Расстрел семьи Сухенко в Мотыжине. Односельчане убитой главы сельсовета рассказывают о ее помощи ВСУ, гибели и зверствах оккупантов

6 апреля, 17:14
Сюжет
Цей матеріал також доступний українською
Украинские и зарубежные журналисты на месте братской могилы, в которую оккупанты бросили тела убитых членов семьи Сухенко (Фото:REUTERS/Marko Djurica)

Украинские и зарубежные журналисты на месте братской могилы, в которую оккупанты бросили тела убитых членов семьи Сухенко (Фото:REUTERS/Marko Djurica)

Рассказывая о жертвах российских оккупантов в Украине, мир обратил особое внимание на историю из поселка Мотыжин Киевской области. Здесь убили главу Мотыжинского сельсовета Ольгу Сухенко, ее мужа Игоря Сухенко и их сына Александра.

Война России против Украины — главные события 3 июня

4 апреля в присутствии десятков иностранных журналистов тела Ольги, Игоря и Александра Сухенко извлекли из небрежной братской могилы на окраине Мотыжина.

Видео дня

Американское издание Wall Street Journal в отдельном материале рассказало об истории этой семьи и ее гибели от рук российских военных.

НВ пересказывает главные факты из этого материала.

***

Со слов местных жителей журналисты WSJ рассказывают, что 50-летняя Ольга Сухенко, глава Мотыжинского сельсовета, «заботилась о своем поселке как о собственной семье более десяти лет». На днях, после освобождения Киевской области, ее тело со связанными руками нашли в неглубокой могиле на окраине Мотыжина. Убитые муж и сын Сухенко лежали там же.

Тела Ольги, Игоря и Александра Сухенко, а также убитого украинского разведчика (Фото: REUTERS/Marko Djurica)
Тела Ольги, Игоря и Александра Сухенко, а также убитого украинского разведчика / Фото: REUTERS/Marko Djurica

До Мотыжина — села с населением около 1 тыс. человек примерно в 40 км западнее Киева — война добралась быстро, напоминает WSJ. Уже 27 февраля, через три дня после начала российского вторжения, «более 100 единиц российской военной техники пронеслись по тихим однополосным улицам».

«Дорогие жители села. У нас в селе чужие сволочи. Будьте осторожны. Не выходите из домов. Сохраняйте спокойствие», — написала глава сельсовета Ольга Сухенко на своей странице в Facebook в день захода оккупантов в Мотыжин

Россияне устроили штаб на ферме на северо-восточной окраине села, окопавшись в близлежащем лесу, куда местные жители обычно ходили за грибами.

Замглавы Киевского областного совета Татьяна Семенова — подруга Ольги Сухенко, которая ранее и сама была главой соседнего села — призывала ее сразу же уехать из Мотыжина, однако женщина отказалась. «Как я могу оставить людей?» — передает Семенова ответ Сухенко.

Поясняя журналистам WSJ роль сельского головы во многих украинских громадах, Татьяна Семенова рассказала, что часто это «психолог, полицейский, священник и многое другое» в одном лице.

Издание в деталях описывает интерьер маленького кабинета в сельсовете Мотыжина, где работала Ольга Сухенко — кожаное кресло, на которое был накинут вязанный крючком чехол, карта села, флаг Украины — и ее тихую ежедневную рутину, включавшую в себя «разрешение споров о границах огородов».

Слушайте подкаст на эту тему

Сухенко превратила Мотыжин в «цветок — красивый, ухоженный, чистый», говорит Семенова. Ее усилиями удалось отремонтировать дом культуры и детский сад, глава сельсовета также организовывала локальные праздники — чествуя самых пожилых и самых юных жителей села, украинских воинов и ветеранов, вручая символические награды за самую красивую улицу и здание в поселке

Подруга погибшей старосты Мотыжина вспоминает и то, как 15 лет назад Ольга Сухенко страстно болела за сына и сельскую футбольную команду на юношеском матче — раскрасневшаяся, она бегала по краю поля и победно вскидывала руки, когда забивал ее сын Александр [впоследствии играл за Чайку из украинской второй лиги, тогда как его отец Игорь Сухенко был соучредителем сельского футбольного клуба Колос]

«Она все делала с душой», — рассказывает Татьяна Семенова.

В начале войны население села увеличилось в разы, поскольку многие киевляне полагали, что в поселке им будет безопаснее, чем в столице. Когда Мотыжин был под российской оккупацией, запасы поселка заметно сократились и многие здесь рассказывают, что полагались на еду и лекарства, которые доставляла сама Сухенко или члены ее семьи. «Она организовала доставку [необходимых продуктов и товаров] из неоккупированных районов и отвозила молоко детям в соседний поселок. В начале марта она организовала эвакуационную колонну мирных жителей для выезда из Мотыжина», — пишет WSJ.

Ольга и Игорь Сухенко (Фото: Ольга Сухенко via Facebook)
Ольга и Игорь Сухенко / Фото: Ольга Сухенко via Facebook

Ольга Сухенко взяла на себя не только обеспечение поселка, но и более рискованную роль: она помогала передавать украинской армии информацию о местонахождении и передвижении российских войск, рассказывает издание.

Журналисты приводят свидетельства Николая Курача, 43-летнего главы добровольческого отряда самообороны поселка. Он переехал к семье Сухенко после того, как его собственных дом был разрушен в результате обстрела. Курач и Игорь Сухенко, муж главы сельсовета, вместе отправлялись на разведку — или, как они говорили, «на работу». Затем вместе с Ольгой Сухенко они передавали информацию украинским военным, в том числе через мессенджеры. Кроме того, разведчики украинской армии наведывались в дом, чтобы узнать новые данные.

