«Все не работает». Военный аналитик о количестве потерь генералов оккупантов и причинах визита Герасимова в Изюм

3 мая, 09:29
Эксклюзив НВ
Уничтоженный танк россиян (Фото:Генштаб)

Уничтоженный танк россиян (Фото:Генштаб)

Такое количество потерь среди командного состава у сил оккупантов и визиты генералов на передовую свидетельствует об отсутствии работоспособности и неспособности выполнять свои планы, рассказал в эфире Радио НВ Денис Попович, военный обозреватель.

— Итак, ожесточенные бои на востоке Украины. Как вы бы описали ситуацию?

— Была переброска войск из Мариуполя в более общем измерении на восточное направление. И это не очень-то новая информация. Это перебрасывание произошло несколько дней назад. И все это делалось для того, чтобы усилить наступательные возможности, наступательные возможности российской армии, которая сейчас пытается продолжить свое наступление на востоке с целью окружения группировки украинских войск. Но вот, скажем так, это наступление нельзя сейчас считать таким удачным для того, чтобы они могли достичь этих успехов до заявленной даты. Я думаю, что это не произойдет. До 9 мая никакого большого окружения мы не увидим на востоке.

Видео дня

— Тем не менее они могут какую-то победу хотя бы придумать, и что они могут себе написать в качестве победы к этому так называемому дню победы, к 9 мая?

— Когда у них ничего не происходит, они потом говорят, что они не очень этого хотели. Это такая практика, я вижу ее на протяжении всей этой военной кампании. А вот по какой-то победе, которую они могут себе нарисовать, вот такие попытки я вижу. Что касается Приднестровья, там у них начинаются движения. Вот, может, что-то на молдавском направлении они хотят себе нарисовать. Можно это предположить.

— А, собственно, насколько их планы могут быть скорректированы украинскими защитниками? Мы уже слышим неоднократные сообщения о взрывах и пожарах в Белгородской области, Брянской области.

— Я не думаю, что они будут перебрасывать какие-то специальные части из Украины, чтобы обезопасить свои коммуникации в приграничных областях. А вот относительно того, смогут ли украинцы каким-либо образом помешать этим планам, то они на самом деле это и делают. Все действия украинской армии направлены на то, чтобы помешать планам наступления на украинские позиции. В частности, взрывы мостов вблизи Мелитополя, в том числе уничтожение коммуникаций, штабов ВС РФ вблизи линии фронта — это действия, которые должны обезопасить нас от прорывов. И вообще, все действия украинской армии на это и направлены.

— Рискованное направление, и о нем все больше говорят, о планах оккупантов продвигаться, например, в направлении Кривого Рога. Насколько там угрожающая ситуация? Насколько с юга нужно остерегаться? И что они там могут сделать?

— Как раз Кривой Рог, Херсонская область, Одесская область, Запорожская область — это те направления, где они хотят наступать для того, чтобы нарисовать какую-то победу, какой-то там прорыв сделать. Но относительно Кривого Рога у меня очень большие сомнения, потому что этот город очень протяженный. И для того чтобы его захватить, поставить задачу, чтобы его захватить, я думаю, что там будет не меньше проблем, чем с Киевом. Киев огромный город и Кривой Рог не маленький.

— Но ведь мы понимаем, что у оккупантов так же есть дальнобойная артиллерия. Вот чего нам ждать?

— Посредством дальнобойной артиллерии они могут обстреливать районы любого города. Если начнутся обстрелы Кривого Рога — это будут разрушения. И на самом деле этого нужно бояться. Но обстрелы и разрушения — это не захват города все же, мы понимаем это. И я не думаю, что имеющимися силами оккупанты могут захватить Кривой Рог. У меня есть огромные сомнения. Да, обстрелы, да, разрушения, террор, но не захваты. И в конечном случае они будут отодвинуты от этого города, как это уже происходило не раз. И именно этот план у них будет неудачным.

— Давайте о Южном фронте. Насколько там критическая ситуация?

— Там особых сдвигов нет, если мы имеем в виду именно Херсонскую область или Запорожскую область. Запорожская область — это вот южная часть этих направлений для наступления, там идут бои. И там тоже особого продвижения нет у оккупантов. Так же происходят обстрелы Запорожья и Запорожского района. Но это уже не очень то и новость, мы можем так говорить. Что касается возможностей наших восстановить там украинскую власть, они опять-таки упираются в возможности оружия. Когда мы получим то оружие, которое мы ждем от Запада, прежде всего это артиллерия и дальнобойная артиллерия, тогда мы сможем рассчитывать на то, чтобы проводить там контрнаступательные действия. И попытаться освободить территории.

