«С Крыма началось, им должно закончиться». Санкции с РФ не должны снять до возвращения Украине всех оккупированных территорий — интервью

1 июня, 16:52
Эксклюзив НВ
Подвесной мост на пике Ай-Петри вблизи Ялты, Крым, 10 октября 2021 года (Фото:REUTERS/Alexey Pavlishak/File Photo)

Подвесной мост на пике Ай-Петри вблизи Ялты, Крым, 10 октября 2021 года (Фото:REUTERS/Alexey Pavlishak/File Photo)

Постоянный представитель президента в Автономной Республике Крым Тамила Ташева в интервью Радио НВ рассказала, почему санкционное давление на Россию не должно уменьшаться, как гражданские больницы полуострова используют в военных целях и сколько украинцев стали заложниками в оккупационных тюрьмах.

Война России против Украины — главные события 3 июня

https://www.youtube.com/watch?v=D4HmBl0-vLU

— В Киеве состоялась экспертная встреча Остров Крым: что происходит и возможна ли деблокада Крыма и Черноморско-Азовского региона. Что на нем обсуждали?

Видео дня

— Дискуссия была в достаточно широком формате. Почему остров? Потому что он заблокирован со всех сторон и используется Россией как военная база.

Это очень важная дискуссия, чтобы поддерживать тему Крыма в контексте полномасштабной войны, которую развернула Россия против нашего государства, потому что все с Крыма началось и Крымом должно заканчиваться.

Важно сказать, что мы компромиссов по территории не ведем и не будем идти на какие-то уступки, на которые нас или некоторые эксперты или общественно-политические деятели пытаются как-то подтолкнуть. Мы четко придерживаемся своей позиции. Никакие санкции в отношении России, экономическое давление не должно быть снято до момента возвращения контроля над крымским полуостровом [и] отдельными оккупированными районами Донецкой и Луганской областей.

— Реально ли вы убеждены в этом, или санкции, которые были введены после 24 февраля за полномасштабное вторжение России в Украину, будут касаться в будущем и Крыма? Уверены ли вы, что санкции еще не будут сняты, если украинская армия выходит на границы 24 февраля, но Крым еще контролирует Россия?

— В этом мире, к сожалению, ни в чем нельзя быть уверенным. Но что важно сказать? В течение восьми лет таких мощных санкций в отношении Российской Федерации у нас не было. Когда произошла оккупация Крыма со стороны России в 2014 году, к сожалению, наши международные партнеры не отреагировали жестко. Конечно, должны были быть введены сверхмощные санкции, как это было сделано после 24 февраля разными санкционными пакетами — сейчас уже шестой. Если бы такие действия были совершены в 2014 году, мы понимаем, что возможно и полномасштабной войны не было бы.

Но все же история не любит этого сослагательного наклонения. Мы как государство настаиваем на том, чтобы никаких санкций до восстановления полного контроля над всеми нашими оккупированными территориями (назовем их старооккупированными и новооккупированными) не снимали.

На практике существует ряд других требований к Российской Федерации. На мой взгляд и по мнению нашего военно-политического руководства, должны быть системные изменения в Российской Федерации, реформы. Конечно, это и изменение политического режима в Российской Федерации и другие действия, которые они должны совершить для того, чтобы постепенно такие санкции должны были сниматься.

— То, что вы озвучили, будет большим дипломатическим вызовом для Украины, в частности. Российские правозащитники пишут о том, что российские СИЗО и тюрьмы переполнены украинскими военнопленными и гражданскими. Известно ли вам, что происходит в СИЗО, в тюрьмах Крыма? Много ли там удерживается людей с украинских территорий, подконтрольных Киеву или до недавнего времени подконтрольных Киеву?

— Кроме того, что в Симферополе содержат в симферопольском СИЗО наших заложников (или военнопленных, или гражданских заложников), такая же ситуация происходит с оккупированными территориями Херсонской, Запорожской областей. Насчет Николаевской меньше информации знаю. Есть конкретные места содержания наших граждан — это и в Херсоне, в здании СБУ, и в Херсонской областной администрации, в ПТУ № 17 в Геническе. В Новой Каховке в полиции в подвалах удерживают людей.

Достаточно большое количество наших граждан находятся в незаконных местах содержания. Их подвергают пыткам, бесчеловечному отношению.

Относительно Крыма. После того как часть людей вывозят, например, из Херсонской области на территорию крымского полуострова, их удерживают в симферопольском СИЗО. Мы получали подтверждение тому, что там удерживают как военнопленных, так и гражданских заложников.

— Недавно читала, что на полуострове перестали принимать больных в больницах, потому что они переполнены военными. Известно ли что-нибудь об этом?

— Не скажу о том, переполнены ли они, то есть не могут вообще принимать гражданских. Но эту информацию мы можем подтвердить хотя бы частично. Гражданские больницы действительно используются в военных целях и достаточно велико количество находящихся там раненых военных. Врачей заставляют оказывать им помощь.

Есть другое измерение этой проблемы. В целом, врачей не хватает на территории крымского полуострова. Оккупационная администрация отправляет их, особенно узких специализаций, на территорию отдельных районов Донецкой и Луганской областей, где ведутся боевые действия, для помощи, как они говорят, гражданскому населению и военным. Мы это тоже, конечно, рассматриваем как преступление. Фактически происходит этакая скрытая мобилизация граждан на территории крымского полуострова.

