Откровения Епифания. Большое интервью митрополита о пути Украины, Порошенко, Петровском и отношениях с РПЦ

11 февраля, 20:31
2526
Цей матеріал також доступний українською
Откровения Епифания. Большое интервью митрополита о пути Украины, Порошенко, Петровском и отношениях с РПЦ - фото

Наталья Кравчук / НВ

Митрополит Епифаний (Думенко)

Митрополит Епифаний рассказывает НВ о своих трех главных задачах, достижениях и провалах Порошенко и сложных отношениях с Русской православной церковью.

Е

ще два месяца назад об этом человеке знал лишь очень ограниченный круг лиц. А сегодня его, моложавого церковнослужителя в расшитых золотом одеждах, узнают миллионы украинцев.

15 декабря 2018 года на объединительном соборе в древней Софии Киевской появилась на свет Православная церковь Украины (ПЦУ). И там же ее главой избрали тогда еще 39‑летнего Епифания, бывшего управделами УПЦ Киевского патриархата.

После этого Епифаний оказался в центре внимания СМИ и буквально прописался на экранах отечественных телеканалов. Он ездил вместе с президентом Петром Порошенко в Стамбул - получал томос, документ о даровании автокефалии, от Вселенского патриарха, куратора мирового православия.

Появление ПЦУ стало важнейшим событием - Украина избавилась от последней зависимости от России, получив свободу от Русской православной церкви. Ведь УПЦ КП не была формально признанной. И эта неоднозначность смущала многих верующих, вынужденных делать выбор между канонической, но зависимой от Москвы УПЦ Московского патриархата, и независимой, но не имеющей статуса УПЦ КП. Теперь все стало однозначно: ПЦУ имеет официальный статус и признание.

Сам Епифаний уже успел поездить по Украине в обществе главы государства, демонстрируя верующим томос. Более того, он даже принял участие в форуме, на котором Порошенко объявил, что официально отправляется в гонку за вторым президентским сроком.

Сейчас Епифанию уже сорок - свой юбилей он отметил в день интронизации, специального богослужения, в ходе которого его официально возвели в ранг руководителя поместной церкви.

Накануне собственного юбилея и интронизации Епифаний принял НВ в своем кабинете в здании богословской семинарии, расположенной рядом с Михайловским собором, в самом центре Киева.

Беседа, которая должна была начаться в 11 утра, произошла с задержкой в полтора часа - слишком много посетителей стремились попасть к Епифанию. Сделать это несложно: нужно лишь отметиться у дежурного на первом этаже, подняться наверх и пройти в приемную.

Когда все пришедшие ранее гости получили свою порцию бесед с владыкой, к нему в кабинет попал и НВ.

Следующие полтора часа Епифаний размеренно рассказывал о томосе, дипломатической харизме главы государства, дискуссиях с Олегом Ляшко, давлении Москвы и будущем лавр.

Фото: Наталья Кравчук / НВ

— Когда на объединитель­ном соборе вы узнали, что избраны главой независимой церкви, о чем подумали?

— Я никогда не стремился занять подобный важный пост. Но поскольку я выбрал этот путь добровольно и дал определенные обещания перед Богом, буду их выполнять в дальнейшем.

После того как я стал монахом [в 2007 году], я дал обет - полностью отдать себя служе­нию Богу. Служение - это уп­равление епархией [Переяслав-Хмельницкой епархией УПЦ КП] и столичным духовным учебным заведением [Киевской православной богословской академией], где я был ректором почти 10 лет. Я пытался больше делать, меньше говорить.

У некоторых даже возникал вопрос: почему я не появляюсь в медиапространстве? Многие недоумевали, почему я не стал пуб­личным человеком. Но я старался творить больше добрых дел, дел милосердия, развивать, помогать, а не выходить к прессе и говорить какие‑то пафосные вещи.

