«Путин сам себя загнал в тупик». Главный военный разведчик Украины — о будущем диктатора и планах Москвы

2 мая, 18:29
Эксклюзив НВ
Цей матеріал також доступний українською
Руководитель ГУР Кирилл Буданов говорит, что Путин сам еще не определился, что делать дальше с Донбассом (Фото:Александр Медведев/НВ)

Руководитель ГУР Кирилл Буданов говорит, что Путин сам еще не определился, что делать дальше с Донбассом (Фото:Александр Медведев/НВ)

Что известно украинской разведке о действиях россиян на Донбассе и в Херсоне, а также о настроениях, царящих в Кремле, НВ рассказал Кирилл Буданов, начальник ГУР Минобороны.

До 9 мая, сакрального для Кремля «дня победы», остается всего неделя. На востоке Украины продолжаются бои, но РФ пока не удается получить победу в битве за Донбасс. Дело идет к очередному срыву планов оккупантов.

Видео дня

На этом фоне украинским военным важно понимать, чего ожидать от врага?

Ответы именно на этот вопрос системно ищет Кирилл Буданов, начальник Главного управления разведки (ГУР) Минобороны Украины.

НВ пообщался с главным военным разведчиком, чтобы узнать, что происходит на оккупированных украинских землях и на фронте, объявят ли в РФ мобилизацию и каким образом московский диктатор «продаст» ее необходимость собственному народу.

— В Херсоне россияне 27 апреля собирались провести псевдореферендум. Но их планы изменились, ничего не произошло. Что они планируют делать с Херсоном?

— У россиян очень сильный кадровый голод. Те персонажи [потенциальные коллаборанты], на которых они делали ставку перед войной, во многих случаях себя совершенно не оправдали. Некоторые люди согласились на сотрудничество. Но довольно невысокий процент из тех, кто это сделал, действительно способен управлять хотя бы каким-то районом города. Поэтому главная проблема — это кадровый голод.

Дальше вопрос: что они хотят создать? В здравом уме русского руководства есть две идеи, которые они лелеют. Первая — это воссоздание Таврической губернии, существовавшей непродолжительное время во времена Российской империи. Это территория Крыма, Херсона, частично Николаевщины и даже немного Донецкой области и Запорожья, с административным центром в городе Симферополь. Это та идея, которую они сейчас проталкивают.

Вторая идея, которую редко можно услышать, однако она имеет место быть, это так называемый Небесный город. Это Одесская область, Херсонская область, часть Николаевской области, Днепр и часть Донецкой области. Была такая концепция. Еще раз говорю: это — больной ум.

Вот эти две сумасшедшие идеи, которые они всерьез воспринимают и сейчас пытаются воспроизвести.

— Из Херсона сейчас вывозят зерно, тракторы. Что Россия хочет там сделать? Голод?

— Конечно. Они попытаются сделать демографический кризис, а затем гуманитарный. Только в этом случае они смогут справиться с большинством населения. Очень легко манипулировать настроениями населения, если у людей отнять все, а затем предлагать гуманитарную помощь. Чтобы не тратить миллионы, они будут тратить копейки, давая краюху хлеба.

— Оккупанты увидели, что население их не воспринимает, и пошли по такому пути?

— Не воспринимает абсолютно. Они пошли по пути геноцида, ничего нового там нет.

— Сейчас происходит большое сражение за Донбасс. Что россияне в результате хотят получить: включить ОРДЛО в состав РФ?

— Сейчас они еще на развилке. То есть не они, а он, — президент РФ: там один человек решает. Он не принял окончательного решения: или пытаться принять так называемый Донбасс в состав России, или оставлять его какой-то третьей территорией. Однако определенные шаги уже сделаны. Среди них самый главный — переход кураторства [над проектом «ЛДНР»] от г-на Суркова [Владислав Сурков — экс-помощник президента РФ], отвечавшего за зарубежные территории, к первому заместителю главы администрации президента РФ Сергею Кириенко. Это непосредственное руководство из Кремля. Это никакое не руководство зарубежными территориями. Они готовятся к данным процессам, но окончательного решения еще нет.

— От чего будет зависеть это решение?

— От многих факторов. Во-первых, им нужен весь Донбасс. Ибо даже для больного ума будет нелегитимно, когда одна часть Донбасса под контролем пока у них, а другая — нет. Им нужен весь Донбасс, чтобы номинально сказать, что народ Донбасса избрал свой путь.

— Зачем они вывозят людей — и очень большое их количество — с территории того же Мариуполя в Россию?

