Долг Украине. Как Путин сам отменил русскую культуру

4 июля, 12:00
Эксклюзив НВ

Путин невольно поставил украинское государство и украинскую нацию в центр мировой истории на всеобщее обозрение

Трудно

людей

в одно истолочь,

собой

кичись не очень.

Знаем ли мы украинскую ночь?

Нет,

мы не знаем украинской ночи.

Владимир Маяковский «Долг Украине», 1926

Владимир Путин считает, что он может решать, существует Украина или нет. Бог сказал ему, что украинские души на самом деле — русские. История открыла ему, что Украина стремится к «единству» с Россией. И даже язык, на котором он говорит, позволяет ему вторгаться в любую страну, где на нем говорят. И поэтому Украина должна быть атакована, и любой, кто думает или говорит об Украине, должен быть убит, депортирован или унижен.

Видео дня

Благодаря этому глубокому непониманию Путин непреднамеренно поставил украинское государство и украинскую нацию в центр мировой истории на всеобщее обозрение. В его России дела обстоят еще мрачнее. Все смотрят на него, или, может быть, скорее, ищут его. Какая нация самоутверждается, срежиссированно выстраиваясь в форме буквы Z? В каком государстве один человек принимает экзистенциальные решения за всю страну на основе эксцентричных догматов, написанных о другом человеке?

Путин заявил, что русская культура была «отменена» Западом, но более правдоподобные объяснения происхождения нашего нового «русского вопроса» уже совсем рядом. Путинская война ведется во имя России, а убийства, увечья, похищения и депортации совершаются десятками тысяч российских граждан. Поэтому сейчас трудно говорить о русской культуре.

Тысячи россиян трудятся над созданием непрекращающейся телевизионной пропаганды, убеждающей матерей и отцов не верить своим детям в Украине. Для подавления других СМИ также требуется труд тысяч россиян. Требуется насилие со стороны тысяч россиян, чтобы подавить тех, у кого есть разум и желание говорить об этом. Россиян, которые несут чистые листы бумаги в знак протеста, арестовывают. Россиян, которые несут таблички с отрывками из Библии, арестовывают. Россиян, которые несут таблички просто со звездочками, арестовывают. Были даже задержаны россияне в синих и желтых шляпах.

Как и гитлеровская свастика, буква Z не имеет собственного значения

Россиян, которые несут антифашистские плакаты, арестовывают. Полиция Путина знает, что любой, кто серьезно говорит о фашизме, говорит о нем самом. В пропагандистских видеороликах режима главными героями являются полицейские: сначала их присутствие внушает страх, а затем вы должны почувствовать облегчение, когда осознаете, что полиция на вашей стороне, пока вы послушно подчиняетесь требованиям режима. На одном из таких видео полицейские бегут из своего фургона к группе людей. Зритель должен волноваться: милиционеры будут бить толпу! Но вместо этого они сцепляют руки, образуя гигантскую букву Z, символ вторжения. Хорошо: бессмысленное насилие направлено не против нас, а против украинцев. Всем расслабиться. Это культура?

Как и гитлеровская свастика, буква Z не имеет собственного значения. Она функционирует как заменитель культуры: мы показываем этот бессмысленный символ, чтобы выиграть время для оправданий массовых убийств, которые мы придумаем позже. Прикалываем ленточками его на одежду, чтобы не пришлось ничего говорить ртом. Мы формируем его нашими телами как акт верности неопределенной цели. Мы выражаем готовность принять это определение, каким бы оно ни оказалось. Мы подчиняемся заранее.

Мы пишем Z на дверях несогласных, чтобы угрожать им. Именно это затыкающее насилие, основанное на пустом ритуале, должно стать мерилом ошеломляющего мужества отдельных русских раскольников. И именно в этот зигзаг попадают высказывания Путина. Не осталось никого, кто мог бы подвергнуть сомнению то, что он говорит, или, по-видимому, быть посредником его слов. Он говорит теперь от сердца, употребляя термин «русская культура», но также и термин «самоочищение», жалуясь на злословие других, когда сам его упраздняет.