Ко мне обращались и говорили: вы же видите, что ведется определенная борьба за то, кто будет предстоятелем украинской церкви. Почему вы сложили руки, не ведете агитацию, не убеждаете людей в том, что вы достойны? Я отвечал: это не мое.

Во время заседания объединительного собора голосование было демократическим, закрытым, рейтинговым. Каждый участник, а было 200 делегатов, имел возможность свободно и без давления зайти в кабинку и поставить галочку напротив того, кого он видит главой церкви. И в первом туре за меня отдали примерно 42% голосов. А во втором более 50% участников собора выбрали меня.

Какое у меня было ощущение? Появилось чувство ответственности. Потому что в истории не было таких прецедентов: объединились Киевский патриархат, Украинская автокефальная православная церковь и частично Московский патриархат. Это разные люди, которых нужно объединить, направить на путь развития. И поэтому здесь нужно принимать сложные решения и нести личную ответственность. Советовать могут другие, но принимать решение нужно мне. И отвечать мне как руководителю.

Я пытался больше делать, меньше говорить

— Какие три ключевые задачи вы ставите перед собой как перед главой ПЦУ?

— Первая - сохранить единство, которое было задекларировано на объединительном соборе. Вторая - обратить особое внимание на образование. Поскольку я был ректором, для меня этот вопрос очень важен: образование - наше будущее. Третья задача - это молодежь, которую мы должны привлечь в церковь. Но без духовного образования, в целом без развития образования мы не сможем этого сделать.

— Сейчас представители УПЦ МП и Русской православной церкви (РПЦ) говорят, что по сути Киев вышел из‑под управления Москвы, чтобы попасть под управление Константинопольского владыки?

— Вообще‑то мы ведем речь об автокефальном статусе украинской церкви. Нужно четко понимать разницу.

Если мы говорим о современном статусе Русской православной церкви в Украине - так называемой Украинской православной церкви Московского патриархата, то там все просто: она находится в непосредственном подчинении РПЦ, фактически является ее подразделением. Ее предстоятель митрополит Онуфрий - постоянный член Священного синода РПЦ.

Если мы возвращаемся к нашему статусу, то это полноценная независимая Автокефальная православная церковь.

— Какие у вас отношения с Московским патриархатом. Вы общаетесь с кем‑то из их высшего духовенства? У вас идет какая‑то дискуссия?

— Нет, абсолютно. После объединительного Собора и получения томоса я ни разу не пересекался с иерархами и духовенством уже Русской православной церкви Украины. То есть у них нет желания вести диалог, нет аргументов. Но я готов к общению, готов находить время для диалога о единении всех православных в единую церковь.

Однако с их стороны, очевидно, подобного желания нет.

— А вам не угрожали из Москвы?

— До сих пор не было каких‑то угроз.

Но процесс [объединения церквей в единую автокефальную церковь Украины] был сложный, внешние силы вмешивались в наши внутренние дела.

— Это было политическое давление, финансовое? Как это все происходило?

— Все велось в кулуарах. Я даже не знаю определенных подробностей, но было видно, что Россия пыталась (и сейчас будет пытаться) изнутри разрушать то, что мы сумели объединить.

7 января этого года Епифаний (в центре) провел в Софийском соборе свое первое рождественское богослужение в статусе главы ПЦУ
7 января этого года Епифаний (в центре) провел в Софийском соборе свое первое рождественское богослужение в статусе главы ПЦУ / Фото: EPA

— Я общался с верующими: многих настораживает излишняя политизация процесса создания ПЦУ. Это и так называемый томос-тур президента страны - со свитком томоса и вместе с вами он побывал уже во многих регионах. Есть билборды, на которых вы соседствуете с главой государства. А ведь Порошенко уже не просто президент, но и кандидат в президенты.

— До сих пор мы представляли получение томоса украинскому народу, вели просветительскую работу. Мы живем в историческое время и должны ценить эти события. То есть до этого времени мы ездили по Украине, проводили богослужения, молебны, сов­местно с президентом благодарили людей, которые молились, помогали нам. Но теперь, после презентации томоса, нужда в таких поездках отпала.

