Большая ошибка. Секретарь СНБО Данилов назвал войну в Украине следствием политики Запада, сделавшего в 1990-е ставку на Россию — интервью НВ

19 мая, 10:17
Эксклюзив НВ
Секретарь СНБО Алексей Данилов: Сейчас наша задача — зачистить территорию Украины до последнего оккупанта (Фото:AP / Efrem Lukatsky)

Секретарь СНБО Алексей Данилов: Сейчас наша задача — зачистить территорию Украины до последнего оккупанта (Фото:AP / Efrem Lukatsky)

Секретарь СНБО Алексей Данилов — о судьбе защитников Азовстали, качестве и мощности западного оружия, перспективах России без Путина и собственных слезах.

Секретарь СНБО Алексей Данилов на вопросы НВ отвечает сдержанно, особенно когда речь идет о судьбе защитников Мариуполя, где каждое лишнее слово может оказаться оружием. Не менее осторожен Данилов и в оценках противника.

Видео дня

В разговоре с НВ на третьем месяце российско-украинской войны он говорит о ее долгосрочных перспективах, не питает надежд на скорую победу и объясняет, может ли повлиять на судьбу войны внезапная смерть Владимира Путина.

Начнём с событий на Азовстали. Есть ли у вас свежие данные о том, что там сейчас происходит, которые можно обнародовать, не причинив вреда переговорам по выходу наших бойцов?

— Мы получаем каждый день информацию с утра и вечером обо всех событиях, происходящих на территории, где они находятся, мы понимаем все сложности, которые у людей сегодня там есть. Могу сказать: когда была возможность передавать туда по воздушному пути необходимые вещи, наше государство это делало. На сегодняшний день такой возможности физически, к сожалению, уже нет.

Мы даже не можем себе представить, как важно было держать на себе Мариуполь, сдерживать 20 тыс. российских военных. Если бы они этого не сделали, наша ситуация на фронте сегодня была бы сверхтяжелой. Подчеркиваю: они герои для нашей страны.

— Что касается эвакуированных людей, понятно ли их состояние? Кто оказывает им помощь, есть ли на местах представители международных организаций, например Красного Креста, которые могут засвидетельствовать этот процесс?

— Я не могу ответить на этот вопрос на сегодняшний день. Очень хотели, чтобы представители ООН, Красного креста, других международных организаций могли быть рядом с нашими тяжелоранеными.

— Есть ли возможность поддерживать связь с ранеными, которые находятся как в Новоазовске, так и в Еленовке?

— Будем надеяться, что такая связь будет обязательно.

— Понятны ли уже даты, когда возможен обмен наших военных?

— Здесь много факторов, от которых эта ситуация зависит. Мы бы хотели, чтобы достигнутые договоренности выполнялись.

— Многие эксперты сегодня говорят о том, что украинская и российская армии достигли паритета, и высока вероятность того, что эта война станет позиционной войной. Как вы оцениваете такую версию? Какие риски она для нас несет?

— Я хочу заметить, что отношусь к тем людям, которые четко понимают, что Россия не так слаба, как нам хотелось бы. И те люди, которые говорят, что война закончится в мае или через неделю — легкомысленны. Это очень тяжелый и многокомпонентный процесс, а помощь наших партнеров оружием является ключевым на сегодняшний день моментом определения ситуации. В зависимости от того, что и в какие сроки будет поставляться, весы будут шататься то в одну, то в другую сторону.

Сейчас действительно достигнут определенный паритет, российской армии очень сложно продвигаться дальше на нашу территорию, но я обращаю внимание: что касается самолетов, стратегической авиации, то, что касается бомбардировки нашей территории ракетами, имеющими очень мощные впечатляющие способности, все это продолжает работать по нам почти каждый день. Агрессор действует уже не только авиацией, они задействуют подлодки, флот и многие другие военные компоненты.

— Поговорим о поставках оружия от наших западных партнеров. Насколько по количеству, качеству и скорости поставок этот процесс таков, что может обеспечить Украине быстрый перелом в войне в нашу пользу?

В самом начале никто из наших партнеров не верил, что мы способны защищать свою страну: у меня с октября по февраль проходило очень много встреч, где я объяснял всем иностранным представителям, что никакого шанса у России победить Украину наскоком нет, мы будем защищаться, и мы будем воевать.