Он достиг пика тирании, следовательно, превращается в пародию.

Путин стал хозяином величайшего дома русскоязычной культуры, самой России, и попытался заставить ее замолчать. В Москве рухнула высокая культура, так как талантливые бегут или наказываются. Общественные науки и мировая культура исключены из учебных программ педагогических академий вузов России. Украина — двуязычная страна, где люди говорят на украинском и русском языках. Ее можно рассматривать как второй по величине дом русскоязычного творчества. Путин пытается это разрушить. Его вторжение заставило навсегда замолчать тысячи голосов. Путин заявил, что русские за пределами России — отбросы, предатели и насекомые. Что осталось?

Когда культура определяется как самоизоляция, она перестает существовать. Связанные с этим процедуры доносов, преследований и конформизма порождают своего рода культуру, но совершенно типовую, не имеющую ничего общего с Россией и, к сожалению, универсальную.

Культура предполагает какие-то контакты. Русская культура была тесно связана с Польшей, Германией, Соединенными Штатами, со всем, что сейчас определяется как чуждое и неприкасаемое. Она в большом и непризнанном долгу перед Украиной. Маяковский изображает культуру, возникающую по мере того, как мы начинаем понимать собственное высокомерие как замаскированное невежество. Русские в его стихотворении утверждают, что знают об Украине все, и поэтому знают меньше, чем ничего. Это всего лишь вопрос времени (если это еще не произошло), когда россиянин с плакатом со строками из «Долга Украине» будет арестован. (Вот — стихотворение, прочитанное несколько дней назад на русском языке).

Культура рушится внутрь, когда тиран верит, что Бог, история и язык говорят через него, требуя того, что Путин называет «самоочищающим» насилием. Когда Путин заявляет, что Запад отменил русскую культуру, он пытается привести аргументы в пользу свободы слова. Очевидная ирония заключается в том, что он ответственен за большую «отмену» русской культуры, чем кто-либо другой в мире. Но есть более глубокая проблема. Это как если бы быть самым богатым человеком в мире и управлять самой большой страной в мире каким-то образом было недостаточно, чтобы позволить ему говорить то, что он хочет.

Путин вскрывает проблему с мемом «отмена культуры», доводя его до логической крайности. Когда мы жалуемся на «культуру отмены», мы, кажется, говорим, что хотим контактов. Но жалоба развернута, чтобы настаивать на господстве. Если самый привилегированный человек на планете может заявить, что его отменили, что на самом деле может означать эта фраза? Не возникает ли выражаемое ею недовольство из страха, что другие могут не согласиться с ней по своим собственным причинам? Или от назойливого беспокойства, что собственное высокомерие — не то же самое, что достижение?

Культура возникает из контактов, но контакты требует смирения. Встреча — это только встреча, и мы не знаем, как отреагирует другой человек. У меня складывается впечатление, что когда мы говорим о «культуре отмены», мы жалуемся не столько на свободу слова, сколько на то, что не все с нами согласны и не готовы выстраиваться в струнку".

Свобода слова не означает, что все в вашей стране начинают выкладывать своими телами гигантские буквы алфавита, когда вы этого хотите, или что все в соседней стране подчиняются вашему мнению и согласны с тем, что их не существует. Свобода слова Путина не нарушается, если украинцы действуют согласно своим убеждениям и сопротивляются ему.

В самом деле, нашего внимания заслуживают убеждения разных миллионов, которые действуют последовательно, а не ложь одинокого сбивчиво говорящего диктатора. Действия украинцев во время этой страшной войны внушают уважение и смирение. Украинское сопротивление изменило всю нашу культуру, несомненно, к лучшему. Так или иначе, это привело к знакомству, которого мы не ожидали, и последствия которого непредсказуемы.

Мы все в долгу перед Украиной.

Перевод НВ

Публикуется с разрешения автора. Впервые напечатано на snyder.substack.com

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди НВ

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X