— Отдельные были сообщения, что часть украинской техники, например, уже ремонтируется за границей. Именно с Запада есть поставки, насколько это с логистической точки зрения сложная задача, и насколько враг ее исполнению может помешать?

— Ну а какой у нас другой выход? Потому что если мы будем ремонтировать на собственных возможностях, на собственных мощностях, эти мощности могут быть подвергнуты авиационным и ракетным ударам. Поэтому очень хорошо, что наши партнеры согласились ремонтировать нашу технику на своей территории. Речь идет о Чехии, о Болгарии. И это очень хорошо. Иного выхода я не вижу. Потому что все наши возможности, которые есть в Украине, они подвергаются опасности уничтожения с воздуха. И мы, в принципе, знаем, что это раньше происходило.

— А насколько вероятны и насколько есть возможности у оккупантов продвинуться и соединиться с той группировкой, которая есть у них на территории непризнанного Приднестровья?

— Если они начнут наступление на Молдову, у Молдовы будут на самом деле большие проблемы. Они, на мой взгляд, не смогут отразить наступление московитской армии. Относительно возможностей этого наступления — они очень сложные, скажем так. И они упираются в возможности подавления украинской системы ПВО, которая есть в Одесской области. В любом случае, если Россия захочет наступать или высаживать свои войска в Приднестровье, это десантная операция, авиационные операции. Предстоит самолеты гнать через территорию Украины. И у украинского ПВО уже есть большие шансы для того, чтобы их остановить. И уже было заявление о том, что мы будем сбивать те самолеты, которые будут следовать в Приднестровье, чтобы попытаться высадить десант. Эта операция сложная по своему исполнению. И также я думаю, что заявление о возможности этой операции — это опять же попытка нарисовать победу и что-то показать Путину в ближайшей перспективе, скажем так.

— Уничтожение командных пунктов в районе Изюма. Что известно сейчас? И как это может повлиять на способность оккупантов продолжать наступление?

— Уничтожение офицеров вообще на поле боя, командиров, оно влияет на наступательные возможности подразделения по вертикали. Взвод, рота, батальон, полк, дивизия и так далее. Поэтому и даже военные истории были, специальные команды, которые направлены на то, чтобы уничтожать офицеров на поле боя. И для того чтобы лишить наступающие войска управления. Вот уничтожение штабов — это именно лишение управления наступающих войск. Это главный их эффект. Разрыв управленческих связей. Это оказывает влияние на возможности войска безусловно. Особенно, если уничтожаются генералы, как это происходит.

— И, собственно, уже было сообщение, что Россия потеряла генералов на этой войне больше, чем где бы то ни было, и эта война по сути уникальна, а значит, и мастерство украинских защитников и защитниц уникально. Потому что обычно генералы не находятся в окопах. И это неправильно, как говорили мне мои друзья военные, когда генералы в окопах. Почему тогда у них все так? Почему генералы бывают так близки к линии фронта?

— Это мотивация, как вы сказали, пистолет, вперед, в атаку, во-первых. И вторая проблема — нет вертикали. Когда генерал появляется на поле битвы — это проблема, прежде всего, управленческая. Это и в гражданской жизни, когда высший начальник начинает руководить низшими звеньями предприятий, это говорит о том, что либо его распоряжения не выполняются, либо люди, которые должны передавать по вертикали эти распоряжения, они выбиты, то есть они не работают. Или их тоже не слушаются. То есть разрыв между звеньями, между самыми высокими и низкими. Этим и разъясняется появление генералов на переднем крае.

— Какие маячки, на которые нам, гражданским, нужно обращать внимание, чтобы понимать, куда двигается, как проходит война? На что обращать внимание в ближайшее время?

— Отсутствие таких продвижений. Если мы говорим об операции битвы за Донбасс, а мы уже говорим о ней несколько недель. И о ее начале президент Владимир Зеленский заявил 18 апреля, то успех наступательной операции таких масштабов, больших масштабов, должен вырисовываться в течение трех-пяти дней, до недели. Но уже 14 дней ведутся бои, которые без особого успеха и особого продвижения для российских войск там происходят. Это означает, что операция у них буксует. И вот когда мы видим, что в принципе больших продвижений у россиян нет, не надо паниковать, это признак того, что у них просто тактически только что-то получается. И нет особых успехов. Поэтому следим за событиями на фронте. Если линия фронта особо не продвигается, то тогда наши оборонные действия успешны.

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X