К сожалению, в начале и первые две-три недели войны поставки оружия были очень ограниченными. На сегодняшний день ситуация кардинально изменилась, мы изменили этот мир. Хватает ли этого вооружения? Каждый день у президента с определенным кругом лиц проходит встреча, там присутствуют те, кто отвечает за поставку оружия, наши военные, представители разведки, аппарат СНБО и Кабмина. Каждый день президент заслушивает доклад, а в первые дни и два раза в день; мы считали каждый снаряд и каждую винтовку, военные решали, куда их нужно направить в первую очередь. Сейчас немного стало легче, но еще раз подчеркиваю: военные считают, что оружия нужно еще больше. Нам крайне необходимы самолеты и тяжелая бронетехника, если бы у нас было больше тяжелой бронетехники в первые недели войны, то вопрос деблокирования Мариуполя по-другому рассматривался бы. К сожалению, сегодня количество бронетехники для того, что можно было бы сделать такую военную операцию, у нас недостаточно.

— Когда, на ваш взгляд, Украина сможет достичь такого уровня вооружения, что сможет делать системные наступательные операции?

— Каждый день идет вооружение, и это не то вооружение, которое мы получали еще месяц назад, гораздо лучше. Это, например, М777 гаубицы, которые уже совсем другого качества и совсем другие калибры, это уже натовские стандарты, так называемый 155 калибр, таких снарядов нужно больше для достижения целей, которые ставят перед собой военные. Это уже совсем другой уровень войны, и уже не та техника, которая была в начале.

— Насколько России удается восстанавливать свои огневые резервы? Военные рассказывают, что россияне закупают, где только возможно, снаряды по другим странам для продолжения войны.

Наша дипломатия и, прежде всего, президент каждый день общается с двумя-тремя лидерами других государств по этому поводу, и, могу сказать, что во многих странах мы уже взяли то, что там было. Когда Россия начинает искать, она вынуждена искать в тех странах, которые к ней причастны и с которыми она сотрудничает, а их немного.

К тому же нужных им советских калибров — 152, 122 уже не так много по миру, потому что еще раз говорю: эта война уже съела огромное количество оружия. Самолетов, которые доставляют оружие Украине, много, я не знаю точку планеты, возможно, что в Арктике их нет, а так всюду, со всего мира самолеты везут нам оружие.

— Какова наша задача максимум в этой войне? Если ВСУ выходят на границу с Россией, есть ли уже понимание, будут ли они продолжать войну на территории России, если этого потребуют обстоятельства?

— Давайте будем наблюдать за развитием событий, а потом будем принимать решения. Когда обстоятельства будут позволять делать определенные выводы, то у военных будет лучшее понимание дальнейших шагов. Сейчас наша задача зачистить территорию Украины до последнего оккупанта, это можно сделать очень легко, если Путин примет решение забрать всех своих военных с нашей территории, тем меньше их погибнет на нашей земле.

— Планы Кремля постоянно меняются, сейчас похоже, что они собираются захватить Северодонецк, Лисичанск и полностью оккупировать Луганскую область. Можно ли это назвать планом, на который сделала ставку Москва?

— Нет, Москва планы по уничтожению нашей страны не меняла, не меняла планы по уничтожению нашего военно-политического руководства. Я повторяю, что враг совсем не слаб. Кроме того, наблюдается попытка внутренне дестабилизировать страну через оставшихся после Януковича гауляйтеров, и эта внутренняя угроза не менее опасна, чем внешняя. Внешний враг, он видимый, а на счет внутреннего ситуация всегда сложнее, когда в каком-то кабинете сидит враг, это всегда опасно, к сожалению, нам еще есть, что расчищать.

— Недавно глава Пентагона Ллойд Остин позвонил по телефону Шойгу, и тот взял трубку, хотя раньше постоянно игнорировал такие звонки. Известно ли содержание этого разговора, ведь, повесив трубку, Остин позвонил в Украину министру Резникову?

— Содержание разговора, насколько это возможно, нам известно: глава Пентагона объяснял министру Шойгу, что россиянам нужно убраться из Украины как можно скорее, и тогда количество жертв их войска не будет таким большим, как теперь. Но мы понимаем, что не Шойгу там все решает. Есть человек, который управляет этой страной последние 22 года и завел ее в нынешнее состояние. Уничтожает Россию именно Путин. Он уничтожает свое население, уничтожает будущее своей страны. К большому сожалению, существенная часть граждан России при этом считает все происходящее нормальным, это преимущественно больное общество.