«Было опасно для всех, но кто-то должен был это делать», — говорит Курач.

Россияне окопались на окраине города, возле леса, испещренного сетью окопов. По словам местных жителей, командиры оккупантов базировались в небольшой фермерской постройке неподалеку, занавешивая окна мешками, чтобы свет их не выдавал. Сейчас эта ферма усеяна пустыми бутылками из-под алкоголя, пакетами из-под сока, там валяется и книга о Нострадамусе на русском языке, пишет WSJ.

«Они планировали пробыть здесь какое-то время», — рассказывает Иван Рудяк, командир отряда территориальной обороны из соседнего села, который отвечает за восстановление порядка в Мотыжине.

Однако после провала первых попыток штурма Киева российским войскам в районе Мотыжина пришлось несладко. Попытка бронетехники оккупантов прорваться южнее поселка в направлении столицы Украины не удалась — тогда был уничтожен как минимум один их танк был. Кроме того, артиллерия ВСУ обстреляла российские позиции в лесу на окраине Мотыжина, а 18 марта группа украинских военных пробралась в поселок, устроив здесь засаду: одна из российских бронемашин и грузовик был уничтожены из противотанкового оружия.

Россияне ответили на это карательной операцией. На следующий день они начали «зачистку» поселка в поисках «украинских агентов», пишет WSJ.

Издание рассказывает, что российская «зачистка» обернулась фактическим расстрелом местных жителей прямо на улицах Мотыжина. Свидетели сообщили журналистам, что так погибла 67-летняя Алла Лобода. Она стояла у ворот своего дома, когда на улицу выехала российская бронемашина в сопровождении солдат с винтовками — по всей видимости, «они стреляли наугад». Женщина бросилась в сторону дома соседей, однако ее застрелили, попав в грудь.

Подобным образом погибла и 42-летняя жительница Мотыжина Ярослава Литвиненко. Увидев российскую технику, женщина и ее отец Николай бросились бежать через двор собственного дома. Однако женщину смертельно ранили, а забор дома протаранила бронемашина оккупантов. Отец погибшей вспоминает, что россияне стали кричать ему: «Зачем ты бежал?». «Но зачем вы стреляли?» — ответил он убийцам.

После таких эпизодов многие испуганные местные жители вывесили на заборах белые полотнища и написали на них «Дети».

Александр Сухенко, сын Ольги Сухенко, с ребенком (Фото: Ольга Сухенко via Facebook)
Александр Сухенко, сын Ольги Сухенко, с ребенком / Фото: Ольга Сухенко via Facebook

Россияне же стали выходить на след разведопераций, которые вели из Мотыжина. Соседи Николая Курача заметили беспилотники, летавшие над его домом, а российские солдаты пытались выяснить у них местонахождение мужчины.

Утром 23 марта Игорь Сухенко, муж сельского головы, сказал Курачу, что ситуация становится слишком опасной и ему стоит уехать из Мотыжина вместе с женой и сыном. Курач поначалу отказывался, поскольку Ольга Сухенко заявила, что ее семья останется. Однако глава семьи Сухенко все же настоял на отъезде Курача и его близких.

Вскоре после их отъезда, около полудня 23 марта, оккупанты пришли в дом главы сельсовета в поисках Николая Курача. Не найдя его, они забрали автомобиль сына старосты Александра Сухенко, нарисовав на нем букву V.

Ольга Сухенко успела позвонить супруге Курача, предупредив, что россияне ищут их семью. К тому времени Курачи уже благополучно выехали из Мотыжина.

Через несколько часов в тот же день оккупанты вернулись в дом семьи Сухенко, забрав старосту и ее мужа — их сыну Александру пообещали вскоре вернуть родителей обратно. Однако вечером они вернулись и за Александром (до этого сын главы сельсовета успел еще раз позвонить Николаю Курачу и предупредить того о необходимости полностью очистить сим-карту).

После того, как в конце марта украинская армия вошла в Мотыжин, всех троих членов семьи Сухенко нашли в неглубокой братской могиле в местном лесу. Их руки были связаны, а тела частично виднелись из-под земли — очевидно, убитых родителей и сына оккупанты захоронили поспешно. Четвертым человеком в могиле был по всей вероятности разведчик украинской армии не из Мотыжина, рассказали WSJ местные жители и представители полиции.

Кроме того, когда ВСУ вернули контроль над Мотыжином, они обнаружили на улицах поселка и в расстрелянных гражданских автомобилях тела убитых мирных жителей, рассказал журналистам Иван Рудяк, временно ответственный за поселок глава регионального подразделения теробороны.

Тела семьи Сухенко извлекли из братской могилы 4 апреля, в присутствии украинских полицейских, бригады судебно-медицинских экспертов и десятков иностранных журналистов. Они также извлекли со дна колодца тело искалеченного мужчины — охранника местного коттеджного поселка.

Сейчас Мотыжин оплакивает свои потери, пишет WSJ. Местные жители рассказали журналистам, что старожилы поселка говорили: во время Второй мировой войны даже фашисты убили здесь лишь одного местного жителя.

Россияне же охотились на «самых сильных», говорит Татьяна Семенова, подруга убитой главы сельсовета Ольги Сухенко. «Ольга была локомотивом, который тянул за собой всех. Они думаю, что если не будет локомотива, то мы будем рабами, как в России. Но мы никогда не будем рабами», — заключила Семенова.

Редактор: Инна Семенова

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

poster
Сегодня в Украине с Андреем Смирновым

Дайджест новостей от ответственного редактора журнала НВ

Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Показать ещё новости
Радіо НВ
X