— А Порошенко действительно глубоко верующий человек?

— По нему видно, что глубоко верующий. Когда общаешься с ним, это ощутимо - он возлагает свои надежды на Бога. И это видно во многих проявлениях - по тому, как он участвует в бого­служении и приступает к причастию. Это было во время бого­служения, когда мы впервые совершали совместную литургию с Вселенским патриархом, - Петр Алексеевич причащался, исповедовался.

— Охарактеризуйте личные качества президента.

— Он настойчивый: если у него есть определенная цель, он доводит дело до конца. Когда он взялся за вопрос церкви и встретился впервые в апреле 2018‑го со Вселенским патриархом, многие сомневались [в успехе идеи получить томос]. Но у Петра Алексеевича харизма дипломатично убеждать людей. Мы видим это не только в церковном вопросе, но и в целом. У него есть эти дипломатические способности: объединять людей, доказывать им, что это необходимо и почему необходимо. И поэтому он и для меня стал определенным образцом руководителя. У него есть природные способности, которые он развивает, совершенствует. Конечно, можно говорить о каких‑то ошибках, но все мы ошибаемся.

— А что для вас ошибки Порошенко?

— Я бы не хотел критиковать. Он сделал то, что мог сделать в таких сложных условиях.

У него есть много заслуг. Самая главная - он сохранил украинское государство. Мы помним, в каком состоянии была украинская армия. Потому что мы как церковь тоже принимали непосредственное участие в помощи армии - материальной и духовной.

— Что же у президента не получилось сделать?

— На мой взгляд, преодолеть коррупцию. Она - главная проблема и наш внутренний враг.

Мы говорим об агрессии со стороны Российской Федерации - здесь у нас есть мощный внешний враг. Но у нас имеется и не менее весомый внутренний враг - коррупция. Она глубоко проникла в сознание не только украинской власти, но и украинского общества, которое, к сожалению, не готово так быстро измениться. Это хорошо показывают опросы, когда у людей спрашивают: “Вы против коррупции?” - “Да, я против” - “Но вы за то, чтобы можно было решить вопрос каким‑то другим, незаконным путем?” - “Да”. Вот такой парадокс.

Сейчас идет борьба за ценности в обществе. И, думаю, она будет продолжаться, потому что мы движемся в направлении Европы.

Постепенно европейские ценности - демократия, свобода - все же преодолеют проблемы, которые укоренились в украинском государстве.

— С президентом понятно. А с его конкурентами на выборах общаетесь? С Юлией Тимошенко?

— Мы пересекались с Юлией Владимировной только тогда, когда она присутствовала 7 января на богослужении в Святой Софии. А непосредственного общения уже после избрания меня предстоятелем [ПЦУ] не было.

— К вам обращались другие политики?

— Многие политики приходят ко мне, поздравляют. Львовский мэр Андрей Садовый был в этом кабинет, приветствовал меня. Вот его подарок - книга с изображением архистратига Божия Михаила.

И с Олегом Ляшко [кандидат в президенты, лидер Радикальной партии] мы пересекались в аэропорту, общались, дискутировали.

Мы, церковь, не делим людей по политическим предпочтениям, по социальному статусу.

Для меня как для предстоятеля каждый верующий человек важен - президент, премьер-министр, депутат или простой человек, прихожанин, пенсионер, который посещает храм.

Епифаний (справа) получил томос об автокефалии из рук Вселенского патриарха
Епифаний (справа) получил томос об автокефалии из рук Вселенского патриарха / Фото: EPA

— Когда вы получали томос, рядом с вами и высшими госчиновниками Украины находился Александр Петровский, бизнесмен из Днепра с темным прошлым. Как он там ока­зал­ся?

— Петровский - меценат Днепровской епархии. Он много помогает в реставрации и строительстве храма при епархиальном управлении. Там построен красивый храм в пределах Днепра - деревянный комплекс с воскресной школой. При получении томоса он как мирянин вправе был присутствовать: двери храма были открыты для всех. И не было никаких приглашений со стороны церкви или со стороны Константинополя, кто должен присутствовать во время торжественной божественной литургии.

Мы принимаем всех людей, которые приходят в храм, каются в своих грехах.

Если, например, у государства есть вопросы к его [Петровского] прошлому, то я не имею прав и полномочий как духовное лицо критиковать человека. Если у него проблемы с законом, то на это есть соответствующие уполномоченные государственные органы, которые должны разбираться в этих вопросах.

— Продолжая тему приема всех людей, которые приходят в храм: сколько приходов бывшего МП уже перешло в ПЦУ?

— В настоящее время перешло примерно 150 приходов по всей Украине.

В чем сегодня заключается проблема? На прошлой неделе мы зарегистрировали религиозный центр Киевской митрополии. До сих пор мы не имели юридического статуса. Недавно был принят закон, который четко выписывает все юридические тонкости: как переходить, куда, какая процедура.

У Порошенко харизма дипломатично убеждать людей

— А что делать с лаврами - все три, которые есть в стране, подчиняются РПЦ? Когда они смогут перейти, учитывая, что настроения там, мягко говоря, странные?

— Лавры - духовно-культурное достояние украинского народа. И я верю, что Господь сотворит такие условия, что лавры перейдут в Поместную украинскую церковь. Думаю, что это произойдет в течение следующих лет, возможно, даже года.

Я бы хотел, чтобы лаврские монахи самостоятельно пришли к осознанию того, что нет другого пути, кроме пути объединения, чтобы вместе творить нашу новейшую историю.

— Главное событие новейшей истории - это, наверное, Майдан. После него страна изменилась? Украинцы получили то, чего хотели?

— В украинском обществе и раньше был запрос на единение. И это было ощутимо во время Майдана. Вот, например, во время объединительного собора я почувствовал то настроение единения, которое царило тогда, на Евромайдане.

Но для того чтобы воплотить все чаяния и надежды, нужно пройти сложный путь становления и реформирования. Это касается и украинской церкви.

Дорога реформ всегда сложная, потому что народ, который декларировал определенные позиции на Майдане, оказался не готов пройти извилистый путь изменений. Все хотят мгновенного чуда: вот произошла революция, а на следующий год у нас все должно быть, как в Европе. Но для этого нужно много и пострадать, наверное.

Это как в медицине: нужно сделать операцию, а потом будет восстановление. Но, к сожалению, мы к этому не совсем готовы. И поэтому есть большие запросы и есть разочарование. Много критики.

Критика должна быть конструктивной, а не деструктивной. Со стороны легко критиковать, а принимать решения сложно.

Когда ты несешь ответственность, иногда приходится выбирать между плохим и очень плохим, а не между плохим и хорошим. Этого многие не понимают.

Страна идет по сложному пути поиска себя. И повернуть назад означает предать себя.

Пять вопросов Епифанию:

— Самая дорогая вещь в вашем распоряжении?

— Наверное, автомобиль Audi А6.

— Поездка, которая вас впечатлила?

— Посещение Австралии. Она сама по себе красивая, уникальная и интересная.

— На чем передвигаетесь по городу?

— Все на том же Audi А6.

— Чего или кого вы боитесь?

— У меня нет страха перед кем‑то или перед чем‑то.

— Поступок, за который вам до сих пор стыдно?

— Мне даже вспомнить такой трудно.


Этот материал опубликован в №4 журнала Новое Время от 7 февраля 2019 года

Журнал НВ (№10)

Момент истины

Шесть главных претендентов на президентское кресло ответили НВ на семь вопросов — политических, мировоззренческих и личных

Читать журнал онлайн