— Смотрите, пожалуйста, в историю, — они так поступали всегда. Советский Союз поступал так на всех территориях, и Россия продолжает эту позорную практику. Для чего это делается? Первое — это замещение коренного населения на российское для того, чтобы изменить социально-демографическую картину в регионе. Во-вторых, это переселение. Вы если посмотрите, куда им предлагают ехать — это исключительно депрессивные регионы, в которых основной контингент — малообразованные непрофессиональные люди. По сравнению с ними население Мариуполя — это гении и Нобелевские лауреаты. Они таким образом получают квалифицированную и очень низко оплачиваемую, — люди будут находиться почти в рабских условиях, — рабочую силу. Здесь чисто прагматичный подход.

— Насколько распространено сейчас на оккупированных землях партизанское движение? Такого же раньше не было.

— Не могу сказать, что такого не было. У нас уже 8 лет идет война с Россией и на оккупированных территориях партизанское движение есть. Его по-разному называют. Мы его зовем «агентурный элемент». Сейчас популярным стало выражение «партизанское движение» или «движение сопротивления». Есть разные названия, однако результат один — это представители местного населения, которые на временно оккупированных территориях остались верны государству и всячески помогают свержению власти оккупантов. Много результативных уничтожений врага на оккупированных территориях сделаны благодаря им. Начиная от операций по наведению и корректировке артиллерии и авиации, заканчивая проведением специальных операций по ликвидации врагов.

— Какие самые большие проблемы сейчас в российской армии? Им не удалось наступление за 2−3 дня, идет уже 68-е сутки…

— Все проблемы российской армии как раз сейчас и всплыли.

Это был большой пиар. Все, на что они тратили деньги, — показывать величие русской армии в мире. Сейчас все увидели — нет никакого величия. Сравнивать военный потенциал России и Украины перед началом этой фазы войны, начавшейся 24 февраля, невозможно: это десяти-, а по определенным показателям двадцатикратное преимущество РФ. Однако реальные боевые действия показали реальные проблемы: количественный показатель у них есть, это безусловно, а вот качественного нет. Во-вторых, достаточно низкая мотивация. Те потери, которые они понесли за это время, довольно сильно на них влияют. Уже сейчас Россия перешла к скрытой мобилизации и в ближайшее время готовится объявить об открытой мобилизации. Мне очень интересно: как они будут это объяснять собственному народу? Почему для России с ее, как они говорят, первой или второй армией в мире, нужна мобилизация, если согласно их официальным сообщениям все идет по плану и Украина как военная машина ничего из себя не представляет? Я могу делать определенные предположения, опираясь на некоторые факты, что мобилизацию проведут под соусом того, что Россия воюет не с Украиной, а с англосаксонским миром. Именно в такой парадигме это объясняется российскому обществу.

— Вы раньше говорили, что Россия готовит теракты на собственной территории, чтобы спровоцировать еще большую ненависть к украинцам.

— Я вас перебью. Что значит «готовит»? Она уже их проводит достаточно активно. Посмотрите, что происходит. Много подрывов, много уничтоженных объектов — и во всем Россия обвиняет исключительно Украину. Посмотрите на ситуацию с Приднестровьем, например. Конечно, это хорошая позиция — винить во всем Украину. А как это возможно? Кто может объяснить?

— Как Россия собирается использовать Приднестровье в войне против нас?

— Приднестровье для них в военном плане — огромная проблема. Есть территория, которую они полностью контролируют. Однако у них нет к ней никакого подхода. Граница с одной стороны с Молдовой, с другой — с Украиной. И как бы россияне ни кричали, ничего серьезного они там сделать не могут. Те подразделения, которые находятся в Приднестровье — это и есть вся их сила: примерно 1,3 тыс. человек. Это российские официальные войска в регионе. Большей частью они охраняют склады в населенном пункте Колбасное. А меньшей — радиоцентр в поселке Маяк, и стоят в Тирасполе.

— Приднестровье не является для нас большой угрозой?

— Большой угрозой не является. Но это фактор дестабилизации во всем регионе: для Румынии, для Молдовы и для нас.

— Россия планирует объявить мобилизацию на 9 мая?

— Да, они готовятся. Сейчас Росрезерв начал сверять, что на самом деле есть у них налицо и подсчитывать, что они могут выдать по мобилизационным нарядам. Это совершенно необходимый шаг перед началом настоящей мобилизации.

— Каков план Кремля на 9 мая? Победа на Донбассе?

— Это их цель, но не будет этого, не успевают. Никаким образом они не успевают.

— Какое настроение у российской армии среди воюющих? Наши военные говорят, что россияне даже не забирают тела своих погибших с поля боя. Военные РФ видят, что у них огромные потери. Российская пропаганда это все умалчивает, но внутри армии это должны знать?

