощутимая сумма даже для гиганта отрасли. Кроме того, единый социальный взнос — пресловутый ЕСВ — сокращен с 40% до 22%. Рыженков заверяет, что этот шаг позволил на 20% повысить зарплату сотрудникам. Куликовский из ПСГ Ковальская похвастался 15‑процентным подъемом жалованья все по тем же фискальным причинам.

Эти и другие средства позволили оживить розничную торговлю. Даже 1‑процентный рост в первом квартале дал повод для оптимизма Андрею Гусельникову, вице-президенту Лиги экспертов Украины. “Этот маячок очень показательный,— говорит он.— Последние два года эта динамика по розничной торговле была отрицательной”.

Еще один вклад в копилку оптимизма делает Андерс Аслунд, профессор Джорджтаунского университета (США), специалист по экономике Восточной Европы. Он отметил, что Украине удалось укротить инфляцию, которая в годовом исчислении превысила 60%. А уже теперь спустилась до более или менее трезвой отметки в 9,8%.

Эти и другие показатели служат неким позитивным сигналом миру, что украинская экономика способна на рост. Теперь международные институции, такие как Мировой банк, Европейский банк реконструкции и развития, МВФ, а также агентство Bloomberg, вместе заговорили о том, что Украина оттолкнулась ото дна и пошла на всплытие.

фото_2
БОЛЬШИЕ ПЛАНЫ: Девелоперы возобновляют строительные работы на ранее замороженных объектах. Вскоре так будет выглядеть киевский ТРЦ Respublika, если экономика сохранит свой робкий путь вверх
Всплытие покажет

Глеб Вышлинский, исполнительный директор Центра экономической стратегии, считает, что появляющийся экономический оптимизм преждевременен. Вышлинский уверен, что рост в 1–2% — плохая, а не хорошая новость для страны. “Без быстрого роста в 5–7% после двузначного падения нам угрожает не только сильный отток человеческого и финансового капитала, но и массовое [разочарование и выгорание человеческого капитала]". Проще говоря — отток из страны мозгов, мышц, креатива.

Вышлинский называет трех китов, на которых покоится национальный ВВП: потребление, инвестиции и чистый экспорт. “Чистый экспорт — это фактор, который зависит от мировой конъюнктуры,— подчеркивает Вышлинский.— А вот по потреблению и инвестициям возникает много вопросов”.

Вопрос первый — потребление. Оно и в этом году, по прогнозам Мирового банка, будет падать примерно на 1,3%. Это не так резко, как год назад — минус 15,8%, но ведь на следующий год прогноз роста потребления всего‑то 1,1%. Это слабый драйвер для экономики. Еще печальнее обстоит дело с инвестициями. Без прямых иностранных инвестиций (ПИИ) никакой мармелад на внешних рынках не спасет Украину. А инвестиций необычайно мало.

Чтобы понять, насколько мало, Мария Репко, замдиректора Центра экономической стратегии, отняла из прошлогодней суммы ПИИ объем банковской рекапитализации, которая произошла не по воле собственников, а как требование НБУ. В результате получилось, что в реальный сектор страны в 2015‑м вошло всего $666 млн ПИИ. До 2013 года этот показатель в среднем колебался возле отметки $5,5 млрд.

Очевидно, что часть денег не дошла до Украины из‑за ее полувоенного положения. Но куда большая часть, по мнению Репко и ее коллег, не доходит до страны по причине жесткой политики НБУ. Речь идет о запрете на выплату дивидендов за рубеж, обязательной 75‑процентной продаже выручки экспортеров и искусственные трудности покупки валюты для импортеров. Нацбанк таким образом пытался предотвратить отток инвалют за рубеж. Добился. Но заодно и отбил охоту у международного капитала заводить деньги в Украину — транснациональный бизнес не видит смысла инвестировать туда, откуда его деньгам “назад дороги нет”. По подсчетам экспертов из Центра экономических стратегий, из‑за этих административных контрмер НБУ страна недополучила примерно $2,3 млрд ПИИ.

В итоге в 2015 году внутренние и внешние инвестиции в сумме составили примерно 13,14% от ВВП. Притом что нынешний объем ВВП вдвое ниже того, что был в 2013‑м (в 2009–2013 годах — до 19% от ВВП, а в 2005–2008 годах доходило до 27%). “Это очень мало. Это на уровне амортизации. Этого хватит разве что окно отремонтировать,— иронизирует Репко.— И то не факт”.

Без роста внутреннего потребления невозможен рост экономики. Без инвестиций невозможен никакой рост вообще. Полагаться лишь на манны внешних рынков бесперспективно.

Даже в оптимистичном прогнозе Мирового банка украинский экспорт будет расти медленно. В этом году на 2,2%, на 5% — в 2017‑м. После падения экспортной выручки на 14,2% и 16,9% в 2014‑м и 2015‑м соответственно это не тот результат, когда откупоривают шампанское.

Рыженков из Метинвеста делает вывод: 2–3% роста для Украины — это ничто при той базе, которую мы потеряли. “Если говорить о внешних рынках, то дно мы прошли,— поясняет он.— Но бурного роста в ближайшие три-пять лет не будет. Наша задача — работать над эффективностью. Рост можно стимулировать развитием внутреннего рынка”.

