«Россия будет долго деградировать». Ректор КШЭ — об отличиях россиян от других народов и о рисках власти в Украине после войны

27 июля, 07:03
Эксклюзив НВ
Без идеалов: не имея адекватных моделей поведения и позитивных социальных ролей, русское общество обречено на деградацию. (Фото:REUTERS/Tatyana Makeyeva)

Без идеалов: не имея адекватных моделей поведения и позитивных социальных ролей, русское общество обречено на деградацию. (Фото:REUTERS/Tatyana Makeyeva)

Тимофей Брик, социолог и ректор Киевской школы экономики — об изменениях, произошедших за месяцы войны в системе власти в Украине, а также — в умеренном консерватизме соотечественников

Украинцы быстро и заметно меняются во время войны, результаты этих изменений фиксируют социологические исследования, они же позволяют спрогнозировать, какими будут сограждане, когда война закончится. О том, что происходит в украинском обществе и к чему оно идет НВ, рассказывает доктор социологии, ректор Киевской школы экономики Тимофей Брик.

Видео дня

— Еще год назад вы говорили о том, что украинское общество отличает низкое доверие к власти, украинцы сложно вступают во взаимодействие с незнакомыми людьми, сложно начинают бизнес, не доверяют инновациям, верят в астрологов, а не в науку. Что изменилось с тех пор?

— Очевидно, если посмотреть на происходящее вокруг все стало иначе. О серьезном росте доверия к власти сегодня говорят все. Но важно, что еще до войны стало заметно расти, а в войне только закрепилось, доверие к местным властям. Кому бы пришло в голову, что украинцы каждый день будут читать телеграмм-канал главы Николаевской ОГА, и это им будет нравиться, это действительно большой сдвиг.

Исследования показывают, что это доверие к местным властям уверенно растет за последние пять лет. Люди на местах привыкли, что они выбирают своих лидеров, эти лидеры им подотчетны и могут явно улучшать жизнь общин. Еще в 2012 году довольно сложно было бы представить, что люди выйдут на улицу, чтобы защитить своего мэра, как это было в Мелитополе. Этого точно не ожидали российские захватчики, потому что у них власть реализуются по вертикали, у нас же она распределена, и городской голова, председатель ОГА, может более эффективно принимать решения на местах, что стало в этой войне критически важным.

Но это не первый прецедент, в истории Украины уже были моменты, когда доверие к органам власти вдруг увеличивалось, но потом быстро падало, например, после Оранжевой революции. Украинцы могут давать кредит доверия, когда в государстве происходит что-то важное, когда украинцы связывают свою жизнь с надеждой, что государство будет положительно меняться, но доверие может быстро исчезнуть.

— В своем исследовании местного самоуправления вы говорите, что политическая легитимность в Украине выстраивается снизу вверх, и те же международные доноры должны это учитывать после войны во время восстановления. Что вы имеете в виду?

— На определенном историческом отрезке существования Украины у нас было несовпадение. До реформы мы имели очень централизованное государство, многое определялось исключительно в правительстве и парламенте, и это влияло на все — какие будут бюджеты в регионах, какая будет культура в регионах, какая политика. Но в то же время, все исследования показывали, что у украинцев довольно сильная региональная идентичность. Если спрашивать у украинцев кто вы? Многие ответят: мы украинцы, но почти всегда вторым ответом был регион проживания или город. У нас сильные местные идентичности, у нас привычно многообразие, культурное и региональное, но политика долгое время была централизованной, и социальный организм так работать не может. Поэтому реформа децентрализации исправила ситуацию, усилила и без того характерные для нашего общества горизонтальные связи, дала возможность региональным сообществам зарабатывать, а лидерам местного самоуправления получать солидный социальный и политический капитал. Люди в Украине естественно хотят жить в своих городах, зарабатывать деньги, оставлять налоги на местах и иметь мэра, который будет делать эту их жизнь комфортной.

Но сегодня для этого типа существования общества есть определенные риски. Обычно военные экономики, а у нас сейчас вынуждена именно такая, более эффективны, когда они централизованы. Хороший пример — наша железная дорога, когда всех вынужденных переселенцев вывозили из Харькова и других городов на запад страны. Для этого должен быть какой-то управляющий регулятор, какой-то орган, говорящий: я управляю ситуацией, я знаю карту и знаю куда, когда и кого перевозить.

Так что получается, с одной стороны, Украина имеет определенную силу в децентрализации, а с другой — мы должны ею во время войны несколько пожертвовать. И здесь нам важно не заиграться и, как закончится война, отступить от излишней централизации.

Это принципиально важно понимать, когда мы столкнемся с вопросом восстановления Украины, потому что именно с местными властями иностранные доноры, возможно, смогут работать наиболее эффективно. Мы помним не успешные примеры Ирака или Афганистана, где для послевоенного восстановления США создавали собственные организационные структуры, работавшие автономно или с местными неправительственными организациями, а затем ушли. Очень важно, чтобы те, кому помогают, были подотчетны обществу, знали его потребности, в Украине в этой функции успешно показали себя органы местного самоуправления.

poster
Сегодня в Украине с Андреем Смирновым

Дайджест новостей от ответственного редактора журнала НВ

Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Показать ещё новости
Радіо НВ
X