— Это доходит, безусловно. Российская армия совершенно демотивирована. Однако есть военная вертикаль, — им приходят команды, и они будут вынуждены их выполнять. Хочешь, не хочешь, есть приказ, и ты его будешь выполнять. Не выполняешь — садишься в тюрьму, много разных вариантов. Поэтому существенное значение их нравственное состояние не имеет. Они будут выполнять приказ.

— В СМИ появилась информация, что Валерий Герасимов, начальник Генштаба Вооруженных сил РФ, якобы ранен под Изюмом. Подтверждений нет, но в любом случае целого начальника генштаба отправили под Изюм. Зачем?

— Возвращаемся к началу нашего интервью — нехватка кадров. Это и есть проблема. Огромное количество российского генеральского состава, высшего командного состава спускалось к управлению батальонами, а в определенных случаях — ротами — вручную.

Я отойду от комментирования информации о состоянии господина Герасимова, но если он был вынужден поехать прямо на передовую, наверное, что-то произошло. А что случилось? Причина исключительно одна — неудовлетворительные планы по продвижению вперед. Оккупация проваливается, они не успевают. У них был главный срок — успеть до 24 апреля закончить спецоперацию, они его полностью провалили. Вторая дата — это завершить операцию хотя бы по Донбассу до 9 мая. Если они этого не сделают, это еще более усложнит политическую окраску всего процесса. Как будет Путин проводить этот парад? Что он скажет? Разговоры о войне с англосаксонским миром — они на кого-то сработают, а на кого-то — нет. Путин не может признать, что он проигрывает Украине. Для этого ему нужно показать какого-нибудь серьезного противника, чтобы сказать, условно говоря: «Возможно, мы немного и проигрываем, но это же мы не Украине проигрываем».

— Что происходит в окружении Путина? Была информация об арестах внутри ФСБ, и с Сурковым неизвестно что.

— В какой-то степени определенные чистки произведены. Но то, что говорит большинство СМИ, немного преувеличено.

— В чем преувеличение?

— В количественном и качественном составе этих чисток. Да, есть очень значительные изменения среди военного руководства, на уровне командующих родов войск, командующих в армии и так далее. Это не очень публичные люди, и об этом СМИ не сильно пишут. Есть определенные изменения и количество арестованных людей в спецслужбах. К примеру, всем известный генерал Сергей Беседа, отвечавший в ФСБ за предоставление оперативной информации по Украине. Кстати, история с финансированием [арестованного сопредседателя ОПЗЖ и кума Путина Виктора] Медведчука — это связано с ним.

Но той картинки, которую хотят все увидеть, нет. Тысячами никого не сажают, к сожалению. Определенные изменения есть, — им надо назначить козла отпущения. Вот они и ищут.

— Медведчук оказался вообще не нужен России?

— Отвечу немного обще: никому в мире изменники не нужны, даже России. Она их использует, но затем выбрасывает. Все.

— То есть Медведчуку у нас сидеть и сидеть…

— Сидеть у нас, сидеть не у нас, — разное может быть, но это уже использованный материал.

— Для России?

— Для всех. Его время истекло.

— Есть ощущение, что Запад наконец-то поверил, что Украина может победить в этой войне. Лэнд-лиз приняли, будет снабжение оружием. Если мы выдержим битву за Донбасс, произойдет перелом в нашу пользу. Но Россия точно будет пытаться что-нибудь сделать. Угроза ядерного удара реальна?

— Шанс по применению тактического ядерного оружия был и есть всегда. Использовать стратегическое ядерное оружие нет смысла, потому что мы достаточно близко друг от друга. Но тактическое ядерное оружие и его применение просто ускорят конец России. Эта война закончится

Есть всего два варианта, как она может окончиться.

— Какие?

— Первый — разделение России на три и более части. И второй — относительное сохранение территориальной целостности РФ при смене руководства страны. В последнем случае новый руководитель скажет, что РФ не при чем во всех этих процессах, это был больной диктатор, а страна здесь ни при чем. В этом случае Россия отдаст все оккупированные ею территории — от островов Японии до Кенигсберга [нынешний Калининград], принадлежащего Германии.

Вот два пути. Большинство представителей военно-политического руководства России это знают. И именно поэтому очень много попыток диалога с западным миром, несмотря на ту официальную риторику, которую они все используют. А вот неофициальная совсем другая: они боятся потерять свое состояние. И они понимают, чем это очень быстро для них закончится.

Не беспокойтесь, Украина победит.

— Может ли закончиться война, а Путин останется в живых?

— Оставить ему путь для отступления — это одна из стратегий, однако это почти нереально. Он военный преступник для всего мира. Это его конец, он сам себя загнал в тупик.

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

poster
Сегодня в Украине с Андреем Смирновым

Дайджест новостей от ответственного редактора журнала НВ

Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Показать ещё новости
Радіо НВ
X