Мы знаем, переполнены больницы в Джанкое, и те, что ближе к админгранице с Крымом. В Севастополе есть проблема, мы о ней неоднократно слышали от очевидцев. Шестая городская больница Симферополя уже отдана под нужды военного госпиталя — фактически там обычных гражданских не принимают.

— В Крыму идет мобилизация: военных с полуострова, которые там живут и жили длительное время, тоже отправляют на войну. Знаете ли вы случаи, когда крымские военные попали в плен к украинской армии? Есть ли какой-то алгоритм у украинского государства, если в плен попадает человек с украинским паспортом?

— Мы неоднократно говорили о том, что лучше сдаться в плен нашим украинским военным, чем быть убитыми на украинской земле или совершать преступления. Все, что происходит на территории Крыма, это называется военными преступлениями, потому что призывать в ряды российской армии гражданское население на оккупированной территории они не имеют права, особенно если это касается граждан Украины.

На территории полуострова и сейчас идет кампания призыва, она стартовала в апреле. По нашей информации активно используются не только контрактники, но и срочники. Те срочники, которые на территории полуострова были призваны осенью, еще долго могут использоваться и, насколько нам известно, используются Российской Федерацией в войне против Украины. Они не имеют права этого делать даже согласно российскому законодательству, но они все равно их отправляют.

Мы системно отслеживаем похороны, которые проходят на территории полуострова. По состоянию на вчера, кажется, 95 [процессий состоялось]. Подозреваем, что около половины людей граждане Украины, потому что они родились на территории крымского полуострова и на момент 2014 года там проживали.

Советуем для того, чтобы не быть призванными или если вы призваны, чтобы не выполнять преступных приказов, которые очевидно будет отдавать командование российской армии, сдаваться в плен уже даже на момент нахождения в боевых действиях. Есть информация минимум о 15 таких людях из Крыма, которые были в плену. Если вспоминать одну из первых пресс-конференций военнопленных, то там были крымчане, которые были гражданами Украины. Но они изменили присяге еще в 2014 году, а уже продолжили свои преступные действия после 24 февраля текущего года.

— А если мы говорим о молодых ребятах, являющихся срочниками. Какой алгоритм действий, если действительно есть такие крымчане?

— Если такой человек попал в армию сейчас по принуждению, мы рассматриваем его как жертву. Но очень важно, чтобы эта жертва не совершала военных преступлений, преступлений против человечности, преступлений геноцида и т. д. Конечно, каждый случай будет рассматриваться отдельно.

Если человек изменил присяге — это уже отдельная статья, это уголовно наказуемо, фактически коллаборация и есть конкретный срок лишения свободы.

Если это человек-срочник, то он может сдаться в плен и сказать: «Да, меня призвали насильно в армию РФ, в армию врага, я при первой возможности сдался в плен. На моих руках нет совершенных преступлений, я не выполнял приказы». После этого должно быть судебное разбирательство такого дела — мы не можем освободить прямо из плена такого человека. Но этим должны заниматься наши правоохранительные органы, судебная система для того, чтобы доказать, виноват ли человек в совершении военных преступлений или нет.

— В Крыму прослеживаются определенные партизанские движения. В России счет идет уже на тысячи дел о дискредитации российской армии. Много ли таких дел в Крыму?

— Да, достаточно много, если учитывать, что территория крымского полуострова за восемь лет зачищалась, уничтожались любые формы общественной активности.

Мы знаем только о 60 случаях такого преследования наших граждан или, возможно, не только наших граждан по уголовным или административным статьям российского законодательства.

Думаю, что мы просто не знаем о части людей, которые оказывают какое-то противодействие или осуществляют какое-то партизанское движение, выходят на одиночные пикеты или еще что-то. Но такое движение есть и оно очень важно, потому что даже мы не ожидали таких действий со стороны наших граждан.

Мы переживали, что все формы общественной активности были зачищены, в течение восьми лет эти протестные движения в Крыму имели совсем другие формы. Они были связаны прежде всего с политическим преследованием крымских татар или украинцев, обвиняемых в терроризме, экстремизме или еще чем-то.

Именно проукраинских проявлений было достаточно мало: когда люди выходили к памятнику Шевченко, какие-то песни писали, лепили горшки, вышиванку надевали периодически…

Сейчас совсем другая история. Например, Богдан Зиза, евпаторийский художник, обливший евпаторийскую оккупационную администрацию желтой и голубой краской. Это был очень смелый шаг с его стороны. Ему сейчас грозит достаточно большой срок лишения свободы. Очень важно бороться за этого парня и рассказывать о других людях, которые тоже даже в условиях восьми лет оккупации совершали и продолжают совершать такие акты гражданского сопротивления.

— Сергей Аксенов, назначенный Россией главой Крыма, предложил снять ограничения на ввоз в Крым автомобилей с захваченных Россией украинских территорий. Можете прокомментировать?

— Это такой достаточно прогнозируемый шаг. Сейчас с территории Херсона, других частично оккупированных территорий завозится очень много похищенного украинского имущества, сельскохозяйственных производителей в частности. Они пытаются каким-то образом привлечь людей на свою сторону, разрешают въезд на автомобилях с украинскими номерными знаками.

Но это не значит, что факты агрессии и нарушений прав человека, военных преступлений не перестанут совершаться на территории Крыма, прежде всего со стороны оккупационных администраций.

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

poster
Сегодня в Украине с Андреем Смирновым

Дайджест новостей от ответственного редактора журнала НВ

Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Показать ещё новости
Радіо НВ
X