фото_3
МИРНЫЙ ПЛАН: Юрий Рыженков, гендиректор Метинвест Холдинга, сулит отечественной металлургии и всей экономике светлое будущее, но только при условии мира в промышленном сердце Украины
Гордиев узел

Русские не сдаются, и это пока самая горькая политическая, военная и экономическая новость недели, месяца, года. Именно война на востоке Украины все еще остается ключевой причиной омертвелости национальной экономики. “Если снова начнутся активные боевые действия, то я практически не вижу шансов [роста],— говорит Рыженков.— Металлургии будет совсем плохо, а того, что сможет скомпенсировать, пока что у нас нет”.

Совсем плохо будет всем, особенно на востоке страны, и не только по причине войны украинцев с теми, кто говорит “нас там нет”, но и по причине стагнирования регионального гиганта — России. В нынешнем году, по прогнозам Мирового банка, экономика РФ просядет на 1,2%. В два последующих — поднимется не выше чем на 1,8%. Нефть уже не выручает, поскольку ее стоимость падает. То же самое происходит и с газом. Экономическая война под девизом “Россия против всех, все против России” косвенно бьет и по Украине. Товарный оборот двух стран за два года сократился более чем вдвое. Но это не новый тренд, а вполне устоявшийся. С 2011 по 2013 год товарный украинско-российский оборот тоже сократился более чем вдвое.

От этого не умирают, но с этим стоит считаться. Вот почему Дэвид Липтон, замдиректора МВФ, в интервью НВ рекомендовал украинцам активно искать новые рынки сбыта вместо традиционных российских.

Но чтобы выходить на новые рынки, нужен продукт нового качества. Для нового качества нужны деньги. И вот еще одна благая весть — деньги есть. Во-первых, они есть у инвесторов, которые по уже упомянутым причинам остерегаются везти их в Украину.

Во-вторых, деньги есть на руках у населения. По оценке НБУ — до $90 млрд. То есть еще один ВВП. Но украинцы тоже не дураки, чтобы отдать свои сбережения в шатающиеся банки.

Если нас оставят в покое — страна обречена на успех
Николай Толмачев,
гендиректор и совладелец строительной компании ТММ

В-третьих, деньги есть в банках. К началу июня на корсчетах мирным сном покоилось 37,1 млрд грн, еще 57,3 млрд грн вложено в депозитные сертификаты. Если их выпустить на внутренний рынок займов, то этих средств будет вполне достаточно, чтобы не только увидеть свет в конце тоннеля, но наконец‑то выйти из него. “Банку просто выгоднее вложить деньги в какой‑то безрисковый инструмент с хорошей ставкой, чем выдавать в бизнес”,— поясняет Репко. Банкиры же жалуются, что им некого кредитовать. Бизнес неспособен рассчитаться даже за взятые ранее займы, что уж говорить о новых.

И вот цифры, подтверждающие их правоту. Часть проблемных кредитов для юрлиц, которые по классификации НБУ попадают под категорию “вероятность дефолта свыше 50% и уже дефолтные”, достигла 53%. “Очень высокий риск невозврата,— резюмирует Репко.— Все в долгах сидят по уши. Банки, у которых есть залог, на кусочки разрывают компании”. Ситуация усугубляется еще и тем, что компаний таких очень много. Украинская экономика довольно крепко перекредитована. Объем кредитного портфеля составляет 40% от ВВП. Например, в Польше — 17%, в среднем по Европе — 25%.

В итоге у украинских банкиров есть возможность кредитовать, но нет желания. У бизнеса есть желание получить заем, но нет возможности. Чтобы вывести участников рынка из этого тупика капитализма, в Верховной раде 14 июня был принят во втором чтении закон № 3555 о добровольной досудебной финансовой реструктуризации долгов.

Авторы этого сложного документа надеются, что он позволит сторонам договариваться с минимальным ущербом для себя.

Это не единственная реформа, которая остро нужна для наполнения внутреннего рынка деньгами, а корпоративного сектора — капиталом. Вышлинский заверяет, что из всех реформ важнейшей для нас остается реформа судов, да и всей правоохранительной отрасли.

Пока СБУ и МВД будут потрошить IT-офисы и кошмарить весь бизнес так, будто в стране не наступили новые времена, в Украину не войдет ни один лишний цент. Эксперт заверяет, что при правильной экономической политике уже сейчас, а не в 2018 году, как прогнозирует Мировой банк, минимальный рост экономики Украины должен быть 3%.

Чтобы не заканчивать статью на минорной ноте, НВ обратилось за прогнозом к закаленному временем оптимисту Николаю Толмачеву, гендиректору и совладельцу строительной компании ТММ: “Я думаю, что через год, если все сложится так, как я предполагаю, стабилизируется военно-политическая ситуация, то рост будет очень большой. Если нас оставят в покое — страна обречена на успех, на бурный рост”.

 

 

Материал опубликован в НВ №22 от 17 июня 2016 года 

Комментарии

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев