Факт оккупации Донбасса можно признать, но это ни на что не влияет – Георгий Тука о том, почему власть избегает слова «оккупация»

6 февраля 2017, 18:03
1509
Цей матеріал також доступний українською
Факт оккупации Донбасса можно признать, но это ни на что не влияет – Георгий Тука о том, почему власть избегает слова «оккупация» - фото
Признает ли украинская власть Россию оккупантом Донбасса и какие риски несет введение военного положения, рассказывает Георгий Тука

На фоне обострения конфликта в Авдеевке в Украине вновь встал вопрос признания России оккупантом Донбасса на законодательном уровне. Инициаторы специального отдельного закона обвиняют власть в том, что непризнанием факта участия РФ в конфликте власть освобождает Россию от ответственности за разжигание войны на Донбассе и последствия. Чтобы установить ответственность РФ за тысячи смертей и ранений, 1,7 млн беженцев, а также массовые нарушения прав человека и разрушение инфраструктуры, Украина должна доказать, что вооруженный конфликт в Украине является международным по своему характеру, а Россия в нем – агрессор. В противном случае, аргументируют они, война на Донбассе де-юре рискует в будущем называться внутренним украинским конфликтом, а все финансовые проблемы лягут на бюджет Украины.

«Согласно закону О борьбе с терроризмом, за АТО платит государство, которое борется с террористами, – говорит вице-спикер ВР Оксана Сыроид. – Украинцы будут платить за все, если мы юридически не признаем ответственности России за оккупацию и ее последствия: за все разрушенные и поврежденные дома, за уничтоженные заводы и инфраструктуру, за «отжатые» бизнесы, за Боинг MH17, за пытки и убийства. Нужно понимать, что Россия не будет экономить – иски против Украины будут готовить лучшие юристы мира».

С другой стороны власть апеллирует к тому, что оккупированным можно называть Крым, потому что там Россией созданы органы власти, а на Донбассе их нет. Георгий Тука, заместитель министра по делам временно оккупированных территорий, не раз заявлял о нецелесообразности принятия такого закона – за что получал обвинения в том, что не считает Россию оккупантом.

Вопрос о том, почему власть избегает слова «оккупация», каким он видит статус Донбасса и планирует ли вообще привлечь Москву к ответственности, НВ задала самому заместителю министра по вопросам оккупированных территорий.

– Вновь поднята тема признания определенных территорий Донецкой и Луганской областей – оккупированными. Как вы относитесь к такого отдельного закона?

– Говорил сто раз, и еще раз скажу – отрицательно.

– Есть мнение, что без такого закона мы не сможем вытребовать у России деньги за разрушения, судиться с РФ.

– Неправда это. Только что у нас завершилось совещание. Мы будем инициировать помощь и предприятиям, то есть юридическим лицам, и гражданам Украины в подготовке ряда исков по России относительно возмещения убытков. В частности, в Европейский суд по правам человека.

– Но перечня оккупированных территорий реально нет. Вопрос поднимался разве в постановлениях, принятых под выборы. На ваш взгляд, нужно это как-то прописать. Не говорю об инициативе Оксаны Сыроид, а вообще о проблеме. Каково ваше видение?

– Факт оккупации можно признать местным законом. Но это не влияет абсолютно ни на что. Есть два понятия: оккупация и эффективный контроль. Они определяются международными нормами.

То есть, если мы даже специально прописали в законе, то, что Крым – это оккупированная территория, он все равно в мировой юридической практике признается, как территория, которая является оккупированной.

Что касается Донбасса, то мы можем его назвать оккупированным, но нигде в мире он таковым признан не будет. И в этом принципиальная разница.

– То есть?

– Главное отличие заключается в том, что в Крыму не просто присутствуют российские военные. Там работают российские органы государственной власти, российские суды, российская прокуратура, российская налоговая и все остальные.

– ... а на Востоке они прячутся за фриковые «республики»?

– Да. Но Россия там косвенно осуществляет эффективный контроль.

Спекуляция и ложь, если это признавать эффективным контролем, то мол, мы не сможем подавать иски против Российской Федерации. Это – ложь чистой воды.

Ведь в случае наличия эффективного контроля, ответственность за стратегические объекты, имущество и прочее, несет государство, которое осуществляет эффективный контроль. И уже готовятся иски.

– Сможем контрибуцию с РФ истребовать?

– Конечно. Да.

Объясню. Существуют три вида исков. В частности, это государство против государства; юридическое лицо против государства; физическое лицо против государства. Обычно практика такова, что дела «государство против государства» суды рассматривают достаточно долго. А вот если идет речь о хозяйствующем субъекте как истце, или физическом лице в качестве истца – то гораздо быстрее идет рассмотрение.

Мы сейчас будем организовывать именно ряд таких исков против России от украинских юридических лиц за имущество, которое повреждено или находится под контролем и юридическое лицо не имеет возможности им распоряжаться. И – целый ряд исков от физических лиц именно против России. Основанием является то, что Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) признала факт эффективного контроля РФ.

– Если другими словами, может быть дело по факту, а может – по заявлению пострадавшего. В нашем случае Крым – это по факту. Донбасс – заявления пострадавших. Да?

– Да.

Честно скажу, я и сам довольно долгое время не мог понять всех нюансов. В голове не укладывалось, пока в совершенстве не объяснили процесс.

Кстати, если возьмем конфликтные территории на территории бывшего СССР – Приднестровье, Карабах, Абхазия с Осетией – это все территории, которые признаны не как оккупированные, а как такие, что находятся под эффективным контролем. К примеру, Армения осуществляет его и несет ответственность за Нагорно-Карабахскую республику, которая является составной частью Азербайджана. Если Приднестровье, то там Россия, как страна, которая осуществляет эффективный контроль и несет ответственность перед Молдовой.

– Сегодня во время согласительного совета в парламенте уже говорили не только о статусе Донбасса, как оккупированного. Так, заместитель председателя фракции Блока Петра Порошенко в ВР Ирина Луценко во время согласительного совета не исключила вероятность введения военного положения в случае продолжения обострения на востоке страны.

– Честно говоря, это дискуссионный вопрос. У меня нет к этому существенных возражений. Обычные граждане этого практически не почувствуют на себе. Там меняются способы управления территориями, выборы не должны проводиться и прочее.

Это не касается, к сожалению, управления имуществом. Что я имею в виду. Например, ситуация с Луганскооблэнерго, с Григоришиным. Было распоряжение Кабмина перерегистрироваться в Украине. А в ответ сказали: «Не хочу». И фактически воздействия на собственника у государства нет. Я об этом говорю уже года полтора. Вот этим надо заниматься. Этот механизм надо прописывать.

Интересно