— Появляется все больше информационного шума о состоянии здоровья Путина. Изменится ли что-нибудь для Украины, если нынешнего президента РФ внезапно не станет? Длинная ли там скамья запасных?

— Таких как Путин, к большому сожалению, там до черта. Зря люди считают, что если Путин уйдет, а придет другой кто-то, он не станет новым Путиным — там иного руководителя быть не может. Это было большой ошибкой Запада в 90-е годы делать ставку на Россию как на страну, которая должна быть демократической и отвечать за судьбу постсоветских стран на пути к демократии. Вспомните, все представительства сначала открывались в Москве, и все иностранные компании сначала ехали в Москву, потому что мечтали там построить страну будущего. Демократии в сегодняшней России быть не может, там может быть только Путин. На сегодняшний день те 130 этносов, которые там есть, их невозможно содержать без диктатуры и тоталитарного режима. Если будет демократия, то Россия рассыпется, как бумажный дом. Беда в том, что последствия этой ошибки мира мы сегодня должны на себе нести, прочувствовать в полной мере.

— Из ваших ответов очевидно, что война нас ждет длительная, а ее позитивный сценарий — это распад России как авторитарного государства. В таких условиях ставит ли Украина вопрос перед миром — готов ли он к распаду России и его последствиям?

Способов помимо этого закончить войну много. Опять же Путин может в любой момент забрать свои войска из страны, и тогда мы должны рассматривать вопрос, кто ответит за смерти наших людей, наших детей, за большие разрушения. Вот эта безответственность, которую раньше допускал мир, она очень болезненно била и бьет по нам. Вот иногда говорят, что мужчины не плачут, я без стыда могу сказать, что я иногда плачу. Были моменты в войне, когда я бывал в некоторых городах, и это были даже не Буча, Гостомель и Ирпень, а другие города, и, увидев их, я, правда, не мог удержать слез.

— Какое же условие, на ваш взгляд, может вынудить Путина вывести войска? Мы уже полчаса говорим о том, что сейчас его нет.

— Сейчас он выводить войска не будет, потому что понимания реальности у него нет, там есть только фантастические амбиции, которые не связаны с реальностью. Внешняя война россиянам нужна, чтобы удерживать внутреннюю стабильность, иначе житель Татарстана или Якутии имеет все шансы забыть, что сегодня он называет себя россиянином.

- Лавров начинает угрожать коллективному Западу за поддержку Украины, о чем, на ваш взгляд, идет речь?

Лавров — человек довольно странный, когда он сделал заявление по поводу фашистов, евреев и этнического происхождения нашего президента, то я не знаю вообще, как цивилизованный мир может с ним после этого здороваться.

То, что они будут пугать нас, наших союзников, к сожалению, это та же ошибка цивилизованного мира. Не нужно было делать ставок на Россию. Сегодня Украину обстреливают именно те самолеты, которые Украина передала Москве в рамках программы разоружения в 90-е.

— Как человек, долгое время занимавший руководящие должности в Луганске и Луганской области, насколько проблемной вы видите интеграцию этих регионов, когда наши войска смогут выйти на государственную границу на востоке страны? Ведь многие живущие там люди сейчас взяли в руки оружие и воюют против Украины.

— Надо помнить, что у нас есть четко зафиксированные границы 1991 года, международные и признанные. Эти границы к нам вернутся. Те люди, которые не хотят жить по законам нашей страны, могут выбрать любую другую страну для жизни, мир свободный, или оставаться здесь, уважать украинские законы и Конституцию. У людей на Луганщине и Донеччине есть выбор.

— Почему с начала апреля СНБО принял решение отключить каналы Эспрессо, Прямой и 5 канал? Это было именно решение Совета безопасности, каковы были его мотивы?

— Началась война, появилась концепция единого вещания, каналам предложили объединиться, всех исключительно пригласили на эту платформу участвовать, всем дали возможность это сделать. Если кто-то не хотел участвовать в той платформе, то должен понимать, что мы сейчас в состоянии войны, это не о цензуре, а о безопасности. Закончится война, все станет на свои места, появится много желающих критиковать власть, рассказывать, что считают необходимым, — пожалуйста, будет вся свобода слова. Сейчас, в том состоянии, в котором мы находимся, нам нужно принимать ответственные решения, и делать это спокойно.

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

poster
Сегодня в Украине с Андреем Смирновым

Дайджест новостей от ответственного редактора журнала НВ

Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Показать ещё новости
Радіо НВ
X